Холодно/горячо

Думаешь, я не почувствовал, что твоя душа вернулась? Глупая, я же твой Хранитель… твой… только твой… Но я уже одурманен запахом твоей кожи… Персики и шоколад. Улыбаюсь про себя: оправдываешь фамилию, госпожа. Закрываю глаза, полностью отдаюсь ощущениям на миг. Касаюсь твоего лица губами и провожу ими невидимую линию до того места, где судорожно забилась сонная артерия. - Стой! Что ты делаешь, Томое? Даю тебе немного свободы, приподнимаясь. Возможно, после сегодняшнего ты все-таки станешь более осторожна со мной. Такая беззащитная, даешь мне полный контроль над своей жизнью… Это так соблазняет! Искривляю губы в усмешке: - Догадайся, что я сделаю дальше? Глаза в глаза. Мои, прищуренные, в твои, распахнутые в шоке. Обхватываю рукой тоненькую лодыжку – тоньше моего запястья - и закидываю аккуратную ножку себе на плечо. Еще одно доказательство твоей хрупкости. Нежно, медленно, упиваясь прикосновением к нежной коже, поглаживаю по щеке. - Сколько можно играть с тобой в кошки-мышки? О да… Моя «любимая» игра. То обнимаю тебя крепко-крепко, страшась опустить, то отталкиваю, пытаясь заставить свое глупое сердце перестать любить тебя. - Может, сломать тебе ногу, чтобы больше не смогла бегать? Теперь ты от меня никуда не денешься! «Горячо»… сейчас я не хочу тебя отпускать. Ты принадлежишь мне! Сбитое дыхание, румянец на нежной коже… Окончательно теряю голову. - Хотела внимания и любви? Ну что ж, буду «любить» тебя до тех пор, пока не надоест. А это будет длиться очень долго, поверь, у нас будет много времени. Сейчас в дело вступает мое эгоистичное «я», которое хочет безжалостно подмять под себя твое мягкое, соблазнительно-хрупкое тело и утолить свою жажду. На мгновение поддаюсь ему, склоняюсь снова к шее. Прикусываю, наслаждаюсь вкусом твоей крови на языке. - Руки свои убрал!!! И тело мгновенно подчиняется, сломанное силой божественного контракта. Дурман почти мгновенно выветривается из головы. - Ты укусил меня! Ах, даже кровь идет!!! Больно вообще-то!!! Улыбающаяся маска на лице. - Нанами, ты вернулась! Как здорово, радость-то какая! Мои сумасшедшие демонические чувства не для столь хрупкого человека, как ты, госпожа. Это было в первый и последний раз.