Про человека, который ненавидел солнце

Знаешь, радость это хлопья с молоком Пробуй - я угощаю. Тут до края света 5 минут пешком, ну а мы-то летаем. В облаках никто не сможет разглядеть... Наши белые кеды. А мы там, где прямо каждый-каждый день можно спать до обеда. А знаешь все мечты такие сладкие на вкус... И цвет. И выше неба ты мне улыбнись - я улыбнусь в ответ.

Веселье такая штука, не знаешь чем оно закончиться. Вроде недавно тебе было хорошо, и ты радовался, но теперь, заметив расстройство своих друзей, становиться как-то не по себе. Что же делать? Остаётся только извиниться. Только вот за что? За то, что Куроко было весело? За то, что он улыбался и смеялся? Может за то, что он радовался как дитё? Больше всех на Куроко злился… Хотя на него только и злился Акаши. Все остальные успокоились, осталась только маленькая обида, такая крошечная, миниатюрная, как Дюймовочка, которую можно разломать одним прикосновением. Но вот обида, хоть и маленькая, зато крепкая. Что же с этим поделать? Правильно. Нужно искать выход извинится. Два часа ночи. Завтра, то есть сегодня, школа. Но в дома Акаши ещё не спят. Нет, не так, не спит только Сейджуро, а остальные по комнатам пытаются заснуть. Акаши думает над основным составом Фукуоки. Почему же они не участвовали в играх? Ведь они сильные, Сейджуро это сам почувствовал. Как с ними поступить? А ещё нужно что-то делать со своей командой. Они объединились, но игра у них всё равно хромает. Нужно погонять их, срочно. А для начала им нужно опять привыкнуть друг к другу. И Акаши уже придумал как. Эта поездка поможет им узнать друг друга ещё ближе, понять, как они изменились, ну и составить график тренировок. И еда… Нужно позаботиться о еде, особенно для Мурасакибары и Куроко. Закончив мыслительный процесс, Акаши выключил светильник, и дом погрузился во тьму. Три часа ночи. Комната Тецуи, Ацуши и Шинтаро. - Ааах… Оооой… Мидо… Мидорима-кун… - Потише, Куроко. Ещё чуть-чуть… Аааах… Ну, же давай, Куроко. - Оооох… - Выгнись, Куроко. Так удобней будет. - Хорошо, Мидорима… кун. - Мидо-чин, подвинься. Я тоже хочу. - Мурасакибара-кун, мы сами справимся. Правда, иди спаааать. - Да, ладно, Куроко. Прими помощь. - Что это? - Куро-чин, просто возьми его в руку. Если не выходит, возьми двумя. Да, я знаю, он большой. Крепче держи. - Неудобно… А в соседней комнате медленно краснели Кисе и Аомине. Но потом взяли себя в руки и вышли в коридор. Там их поджидал Акаши, явно очень недовольный. Сейджуро, не церемонясь, открыл двери в комнату, откуда шли ахи и охи. Кисе тут же вспыхнул, потому что дверь была не закрыта. Как так можно? Когда свет включился, то все резко замерли. Куроко держал молоток и замахивался, чтобы ударить ножку дивана, Мидорима пытался достать что-то из-под него, а Мурасакибара следил за процессом. Акаши даже как-то вздохнул с облегчением, но всё же серьёзным голосом спросил, что здесь творится. - Прости, Ака-чин. Мы вам разбудили? Просто я тут чипсы потерял, а потом диван сломал. А я хочу чипсов. Вот Мидо-чин и Куро-чин решили помочь мне достать их, - как ни в чём не бывало, говорил Ацуши. А когда Мидорима протянул ему упаковку, прям засветился. - Прости, Акаши-кун. Просто невозможно заснуть, когда под ухом кто-то ноет, - спокойным тоном сказал Куроко, рассматривая Сейджуро, который выглядел очень забавно. Бледную кожу подчеркивал шёлковый халат в пол. Волосы растрепаны, а глаза до сих пор морщились от света в комнате. Куроко, не теряя и секунды, встал с дивана и подошёл к Акаши, и, пользуясь замешательством капитана, дотронулся до его волос. Лицо капитана застыло в изумлении, когда он заметил улыбку на лице у Тецуи. – Акаши-кун, ты такой милый сейчас. Аомине не верил тому, что он видел. Мало того, что Куроко улыбнулся, так он ещё и гладит грозного Акаши по голове. Капец. Дайки хотелось биться об стенку головой лишь бы проснуться. Кисе просто ныл от несправедливости, ведь он тоже хотел, чтобы его погладили. Нет, не так, Рёта хочет, чтобы его погладил именно Тецу. Что за несправедливость? - Тецу, иди спать, - сказал капитан, мягко хватая за руку Куроко. – Ты просто не выспался. Выспишься – будешь говорить, что я монстр. Я же знаю. – Как-то грустно улыбнулся Сейджуро и легким плавным и, даже, нежным движением подтолкнул Куроко к кровати. Ночка не задалась. Потрепав свои волосы от досады, Акаши отправился в свою комнату.

***

Наутро, естественно, никто не выспался. Даже Вангой не нужно было быть, чтобы это понять. Четыре зомби, зевающий Куроко и Акаши направлялись в школу. Лучше всех было Тецу, потому что его никто не замечал, а значит, он смог со спокойной душой проспать все уроки, главное, чтобы капитан смилостивился над ним. Кстати, о нём. Куроко заметил, что он целое утро как-то с досадой смотрел на него. И что самое обидное Акаши не разговаривал с Тецу. Что последнего очень огорчало, ведь он не знал причины такого внезапного обращения к нему. Что может быть лучше математики? Ну, конечно, если ты, Акаши Сейджуро, то для тебя это сущий пустяк, а вот для Куроко, который сидит рядом и вовсю зевает, от чего в глазах появляются слёзы, которые мешают смотреть на цифры и решить этот долбанный пример, это просто пытка. И то самое чувство, когда понимаешь, что твой сосед по парте… - Монстр. Акаши-кун, ты монстр, - говорил Куроко, списывая пример у Сейджуро, от чего последний не знал, что делать, то ли радоваться, что он знал, что так будет или плакать от досады. – Монстр. Милый монстр. – Продолжил Куроко, ставя точку в примере и замечая на себе удивлённый взгляд. – Я же говорил, что ночью ты был милым.

***

Акаши всё недоумевал, почему Куроко говорит, что он милый. Ведь он, грозный и злой Акаши Сейджуро, который не знает пощады. Наверное, Тецу это просто выдумал, что бы отлинять от наказания. Кстати, о наказании. Что же такого придумать? А, что если? Да, нет, Куроко ведь. А может… - О чём думаешь, Акаши-кун? – спросил, появившийся из неоткуда Куроко. – С тобой всё хорошо? Ты какой-то красный. – Побеспокоился Тецу, положив руку на лоб капитана. - Всё в порядке, - ответил Сейджуро, немного приоткрыв глаза и прогоняя фантазию куда подальше. - Ты не болен? – заботливо поинтересовался Куроко, притрагиваясь губами ко лбу Акаши. – Температуры вроде нет, - Акаши сейчас выглядел таким расслабленным, с еле заметным румянцем на щеках, приоткрытыми глазами и губами. А ещё эти подрагивающие ресницы… - Я не болен, а вот фантазия, - протянул капитан, вспоминая, какие картинки ему подкинула больная фантазия, от чего ещё больше покраснел. - Милый… извращенец, - вынес вердикт Куроко и сел за своё место.

***

На уроках Куроко всё-таки выспался. А вот Акаши не мог избавится от этой назойливой улыбки, что так и вырывалась, когда он случайно смотрел на Тецую. Такое чувство, что он ждал этих слов каждый день. «Монстр. Милый монстр…» «Милый… извращенец». Что заставило Куроко так сказать? Вроде говорит по своей воле. - Акаши-кун. - Да? - Можно тебя попросить? – тихо спросил Куроко, смотря на Сейджуро. - Что? - Акаши-кун, улыбайся, пожалуйста, почаще. Тебе идёт улыбка. Она такая… милая, - попросил Куроко и снова погрузился в сон, а капитан всё так же сидел с глупой, но на этот раз широкой улыбкой. Кто-то посмотрел бы и подумал, что он безумный, но это моментально изменилось, стоило ему дотронуться до таких нежных волос, как на лице появилась такая нежная, но редкая улыбка.

***

- Я не понимаю, Акаши, куда мы будем ехать, если только перевелись в эту школу? Перевелись и сразу прогуливать? Это на тебя не похоже, - говорит Мидорима, смотря в упор на капитана. Конечно, он не перечил, ведь он понимал, что с ним может быть. - Куда мы хоть едем? – спросил Аомине. Ему нравилась идея прогулять школу, но если они поедут тренироваться, Дайки лучше в школу походить, ибо тренироваться лень. На все вопросы Акаши ответил взглядом, таким убивающим, после которого даже дышать трудно становится. Признав своё поражение, парни пошли одеваться. Единственными, кто были уже собранны, оказались сам Акаши, Куроко, Кисе и Мурасакибара. Последняя тройка сейчас преспокойно играла в карты, что было удивительно для вечно шумящего Рёты. Подойдя к ним, Сейджуро узнал, что играют они на желание и, что Кисе хочет, что бы Тецу тоже назвал его милым и погладил по голове. - Кисе-кун, ты, - проговорил Куроко, дотрагиваясь до волос Рёты, от чего последний прям засветился. А Сейджуро почувствовал что-то неправильное в своих ощущениях. – Милая истеричка, - быстро закончил Тецу и убрал руку от золотистых волос. Кисе уже входил в стадию депрессии, а Акаши заметил, что Куроко говорил без единой эмоции, что его крайне порадовало. А ещё Сейджуро злорадствовал. Сильно злорадствовал, ведь Тецу не горел желанием говорить Кисе, что он милый. Поэтому капитан расплылся в довольной улыбке, которую заметил только Ацуши. - Мурасакибара-кун, ты тоже милый сладкоежка, так что не дуйся, - опять же без эмоций кинул Куроко и потрепал собеседника по голове. – Пошли, Акаши-кун. Все уже ждут, - сказал Тецу и, схватив за руку капитана, потащил к выходу из дома. А ведь и точно, пока Сейджуро был в прострации все уже вышли и только Куроко стоял возле него. - Конечно…

***

Автобус довёз баскетболистом прямо к месту назначения. Это было очень красочное место. Большое поле, на котором было видно пять длинных помещений с маленькими окошками и большими дверьми. Стены были белые с оттенком серого. Между каждых домиков были дорожки, выложенные камнями. В воздухе витал запах сена и чего-то ещё. Там далеко видно горизонт, который отделяет голубое небо и зеленое поле. Парни и не заметили, как одна из дверей открылась, и к ним вышел маленький старичок. Первым заметил Акаши и, поздоровавшись с ним, толкнул своих спутников. Старичок просто махнул рукой, показывая, что нужно идти за ним. В помещении было довольно темно. Все источники света это лучи, который пробивались из окон и старые люстры. Идя по помещению все заметили стойла, в которых находились лошади. Акаши мечтал об этом дне, дне, когда он сможет сводить своих друзей, а точнее именно Куроко, сюда. Когда же парням сказали выбирать лошадей, Сейджуро подошёл к своему любимому коню. Все стали радостно бегать и выбирать себе лошадь, лишь один Тецу стоял возле чёрного, как крыло вороны, коня. Подойдя ближе, Акаши заметил, что его зовут Джашин. Он его знал. Эта лошадь была очень строптивой и скидывала всех своих наездников. - Акаши-кун, я возьму его, хорошо? – тихо спросил Куроко, не отрываясь от созерцания коня. Животное от сильного внимания решило испугать человечишку и встало на дыбы, на что Тецу даже не моргнул. - Молодой человек, в нашем конном центре есть множество других лошадей. Этот вам не нужен. Он к себе никого не подпускает, - сообщил старичок и отправился вперёд, думая, что Тецу направился за ним. Но не тут-то было. Куроко спокойно походкой подошел к двери, что открывала стойло и спокойно зашёл. Лошадь недоверчиво посмотрела на нарушителя её спокойствия и начала фырчать, но всё же спокойно подошла к человеку, ткнув своей мордой в лоб Куроко. - Приятно познакомится. Куроко Тецуя. Тебя ведь Джашин зовут. Ты красивый, - тихо говорит Куроко, что бы его слышал только конь. Джашин же прижался лбом ко лбу Куроко и смотрел в его голубые глаза, пытаясь найти хоть долю страха. – Покатаешься со мной? – вопрос от Тецуи и одобрительное фырчание, лёгкая улыбка распасовщика и ещё одно одобрительное фырчание. Старичок и Акаши о чём-то беседовали. Наверное, они пытались выбрать лошадь для одного мальчишки, но Куроко было уже всё равно. Аккуратно взяв за узду Джашина, Тецуя вывел его из своего стойла. - Акаши-кун, мы готовы, - тихо оповестил парень и посмотрел на своего коня, который намеревался пожевать волосы Куроко. Сейджуро, который был крайне удивлён тому, что лошадь его приняла, легко улыбался с удовольствием смотря на такое милое лицо. - Молодой человек, этот конь опасен. Его нужно убрать поскорее. Дайте мне его, - сказал старичок, не скрывая страха в голосе. Джашин пренебрежительно фыркнул и повёл Куроко к выходу, напоследок ударив старичка хвостом.

***

Все… Ну, ладно. Почти все уже сидели на своих лошадях. Мидорима уверенно держался на своей гнедой кобыле. Мурасакибара как всегда ел. Кисе просто сиял, сидя верхом. Аомине просто был рад, что они не тренируются. И только Куроко всё никак не мог залезть на Джашина. Последний к тому же не допускал Акаши помочь Тецуи. Наблюдая за очередной попыткой залезть на себя, лошадь смилостивилась над парнем и полностью села на пол, подвернув под себя ноги. Когда Джашин вместе с Куроко начал подниматься, последнему пришлось просто намертво вцепиться в опору. На что конь с усмешкой фыркнул, а потом дёрнул своей головой, выставляя напоказ свои волосы. Так как Тецу не знал, как управлять лошадью, он схватился в уздечку и просто держался, когда Джашин начал медленно идти, мотая головой и разглядывая лучшее место поскакать. Заприметив такое, конь громко фыркнул, привлекая внимание всех находящихся рядом. Куроко понял без слов и, сжав свои ноги и руки, ждал, когда Джашин сдвинется с места. Лошадь долго ждать себя не заставила, легко побежав. Сначала темп был маленьким, поэтому Куроко медленно, но верно начал привыкать, а через некоторое время начал потихоньку пытаться управлять конём, как это делал Акаши. Но из-за того, что Тецу боялся причинить вред Джашину, коню пришлось очень тяжело, ведь он почти не ощущал команд всадника. Почувствовав, что Куроко уже уверенно держится в седле, конь побежал к полигону с препятствиями. Акаши пришлось следовать за ними, что бы, не дай Бог, ничего не случилось.

***

Лошадь зло фыркала, стоя в стойле и смотря вслед удаляющемуся мальчишке. Давно он так не веселился. Но сейчас как-то даже одиноко, ведь он провёл свой день с человеком, а теперь его нет, он ушел. Остаётся надеяться, что он ещё придёт. Правильно, что он ещё может? Он ведь только лошадь. Никто у него спрашивать не будет. - Акаши-кун, а мы ещё приедем сюда? – спросил Куроко, разворачиваясь и смотря на недовольную лошадь. - Если захочешь, то конечно, - ответил Акаши. На самом деле он был зол. Сейджуро хотел провести этот день с Куроко, научить его ездить, подсадить, а эта глупая лошадь мешала его планам. Но ничего, у него ещё будет время, а пока нужно подготовить план тренировок, а, то такими темпами они наездниками, а не баскетболистами будут.