На самом деле в тот день похоронили меня.

Сегодня ровно 6 месяцев, как его больше нет. 6 месяцев, а та ночь снится Стайлзу до сих пор. Постоянно. Каждое утро он просыпается в поту и весь дрожит от страха. Его нет. Стайлз помнит каждую мелочь. Каждую секунду. Будто это произошло только что. — Стайлз... Я люблю тебя... — Нет, нет, нет, не смей прощаться! — Пожалуйста... — Ты не можешь бросить меня! Ты мне нужен! Ты не можешь уйти после таких слов! — Слезы катятся по щекам подростка. — Я тоже люблю тебя. Парень прижимает к себе истекающего кровью оборотня. Рубашка пропитывается кровью. Отчаяние. Говорят, время лечит. Но вот уже полгода, а болит все так же. Стайлз замкнулся. Перестал подпускать к себе людей. Вся школа думает, что он слетел с катушек. И лишь близкие знают, что на самом деле произошло. Он перестал разговаривать. Стеклянные глаза. Взгляд в никуда. Как ни пытались помочь друзья - все бесполезно. В итоге все бросили попытки достучаться до него. Лишь Скотт до сих пор не теряет надежды. Он понимает. Понимает, что Стайлз боится снова потерять близкого человека. Понимает, что сейчас парню просто нужно разобраться в себе. — Привет, чувак! — Скотт приветливо улыбается и садится на кровать. — Вот, пришел проведать тебя. Каникулы все-таки, а ты дома сидишь. Может сходим куда-нибудь? Стайлз не отводит взгляда от окна. — Хм... Хорошо. Ты вообще выходил из дома последнюю неделю? — Да. Вчера шел дождь. Я люблю дождь. Это первые слова, которые подросток произносит с той ночи. — Ты... — Скотт сбит с толку. — Да, я разговариваю. Прости, мне сейчас необходимо побыть в одиночестве. — Стайлз поднимается и выходит из комнаты. Свежий воздух. Сейчас начало июня, но погода не очень смахивает на летнюю. Пасмурно, холодно, дождливо. Полгода. Стайлз заходит в одну непопулярную кафешку. Маленькая, нелюдимая, уютная. То, что надо. Место у окна. Горячий чай с лимоном. Пустота внутри. Кажется, снова начинается дождь. Точнее это настоящий ливень. Мальчик завороженно следит за тем, как разбиваются крупные капли о тротуар. Он даже не замечает, как в кафе забегает парень. Капли стекают по его лицу, сырые волосы и одежда. — Не возражаешь, если я присяду?