Женщина из прошлого

- Рихард, пришла какая-то женщина. Она утверждает, что являлась соседкой погибшей. - Сообщил подошедший Штокингер. - Пусть подойдёт, - распорядился комиссар. Невысокая дородная женщина лет пятидесяти, в длинном платье кричащего ярко-жёлтого оттенка, с волосами, окрашенными в насыщенный красный цвет, подошла к нему вплотную, обдав Рихарда облаком духов с приторно сладким запахом. Природная деликатность не позволила Мозеру уведомить даму о том, что с парфюмом она явно переборщила. Но слёзы, выступившие на его глазах и непреодолимое першение в горле говорили сами за себя. Однако виновница возникшей ситуации сего факта даже не заметила. - Я Эльза Вагнер, соседка убитой, - вежливо представилась она. - Комиссар Рихард Мозер, - он пожал ей руку, мысленно желая поскорее оказаться как можно дальше от столь благоухающей дамы, - я весь внимание. - У Карин был мужчина, - с готовностью начала фрау Вагнер. - Они встречались года два, если я, конечно, не ошибаюсь. Такой представительный, какой-то крупный бизнесмен. Его имя Петер Бауман. - Какие у них были отношения? Они ссорились? - насторожился комиссар. - Знаете, я не имею привычки подслушивать под чужими дверьми! - деланно оскорбилась она. - На людях вели себя, как обычная влюблённая пара, порой даже слишком открыто демонстрировали свои чувства. А что творилось, когда они оставались одни, я понятия не имею. - Это всё, что Вы можете сообщить, фрау Вагнер? - Сожалею, что ничем не смогла Вам помочь... - для пущего эффекта она развела руками в разные стороны. - Нет, напротив, Вы нам очень помогли. Вежливые излияния Рихарда прервал внезапно ворвавшийся в дом высокий темноволосый мужчина лет сорока в сером костюме. Он оглядывался вокруг с широко раскрытыми от ужаса глазами и тяжело, прерывисто дышал, как будто пробежал немалое расстояние. - Карин! Где Карин? - в исступлении повторял он. Мозг комиссара пронзила неожиданная догадка: - Вы Петер Бауман? - Откуда Вы знаете? Где Карин? - Просто догадался. Вы должны проехать со мной в комиссариат для допроса. Там я Вам всё объясню. * * * - Я бы никогда не причинил Карин боль. Она была для меня всем. Я собирался сделать ей предложение руки и сердца. Уже купил обручальное кольцо... - Бауман едва сдерживал слёзы. Мозер невольно вспомнил о последних месяцах, проведённых с бывшей супругой - бесконечные скандалы и истерики, закончившиеся разводом и дележом совместно нажитого имущества, в результате которого он остался практически ни с чем. Оказывается, она могла быть и другой - нежной, ласковой, любящей. Такой, какой была в самом начале их брака, который Рихард и по сей день считал одной из своих фатальных ошибок. Но, как говорится, о мёртвых либо хорошо, либо ничего. Своей страшной гибелью она с лихвой искупила все грехи. Почему-то он безоговорочно верил в невиновность сидящего перед ним мужчины, но, к сожалению, не мог опираться только на собственную интуицию. - Когда Вы в последний раз видели фрау Мозер живой? - Два дня назад. Мы посидели в ресторане, потом я отвёз её домой, и Карин, сославшись на сильную усталость, отправилась спать, а я поехал к себе. - Что Вы делали в ночь убийства? - В этот день я работал допоздна. Понимаете, я занимаюсь бизнесом, связанным с покупкой и продажей недвижимости. До одиннадцати вечера я просидел в своём офисе, оформляя документы, необходимые для заключения важной сделки. Домой приехал около полуночи и сразу же лёг спать. - Кто-нибудь может подтвердить Ваши слова? - К сожалению, нет. Мой сын провёл эту ночь с друзьями в ночном клубе и вернулся домой уже рано утром, когда я вновь собирался на работу. - Ваш сын? - Мой сын, Клаус. Ему восемнадцать лет. Только не трогайте его, прошу Вас! - Петер картинно всплеснул руками, но в его голосе слышалась неподдельная искренность. - Мальчик ни в чём не виноват, он и мухи не обидит. К тому же, у них с Карин были прекрасные отношения, они замечательно ладили. Он несказанно обрадовался, когда я ему сообщил, что собираюсь связать с ней свою жизнь. - Простите, герр Бауман, но я не могу поверить Вам на слово. Поэтому вынужден задержать Вас до выяснения всех обстоятельств этого дела. И мне в любом случае необходимо переговорить с Вашим сыном. Мужчина обречённо вздохнул, поняв, что препираться с комиссаром бессмысленно, и по всей видимости, смирился с текущим положением вещей.