Retire

«Ехать будет сложно», – подумал Дима, глядя, как за окном под ветром гнутся ветки деревьев. То, что будет дождь, знал ещё до услышанного на радио прогноза: второй день правый висок прошибало ритмичной глухой болью. Он отвлёкся от размышлений, переводя взгляд на Арсения, невероятно эмоциональный монолог которого длился уже с полчаса и переходил на новый виток. Но Дима ещё через пять минут после его начала потерял ход мыслей. Только ждал, когда Арсен выдохнется и можно будет уйти, взяв сумку со своими немногочисленными вещами. Они так и не съехались. За, чёрт возьми, одиннадцать лет они даже не попытались! Им было некогда об этом думать… Сначала школа, где они с упорством изображали кровных врагов, соревнуясь по поводу и без. Потом институт, когда к соревнованию прибавился дикий секс, адская смесь желания подавить, подчинить и невыносимой тяги отдаться. Тогда Диму это заводило. Дима тащился от этого. Оба знали, чем всё закончится, но ходили по тончайшей грани, доводили до безумства и наслаждались реакциями. Потом была работа, и они всё так же соперничали. Но все приёмы были изучены, а реакции предсказуемы. Адреналина не хватало, и появились другие. Сначала Дима бесился, ревновал и злился на себя, потому что игрища Арсения с другими мальчиками и девочками его заводили. Арс трахался с кем-то на расстоянии вытянутой руки от него, а Димка вдыхал жгучую смесь запахов и жадно впитывал каждое движение. Но сам… Сам он бы не смог, и никакие провокации не могли пошатнуть этот нелепый принцип. А Арсений продолжал выискивать всё новые и новые способы вызвать Димкиного внутреннего зверя. Он даже едва не женился ради этого. Это уже был край, Димка с особой ясностью осознал масштабы бедствия: они втянули в игры других, они погрязли в каком-то идиотском соревновании, напрочь забыв про нормальные, человеческие отношения. И «зверь» вымотался. Устал постоянно рычать и огрызаться, зализывать раны и снова кидаться в страсть. Устал Дима. Он пытался что-то изменить, вывернуть с протоптанной дорожки в поле боя на что-то более мирное, где можно просто сидеть рядом, читать или смотреть, или просто целоваться. И казалось, что ему удаётся: больше стало разговоров, в постели – больше нежности, во взглядах – больше ласки. Появлялась стабильность. Так Димка думал до того момента, пока Арсений вновь не выкинул финт. – Мне надоела эта размеренность. Скукота, Дим, – вот всё, что он сказал. – Ну и развлекайся дальше, – бросил Димка и ушёл. Правда, ненадолго. Раскаяние Арсения было таким искренним, что Дима повёлся на ухаживания и долгие душевные разговоры о попытках начать сначала. И кому он поверил? Ведь знал же Арсения как облупленного. Но так хотелось верить… Новый виток адреналиновой ломки не заставил себя ждать. Повышение на работе - превосходство и повод для ехидных замечаний. Ну почему нельзя просто порадоваться за того, кого любишь? Арсения выбешивало его спокойствие и искренние поздравления, и предсказуемо они снова поругались. Только мириться в постели не было никакого желания, и Димка уехал к себе. Долго стоял на балконе и думал. Вот они оба, спустя столько лет, с машинами, квартирами, положением, успехами…. А на хрена? На хрена всё это, если возвращаешься в своё пятикомнатное дизайнерское жилище один. Если еду привозят из ресторана, когда кухня напичкана девайсами. Если рассчитывал, что когда-нибудь эта квартира с утра будет наполнена запахом кофе, и из кровати будет к кому выползать и сонно обниматься, или можно будет ворчать по поводу невымытой посуды или разбросанных вещей. – … и после стольких лет ты внезапно подумал, что можно всё забыть?! – Арсений испытующе смотрел на него. – Что – всё? – Ах для тебя это ерунда?!.. И посреди очередной фразы о ценности таких долгих и прочных отношений Дима перебил: – Я квартиру продал. – Что? – Арсений ошарашено моргнул и сел напротив. – Квартиру продал, – терпеливо пояснил Дима. – Уезжаю, – и с каким-то извращённым удовольствием наблюдал за растерянностью Арсения. – Надолго? – Наверное, – Дима пожал плечами. – А может, насовсем. – Дим, ты, наверное, не в себе. Переработал? Может, тебя к психоаналитику сводить? И отпуск взять? – Арсений обеспокоенно посмотрел на него, погладил руку. – Не надо, – тот одёрнул руку. – Я здоров. – Ни один человек не будет нести такую хуйню в здравом уме! – Придётся поверить. – Дима-а! О чём ты? Куда ты поедешь? Вот так всё бросишь? Всё, чего добился? – Смог здесь, смогу и там, – резонно заметил Дима. – Там не будет меня! – И что? Искреннее удивление Димы ввело Арсения в ещё больший ступор. – Ты без меня не сможешь, – зло бросил он. – Почему же? – Потому я тебя сделал! Если бы не я, ты бы так и сидел в своей первой фирме простым менеджером! Если бы не твоя тяга переиграть меня, ты бы ничего не добился! – О! То есть всем я обязан тебе? – Да! – Что ж. Значит, сяду простым менеджером в маленьком офисе и буду с удовольствием делать свою работу, – Дима поднялся и направился к выходу. – Это всё, Арсений, что бы ты ни сказал. – Это из-за него, да? – тот перехватил его за локоть. – Из-за этого?.. – Этого кого, Арс? – Дима вырвал руку. – Твоего… Бляди твоей, – прошипел Арсений. – Повеяло чем-то бабским, – усмехнулся Дима. – Я буду вместо, вместо, вместо неё, твоя невеста, честно, честная ё, – пропел он, улыбаясь. – Ну и катись. – Первая верная мысль за всю твою экспрессивную речь, – Дима ободряюще похлопал его по плечу и вышел в коридор. – Дим, – тихо сказал Арсений, когда тот потянулся к дверной ручке, – этот… он что, действительно, того стоит? Всё бросить? Выкинуть одиннадцать наших лет, плюнуть на перспективы и рвануть непонятно куда? – Женя, Арсен, его зовут Женя, – чуть обернулся Димка. – Да хоть Фёдор, – Арсений подошёл, ткнулся носом в его затылок. – Не уходи. – Слишком мелодраматично. – Ты можешь побыть серьёзным?! – Я серьёзен, Арс, – Дима удобнее перехватил сумку. – Более чем. – Из-за пары перепихов ты готов пятки ему лизать? – зло проговорил тот, отойдя на шаг. – Чем эта продуманная подстилка тебя взяла, а? Упругой жопой? Дима покачал головой. Женя был ни капли не похож на Арсения. Ни внешностью, ни характером, ни отношением к миру. Он подошёл в кафе сам с банальным поводом попросить зажигалку. Светловолосый и светлоглазый парень, с отличной фигурой и хорошими манерами. Диме он понравился. Димка не курил, но неловкую попытку познакомиться и поговорить поддержал. Женя любил театр и старый рок. Ему было двадцать три, он хотел стать дизайнером и начеркал Диме на салфетке набросок его портрета. Он был отзывчивым и чутким любовником, раскрепощенным и манящим, искренне наслаждавшимся близостью. И тогда, первый раз втрахивая его в матрас, Димка думал, каково Арсению, опоздавшему на два часа, видеть, как они выходили из кафе. Дима быстро втянулся: отличный секс, ненавязчивый мальчик, уязвленное самолюбие Арсения и собственное ощущение правильности происходящего. Он даже не скрывал от Арса, где пропадает. Он светился, даже немного хвастался, и не мог отпустить Женю, который, впрочем, прекрасно понимал, что ничего серьёзного ему не светит. Дима хотел как-то его поддержать, что-то для него сделать. Отблагодарить. Уже потом признался себе: чем-то привязать. Он договорился об отличном месте для талантливого дизайнера, пришёл, протянул Жене визитку со словами: – Передашь, что от меня. Там всё знают. Женя с секунду смотрел на визитку своего потенциального работодателя, потом, нагло порывшись в сумке Димы, вытащил его визитку. Прочитал, разорвал обе и открыл перед Димой дверь: – До свидания. Мальчик оказался гордым и предпочитал пробиваться сам. Дима отчитывал его за это, а на Женькино «я сам» почему-то рассмеялся, это отдавало рекламой «Агуши». – Я сам, – передразнил Димка и повалил его на диван. Женя сдался этому напору, но и в дальнейшем не принимал никакой помощи. Дима решил, что подарки тоже дарить не стоит. Ну или хотя бы не столь дорогие. И с удовольствием наблюдал, как Женя медленно, но верно продвигается сам. В какой-то момент Димка поймал себя на том, что после рабочего дня хочется к Жене, слушать о его новом скучнейшем проекте и упрямое «но я из него конфетку сделаю! Смотри…», гладить выступающую косточку щиколотки, перебирать мягкие волосы и не уходить, дождавшись, когда он уснёт. Дима испугался и пропал на месяц. А потом не выдержал и позвонил с вопросом: «У тебя же есть загран? Не спорь, на выходные со мной летишь». Женя не спорил. Потому что Женя скучал. И весь этот месяц у него никого не было. Дима чувствовал это, понимал. И пугался ещё больше. Как-то, сбегая в очередной раз, он вернулся в комнату, чтобы забрать телефон. Женя сидел на кровати и, сонно жмурясь, пытался расправить сбившееся одеяло. Димка несколько секунд наблюдал за ним, потом решительно выключил телефон и остался. А утром наяву было то, о чём мечтал: кофе, сонные ласковые взгляды, тихий смех и торопливые сборы на работу. Попробовав, он не смог остановиться. Отношения с Арсением сходили на «нет», отношения с Женей набирали обороты. Это длилось почти год, пока Женя не стал отстраняться и замыкаться, сбрасывать звонки и не отвечать на сообщения, оставлять вопросы без ответов и избегать близости. Димка бесился и в конце концов просто прижал его к стене, требуя объясниться. – Дим, ну и так всё ясно, – пожал плечами тот. – У тебя есть парень, ты развлёкся со мной. Было хорошо, чертовски хорошо, но это в любом случае прекратится. У вас тёрки закончатся, тебе надоест… Так что почему бы не начать заканчивать заранее. Тем более я уезжаю. – Куда? – Дима отступил, глядя на него с недоумением. – Во Владимир. Там филиал открывается, вот и поеду осваивать новые горизонты. Дима медленно опустился в кресло. – Когда? – Через неделю. Или две. Как решатся все формальности. – Ясно… Решение пришло не сразу. Далеко не сразу. Дима выбирал, догадываясь, что выбирать, собственно, не из чего. Сидел в машине у конторы Женьки, чтобы хотя бы мельком увидеть – после того разговора они не встречались. И заметив его, выходящего из здания, перебрасывающегося шуточками с девчонками, улыбающегося, Дима понял, что уже давно всё решено, а он просто не хотел себе в этом признаться. В голове с пугающей ясностью сложился дальнейший план действий. И Дима чётко следовал этому плану вплоть до последнего пункта: Арсений. – Я не хочу тебе что-то объяснять, – вздохнул Дима. – Я просто пойду. Счастливо. Дверь за его спиной захлопнулась с грохотом. Арсений всё ещё не верил в серьёзность его намерений. Димка взъерошил волосы на затылке и нажал кнопку лифта. Спустя полчаса он стоял под окнами квартиры Женьки и представлял, как тот последний раз оглядывает комнату, проверяя, не забыл ли чего, как закрывает дверь. Такси уже дожидалось, упираясь «носом» в Димин Ниссан. Женя вышел из подъезда и тормознул, словно налетел на стену, неверяще смотрел на знакомую машину и на удаляющееся такси. Для убедительности Дима посигналил. Женя помедлил и открыл дверь: – Привет. – Садись, подвезу. – Я такси вызывал… – Оно уехало, – пожал плечами Димка. Женя поколебался с минуту, но забросил сумку на заднее сидение и устроился рядом с Димой. Через десять минут стало ясно, что везут его не на вокзал. – Дим, у меня поезд, – серьёзно сказал Женя. – Я же сказал, подвезу. – До Владимира?! – А что в этом такого? – удивился Дима. – Объяснишься? – Я еду с тобой. Женя удивлённо моргнул, оглядел салон, переваривая информацию. – Эм… То есть?.. – Если есть возражения или что-то поменялось, я просто отвезу тебя, – тихо сказал Дима. – А… если нет? – Я снял квартиру недалеко от твоего офиса, с хорошим видом, довольно просторную, и… – Дим, ты серьёзно? – Более чем. Женя ткнулся лбом в его плечо и шепнул: – Я очень рад. – Я тоже, – кивнул Дима, потёрся щекой о его макушку и улыбнулся.