По другую сторону грани

Очнулась с невероятной болью в голове и туманом перед глазами. С тяжёлым вздохом приняла сидячее положение. На лоб упала длинная чёрная прядь. С желанием избавиться от мешающих волос, я потянула её в сторону и хотела было заправить в хвост, когда поняла, что сама это сделать не смогу. По неизвестной причине длина волос координально изменилась. Сейчас они спускались по спине и немного растрепавшимся полукругом возлежали небольшой горкой около меня. Из любопытства я начала рассматривать своё новое богатство и совершенно случайно мой взгляд упал на окружающий меня ландшафт. И какого было моё изумление, когда я не обнаружила развалин замка ни перед собой, ни за спиной - нигде. Лишь густой лес и поляна, на которой я и сижу. Не думала, что могу так изумляться, когда в надежде скрыться от наваждения я, обхватив себя руками и спрятав в них лицо, не обнаружила привычных женских достоинств, то есть груди. Вместо них бугрились мышцы как на груди, так и ниже на прессе, которых раньше никак не могла добиться спортивными тренировками и занятиями на тренажёрах. Я бы ещё долго удивлялась этим фактам, если бы меня не прервали вывалившиеся из леса одетые в доспехи и вооружённые мечами и луками люди. Сначала они меня не заметили, громко пыхтя и оборачиваясь назад, пока пересекали поляну. Обратили внимание лишь тогда, когда один из них, не смотря под ноги, споткнулся об мои вытянутые на земле ноги и с криком упал. Отряд воинов моментально ощетинился в мою сторону. Даже как будто задержали дыхание, потому что слышно было только шелест листвы и гомон лесных жителей. Эти люди с настороженностью наблюдали даже за моим взглядом, от чего у меня даже мурашки по коже побежали. Медленно, чтобы не спугнуть их, я встала с земли в полный рост. Волосы всколыхнулись и чёрным покрывалом накрыли меня со спины почти до колен. Ммм... А теперь я ещё стала и выше! Люди немного заволновались, и вперёд вышел мужчина с недельной щетиной с самым лучшим вооружением в отряде и знаком василиска на плече. Направив на меня меч, он произнёс: -Вампир, сдавайся, пока мы не уничтожили тебя! - между его бровями залегла морщинка, выдавая волнение. Услышав такое обращение ко мне, я звонко рассмеялась. И смех мой более глубокий и мягкий заполнил поляну, заставив отряд вздрогнуть, а лучников, не выдержавших напряжения, спустить стрелы с луков. Из десятка лишь одна попала мне в руку. Жгучая боль кольнула от кисти до плеча, от чего я возмущённо вскрикнула. С остервенением обломала наконечник и выдернула стрелу из руки. Небольшая ранка быстро затянулась, хотя по-идее должна была ещё недели три мучить тягучей ноющей болью. Отбросив обломок, я с яростью уставилась на противников, оскалилась и в блеснувших на солнце доспехах увидела своё отражение. Потрясений за сегодняшний день было уже достаточно, поэтому я не удивилась, увидев это зрелище. В почти зеркальной глади доспеха отразился ну очень миловидный парень с длинными чёрными волосами немного растрёпанными от лежания на траве, с зелёными с жёлтыми крапинками чуть раскосыми глазами, с коллекцией натренированных мышц под бледной кожей, в оскаленном рте видны клыки, ногти на руках чуть длинней и заострённые - такими можно и человека разорвать. Красавец вампир. А ведь и правда похож! Мне даже стало завидно, что это тело не моё. На меня будто ведро ледяной воды опрокинули, когда я поняла, что смотрю на своё собственное отражение. Тут вспомнилось, что меня ранили. Что ж... Сила есть - можно ею и воспользоваться! Подбежав с невообразимой скоростью к стрелку, чья стрела попала мне в руку, и вцепилась ему в горло, приподняв над землёй. Парень сдавленно захрипел, пытаясь отцепить от себя мои руки. Но куда ему тягаться с моей новоприобретенной силой. Окружающие нас воины, испуганно ахнув, чуть ли не побросав оружие, поспешно отошли метров на десять. Только их капитан не побоялся приблизиться. -Отпусти его, мерзкая тварь! - бросил сквозь зубы он. Выпустив из своей стальной хватки парня, от чего тот упал на землю и закашлялся, я презрительно уставилась на этого грубияна. -Не вы ли, господа, первые на меня напали? - голос прямо сочится ядом. - Я предлагаю вам сделку: вы уходите отсюда живыми, оставив здесь этого паренька, - указываю на лежащего рядом и держащегося за горло воина, - или все поляжете. Мужчина, тяжело сглотнув, устремил свой взгляд к мальчишке, а затем на свой отряд, и в конце на меня. Вся злость уже сошла с меня. Ну, не умею я долго злиться: отомщу и забуду, а потом ещё раз отомщу и опять забуду. Хи! А вот парень у моих ног меня действительно заинтересовал. На вид лет семнадцати-восемнадцати, худенький, но сил в нём хватает (в меня попал только он), с криво обрезанными по плечи русыми волосами, в сильно затянутых доспехах поверх кольчуги, одетой на тёмную кожаную куртку, в простых коричневых штанах и сапогах для верховых поездок. Дома такое чудо сразу бы затянула на вечеринку, а здесь он будет моим гидом, пока я не найду способ вернуться в свой мир. Пока я размышляла над этим, воины вокруг переглядывались и перешёптывались, по лицу их командира было видно, что в его мозгу идёт усиленная умственная работа - уже радует. -Капитан, уходите, - просипел паренёк, с трудом сев на земле. - Вы должны думать о других и немедленно уходить пока нас не нагнали. Вот это да! Вот это самопожертвование! Я аж налюбоваться не могу на этого смертника. Аж жалко стало. Вот ведь я изверг! Хотя... Он же не знает, что кушать его не буду. А значит, могу ещё чуть-чуть поиграть в тирана. Скрестив руки на груди и приподняв левую бровь, внимательно посмотрела на мужчину. Он с ненавистью уставился на меня. -Мы уходим, - сообщил воин, и в этот же момент на поляне появилось около трёх десятков воинов в тёмных плащах верхом на великолепных жеребцах. Я залюбовалась красотой этих животных. Отряд моего оппонента быстро собрался в кучку, а их капитан, помянув здешних чертей, ринулся к мальчишке. Я чуть возмущением не подавилась! Перехватив руку мужчины, сказала: -Ты только что заключил со мной договор. Так что бери своих людей и уматывай отсюда. -Мы уже не уйдём живыми, поэтому наш договор расторгается, и я забираю своего племянника, - бросил он мне. Я обиженно засопела. Этот мужчина думает, что с моей силой я не смогу защитить их? -Договор есть договор, и это моя проблема: задержать ваших преследователей, - хмуро сказала я, отпустив его руку, подняв на ноги парня и буквально перетащив его на безопасное расстояние. - А за племянника своего можешь не волноваться. Вернётся в целости и сохранности как только его помощь мне перестанет быть нужна. Мысленно закатав рукава, выдернула первого попавшегося под руку неудачника из седла. Свернуть шею оказалось не так сложно как думалось. Один готов. За вторым гоняться не пришлось: увидев гибель своего товарища, он сам пошёл на меня с копьём наперевес. Ну не дурак ли?! На вампира с копьём, да ещё верхом. Ха, ха и ещё раз ха! Спустя пять минут у моих ног уже валялось четыре трупа. Всадники, пронюхав ситуацию и поняв, кто их соперник, переключились на меня, а отряд немного поредев в это время удалялся с поля битвы. Лишь капитан остался, с какой-то тоской глядя на племянника, который так и не шевельнулся после того, как я посадила его на окраине рядом с густыми кустами шиповника, чтобы не сбежал. Когда моих соперником осталось пятеро, и последний человек из отряда моего оппонента исчез в лесу, мужчина снял с плеча лук с колчаном, положил на землю, поклонился мне и последовал за остальными. Я же, коротко кивнув капитану, почувствовала, что нет ничего всесильного. По всему телу ходили волны усталости, жутко клонило в сон. На автомате вцепилась одной рукой в доспехи одного из противников, а другой вырвала у него незащищённый кадык. Вот их осталось четверо. Воины же в большинстве своём были искусными бойцами, а я бесцельно растратила свою силу на самых безобидных из них. Оставшиеся окружили меня как загнанного зверя. Говорят, что загнанный зверь дорого продаёт свою жизнь. Но не в этом случае. Я и жить хочу, и попадать в лапы этих незнакомцев не хочется. Зайдя мне за спину, один из противников замахнулся своим оружием, но, когда я повернулась к нему лицом, он уже оседал на землю проткнутый насквозь, а рядом с мечом в руке стоял мой паренёк. Хм, всё-таки его неплохо обучили. Трое оставшихся воинов, не сговариваясь, ринулись на нас. Одного я перехватила, насадив на поднятое с травы копьё, двое других успели скользнуть мимо меня к пареньку. От удара первого он уклонился, нанеся скользящий удар снизу вверх, повредив коленные связки, но не успел увидеть манёвра другого, и стальной клинок прошёлся по незащищённому бедру, оставив глубокую рану. Паренёк, тихо ахнув, свалился под ноги противнику, подставив шею под занесённый меч. Вот только обижать мои вещи я не позволю. Схватив воина за кисть и край кожаной куртки, опрокинула на спину. Не дав опомниться, оседлала его и банально начала душить. Тяжело встав с обмякшего тела, огляделась: на поляне между трупами своих хозяев гуляли кони, пощипывая травку, паренёк лежал без сознания, раненый им воин полусидел, зажав кровоточащее колено. Обойдя всех поверженных, собрала их продовольственные запасы, сняла целые плащи и даже нашла сумку с какими-то медикаментами и бинтами, расседлала коней. Устроив небольшое ложе из плащей, я перенесла на него парнишку. Его рана выглядела болезненно и даже пугающе, а лицо бледное-бледное. Пришлось пересилить своё смущение и снять с него сначала доспехи с кольчугой, затем куртку и уже порванные штаны с сапогами, оставив в одной рубашке. К одному из сёдел был прикреплён котелок, отцепив его, в скором порядке отыскала небольшой родник, в котором набрала воды, предварительно очистив стенки от остатков еды. Мужчины! Не могли сразу помыть! Вернувшись, я промыла рану. Порывшись в мед сумке, как её условно назвала, нашла иглу и нити, по виду напоминающие хирургические. Хорошо, что нас учили зашивать раны в институте. Тяжело вздохнув, стянула края раны и, придерживая одной рукой, чтобы не разошлись, начала буквально заштопывать аккуратными косыми стежками. Ещё раз спасибо вам, дополнительные курсы по медицине. Стерев выступившую кровь и обмазав вокруг коричневым раствором, по запаху определённым как йод, туго перебинтовала ногу. Полюбовавшись на свою работу, я накрыла паренька парой плащей. Усталость давала о себе знать, но я упорно держала себя на ногах. Рано ещё ложиться. Дела, дела до самого рассвета. Немного покряхтев, повозмущавшись на свою тяжёлую судьбинушку, я присела около оставшегося в живых воина. Здесь дела обстояли пусть и не так страшно, но повозиться придётся: надо аккуратно сшить связки и восстановить повреждённую вену уже заросшую коркой засохшей крови. Не обращая внимания на возмущения, перенесла его к разведённому немного ранее костру. Солнце уже почти село и видно было плохо, но я всё равно сидела и сшивала разрывы связок. Когда закончила с этим руки уже тряслись от усталости, глаза щипало, а спина нещадно болела. Смочив небольшой кусочек бинта в чуть подогретой воде на огне воде, начала снимать кровяные корки. Кровь опять потекла из пораненной вены: пришлось торопиться. Удача мне улыбнулась, когда в мед сумке нашлась маленькая тонкая иголочка, как будто специально созданная для сшивания кровеносных сосудов. Процесс сшивания был болезнен, поэтому безрезультатно сдерживаемые стоны меня не удивили. Сначала я прочистила протоки от тромбов иглой, обмотанной тонким слоем влажного бинта. Затем аккуратно свела края и парой стежков закрепила их в этом положении. Из последних сил я старалась не напортачить. И вот последний стежок по коже, наложение бинта. Усталость дала о себе знать, почти уронив меня на ложе рядом с пареньком. Сил хватило только на то, чтобы забраться под плащи и прижаться к тёплой широкой груди. Неосознанно я обняла парня, уткнувшись носом в шею, где так нежно билась сонная артерия, убаюкивая меня.