Мой сосед - идиот

- Кёнсу, моя квартира не пристанище дьявола или типа того. Почему ты не переедешь ко мне? - Кай ныл на эту тему четыре гребаных часа, и нервы Кёнсу грозились сдать, обрушив на младшего поток отборнейшего мата. - Я один раз заходил к тебе. Ты ходишь по квартире голым, мать твою! - комендант из последних сил держался, но видит бог, осталось недолго. - Ну и что? Переезжай ко мне, будем вместе ходить, - Чонин улыбается во все тридцать два, невинно хлопая глазками. - Я перееду к тебе, если ты начнешь одеваться и перестанешь светить своей палочкой счастья! - Эй, мини-Чонин не палочка! У меня там целое ого-го! - Вот про "мини" ты верно заметил, мальчик сплю-и-дрочу. - Было-то всего один раз, а ты напоминаешь вечно, - Ким обижено дует губы, демонстративно отворачиваясь от старшего. - Вообще, тогда ты мне снился, так что твоя вина. - Не ебет. - Могу исправить. - Пошел в жопу. - С радостью, любовь моя. - Как я тебя ненавижу, противный Чонин. - Да-да, я тоже тебя люблю, милый Кёнсу.

***

Прошла неделя, как старшие разъехались по своим отпускам. Даже Бэкхён свалил к маме. А вот Кёнсу был вынужден проводить свое лето в обществе озабоченного извращенца с хроническим недотрахом ака Ким Чонин. И это лето могло стать лучшим в жизни До Кёнсу, если бы только он согласился переехать к Чонину. А там уже "да здравствуют потрахульки с ночи до утра и с утра до ночи, ура!" (ох уж эти фантазии Ким Чонина). Но Кёнсу был самым перфекционистским перфекционистом из всех самых перфек... ну вы поняли. В общем, если Кай хотел видеть Кёнсу в своей квартире (читайте - кровати), то его квартира должна была быть идеально чистой. Как и сам Чонин, желательно. Ну, а пока все разговоры парочки проходили в подобном роде: - Кёнсу-я, переезжай ко мне! - Нет! - Пид... - Я знаю, что я - гей. Ты, кстати, тоже не самый гетеро. Так что, будь добр, осчастливь меня, и съебись из моего общежития, ты здесь больше не живешь, озабоченный косплей шарпея. - Шарп... Кёнсу! Я похудел! - Жиру своему расскажи, который у тебя теперь вместо пресса, - усмехается До, а Чонин уже чуть ли не плачет от безысходности. Сколько бы он не спорил с Кёнсу, тот всегда побеждал. И даже после самых обидных слов, Кай все еще не мог злиться на своего любимого.

***

- Хён, что мне делать? - конечно, Кёнсу решил, что самой лучшей идеей в это отвратительное лето будет доставать Криса звонками каждый божий день. - Ты в курсе, да, что у меня тут вроде медового месяца? - Ну да. Так что мне делать? Я хочу переехать к этому недоразвитешу, но переезд - новый шаг в отношениях... А я вообще не уверен, что он готов. Этот придурок даже убирать за собой не умеет. - Кёнсу, эта звезда минета никогда не... - в трубке слышится грохот и знакомая истеричная китайская ругань. - Эм, Крис? - Значит так, лупастый, идешь и затрахиваешь своего Чонина до смерти, и занимаешься этим до конца лета. И больше не звонишь, понял? Потому что я хочу, чтобы меня тоже затрахали, а ты отвлекаешь моего парня. - Олень, это ты? - Я. Всего наихудшего, - звонок обрывается, а Кёнсу так и остается недовольный и без ответа. Да, ему очень хотелось быть с Чонином, ведь он его так давно любит (или скорее, фанатит), но настоящий Чонин слишком отличался от образа журналиста Ким Кая, что все еще смущало бедного коменданта. И жить с кем-то - слишком большая ответственность. Кёнсу с детства был один, понятия не имея, как это - делить одну квартиру с родным человеком. Наверное, он поэтому и выбрал общежитие, где полно народу и оно не сильно-то отличается от его детского дома. Здесь он мог устанавливать свои правила, а вот квартира Чонина оставалась чужой территорией. Ну, и плюс голый Чонин, разгуливающий по квартире, не то, чем бы хотел любоваться До с утра до вечера. Ким был супер-красавцем, этого не отнять, но нервы у Кёнсу не железные, очень сильно расшатанные, с протекающей и временами съезжающей крышей. А тут объект твоих фантазий ходит и светит накачанной задницей и чем похлеще. В совокупности, этот самый объект был образцом неаккуратности и мастер разведения срача в любом помещении, котором находился. Так что второй жертвой Кёнсу стал Бэкхён, отъедающийся на маминой стряпне. - Хён, привет! - радостно вскрикивает Кёнсу, когда после минуты гудков, Бён таки ответил на звонок. - Пфифев, Хтоя, - отвечает Бэк, поглощая еду, заботливо приготовленную мамой. - Бэкхён? Какой Хоя? Я - Кёнсу. - Ну я и фкафал Хтоя. - Тебе краска для волос мозг разъела? Ничего, у Чанёля много денег, сделает тебе какую-нибудь операцию. Мозги пересадит. Беличьи, например. Все лучше твоих. - Блять, До. Ну чего непонятного! Я сказал "привет, До-я"! Постой, - в трубке отдаленно слышится женский голос и шуршание, - нет, мамочка, я не матерился, блять - его второе имя и вся сущность. Так, что тебе нужно, Кёнсу? - Узнать хотел, как вы с Чанёлем вместе живете? - До решил проигнорить только что услышанное. У него еще будет время отомстить. - Спим и трахаемся на шелковых простынях, на столе, на полу, на... Нет, мамочка, это не то, о чем ты подумала. - Бэкхён? - Да. А что тебя так заинтересовал этот вопрос? - Чонин хочет, чтобы мы съехались. - В курсе, он уже и вещи твои перевез. - Я обратно забрал. - Не сомневался, - тихонько смеется Бэкхён, чтобы мать снова не услышала чего лишнего. - Переезжай к нему, в чем проблема? - Во всем. Ты знал, что он по квартире голышом разгуливает? - Фу, зачем ты мне это рассказал? Теперь нам придется переехать. Я не смогу жить, зная, что надо мной голый Чонин ходит. - А еще он не убирает за собой, и раскидывает вещи, и ест прямо в постели, оставляя крошки, за что отдельно кастрировать хочется мудака. А еще... - А еще ты слишком придираешься. Нет, всем известно, что комендант До Кёнсу требует идеальной чистоты в общежитии и строгой дисциплины, но это Чонин. Плюс, ты способен даже стол выдрессировать приносить тебе тапочки по утрам, что про Кая говорить. - Бэкки-хён, ты гений. Дрессировка, значит, - Кёнсу улыбается так, что Бэкхён должен сотню раз сказать спасибо богам за отсутствие видео-связи. Потому что улыбка До так и кричит "Ким Чонин будет выебан всеми семнадцатью вибраторами, что пылятся в шкафу". - Кстати, когда ты вернешься? - Ну, думаю... - Ага, ясно, пока, - До сбрасывает звонок и спешит из общежития к Ким Чонину, не забыв прихватить сумку с вещами, которую он так и не распаковал, когда притащил от Кая.

***

- Кёнсу? - Чонин немного офигевает, когда открыв дверь, видит коменданта. Кёнсу же без лишних разговоров заходит внутрь, бросая сумку на пол. - Я тут подумал, мы встречаемся, я тебя даже л... люблю, - произносит До, скрепя сердце. - Мы должны жить вместе. Но только до нового семестра. - Правда? Я так рад! - Ким буквально светится от счастья накидываясь на Кёнсу с объятиями. И естественно он был полностью голым, поэтому в следующее мгновение получает удар в самое причинное место сложенным деревянным веером. - Кёнсу, ипать тебя, что за нахер?! - Чонин-а, ты же не думал, что все будет так просто, - ухмыляется Кёнсу, расправляя веер, на котором оказывается надпись "Слушайся, или умри!", что весьма не вдохновляет. - Или ты одеваешься и убираешь за собой, или я сломаю твою хуевину, и сделаю тебя вечным пассивом. - Кёнсу, так не честно, - хнычет младший, понимая, на что обрекает себя. Это лето будет самым тяжелым в жизни Ким Чонина.