В нотах жизни

- Блять, какой идиот придумал мешать текилу с вином? - верещал Мильковский своим тоненьким голоском. "Не визжи, и так плохо" - подумал я, но, как обычно, промолчал. Ведь это - часть моего образа. - Вообще-то ты!, - огрызнулся Влад, наш соло-гитарист. - А почему меня никто не остановил?, - простонал Женя. - А ты попробуй остановить человека, стоящего на столе, и кричащего "Будем пить, как лошади, в год лошади!", - вмешался Тошик, лежавший поперёк дивана. Примерно так начинается наше утро после очередной вечерней пьянки. Нет, а что вы хотели, вчера же был Новый Год! Естественно мы выпили! А я что? Я тоже пил, и поэтому лежу сейчас на колонке, свернувшись калачиком, в состоянии амёбы. Эту перепалку прервал звонок в дверь. - Мелкий, иди открой!, - приказал Милько. - Сам подними свою старую тушку и... Не успел Тоша договорить, в него полетела огромная плюшевая лошадь, которую нам подарил Юра. Разъярённый Антон встал, и начал идти в сторону Жени, держа в руках эту самую игрушку и крича. - Ну раз уж встал, открой, а!, - смеясь, перекрикивал Жека нашего маленького обиженного мальчика. Недовольный Тошик открыл дверь. На пороге стояла Танюша. Перед её глазами была картина маслом: полнейший хаос, куча пустых бутылок, Женя, лежащий звёздочкой на столе, Влад, попивающий из бокала прошлогоднее недопитое вино, ну и я на колонке, и к тому же вонь перегара на всю квартиру. - У... Видимо вы долго ещё без меня тут праздновали. В любом случае подъём, нас ждут великие дела., - С этими словами Таня куда-то удалилась, но потом из студии до нас донеслись очень громкие удары палочек по малому барабану. - Аааааа, Таня!, - схватившись за головы хором вопили мы. Ну вот зачем она издевается?! А звуки становились всё громче и громче. Таня только смеялась и давала нам понять, что пока мы не встанем, она не прекратит. Какая же она жестокая! Матерясь, вопя и обижаясь мы всё же встали, собрались, оделись, привели себя в порядок и начали уборку. Так как Аня, Стелла и Алина уехали женской компанией на день на тур-базу, вся уборка перепала на нас четверых. Таня лишь руководила процессом. И тут началась самая ужасная часть этого занятия: разделение труда. После получасовой разборки, криков, трёхэтажного мата и даже драки, мы решили, что каждый уберётся в своей комнате, ну а дальше разберёмся. Да... Нарешали за полчаса! В своей комнате каждый должен был убрать валяющиеся шмотки, протереть пыль, помыть пол, разгрести мусор. Не успел я начать прибираться, как из ванной послышался смех Тошика и вопль Влада, все сбежались на крик. Перед нами была картина: мокрый с ног до головы Влад, и гогочущий Антон с ведром. - Вы - два идиота! Теперь ещё коврик в ванной придётся стирать!, - кричал Женя, заглядывая в глаза то Тоше, то Владу. В итоге Таня отвешала обоим затрещин и забрала у них наше единственное ведро, они с виноватым видом удалились по комнатам. Ихихи, а ведро досталось мне! Я очень быстро помыл пол и убрался. "Фууууух, отдохну, пока они пол моют" - подумал я, и насвистывая отправился в ванную. Иду я по коридору, никого не трогаю, как меня окликает Женя. Я оборачиваюсь, и в эту же секунду мне в лицо летит мокрая тряпка. Сначала я стоял с серьёзным лицом, а Милько смотрел на меня выжидающе. Но потом я взял эту тряпку, завял на голове, и напевая турецкие мотивы пританцовывая двинулся дальше в ванную. Собственно, никто не удивился моему поведению. Уборка была закончена. Рабы, то есть мы, были распущены Таней. Уже тошно от алкоголя, но наше веселье на этом не заканчивается. Первого числа день рождение двух очаровательных девушек - близняшек Шак. Ани - девушки Влада, и её сестры Кати. Нет, ну конечно! Какой же праздник, если Тошик не припрёт виски! Короче и первого мы напились. Я расплывчато помню, что было в тот вечер, помню только, что танцевал с пустой бутылкой на голове. В общем, всё второе число мы расслаблялись дома.