Рядом

Эти дождливые дни всегда напрягают. Будь это ссора с любимым человеком, другом или обычный день, не отличающийся от других. Не важно, главное, что дождь всегда оставляет за собой серый осадок на душе. Капли падают, тяжело ударяются об асфальт и разлетаются на сотни маленьких капелек. В них отражаются грустные улыбки прохожих, безразличные выражения лиц. Люди с огромными черными и серыми зонтами проходят мимо, не замечая никого вокруг. Случайно, в спешке, задевают прохожих, но, не останавливаясь и не извиняясь, продолжают идти. Ноги начинают замерзать, и их приходится укрывать шерстяным пледом, который подарил Чанель. Стоит только поднять вверх голову и можно увидеть эти любимые глаза, но никогда не узреть той улыбки, которая греет сердце. Бен Бекхен, всегда будет винить себя за то, что принес в жизнь двух замечательных людей грусть, уныние. Больше нет тех прежних дней, в которых парни могли бы просто гулять, бегать по большому полю и собирать ромашки. А Бекхену хотелось бы еще раз побывать на том поле, ведь он там, можно сказать, вырос. С самого детства двое парней собирали на нем полевые цветы своим матерям, даря им улыбки. Но уже больше года Бекхен приносит всем только слезы, боль, переживания. Чанель смотрит на сидящую фигуру парня и вспоминает, как год назад они вместе гуляли по парку и весело улыбались. Но после одной ситуации жизнь изменилась. Чанель всегда винит себя и даже не задумывается над тем, что Бекхен так же винит себя за ту же ситуацию. Но это становится не важно, когда вспоминаешь тот день. На душе становится тяжело. Бекхен вытаскивает руку из-под зонта. Дождь начинает сильно барабанить по ладони. Брызги летят на одежду, плед, в лицо. Приятно. Боль от капель кажется чем-то незначимым в этом ужасном мире грез. Слеза скатывается по щеке, подбородку и капает на плед. Пушистые ресницы слипаются, а глаза краснеют. Бекхен аккуратно стирает влагу с лица так, что бы этого не видел Чанель. Не хочется лишний раз беспокоить его, ведь тот и так каждый день носится с Бекхеном, как мамочка. Бекхен уже год, как прикован к инвалидному креслу. Тогда, в парке парни решили прокатиться на аттракционах. Все было замечательно. Парни собирались возвращаться домой, но решили напоследок, в самый последний момент, прокатится еще один раз. Наверное, это был несчастный случай, закон подлости или же проклятье, но аттракцион сломался. Ремень безопасности ослаб и Бекхен, на высоте двух этажей, вылетел и неудачно приземлился. Ноги отказали сразу же из-за повреждения позвонков. Мать Бекхена долго рыдала, сидя перед своим ребенком. Женщина не могла поверить в такое. Она переживала за сына и молилась Богу каждый день. Она постоянно ходила в церковь и читала молитвы, стоя на коленях. Но результата это не дало. Тогда, женщина просто тихо ушла, не сказав и слова. Исчезла, бросила сына инвалида на произвол судьбы. Чанель не смог отказаться от Бекхена. Он очень дорожил дружбой с этим парнем и стал помогать ему. Чанель чувствовал, что Бекхен совсем не друг, а нечто большее. В тот роковой вечер он хотел признаться, рассказать все о своих чувствах, но судьба решила, что не сейчас. Вот уже год, как Чанель живет с Бекхеном и помогает ему. Он его купает, кормит, возит в больницу, убирает в доме. Каждый вечер он делает Бекхену массаж ног и поясницы, а затем укладывает спать. Бекхен, стерев слезы, повернул коляску лицом к Чанелю. - Пойдем домой? - Замерз? - спросил Чанель и дотронулся до холодных и мокрых рук. Бекхен резко выдернул руку из-под ладони рыжеволосого и отвернулся. - Просто отвези меня домой, - сказал Бекхен немного грубоватым тоном. Пока Бекхен стоял на улице он обдумывал многое. Звук дождя помогал сосредоточиться. Сами капли впитывали в себя всю боль, разочарование. Бекхен думал над тем, что не может так больше жить. Во-первых, он губит свою жизнь, во-вторых, забирает ее у Чанеля, который ни в чем не виноват. Он решил, что справится сам. Ему, было, очень тяжело находится рядом с Чанелем. Он любил его, но никогда бы теперь не позволил, что бы этот рыжеволосый парень узнал об этом. Не хотел приносить боль еще кому-то. Решил, что одному будет легче, проще. Эму казалось, что он выглядит отвратительно. Его ноги были в шрамах и страшно изуродованы, так же как и спина. Много операций пришлось пережить Бекхену. Он когда-то боролся за свою жизнь, а теперь должен бороться за чувства, но не хочет. Он решил, что не заслуживает этого. Его, урода в коляске, никто не полюбит больше. Пусть у него и симпатичное личико, пусть он молодой и привлекательный, но одна коляска портит всю картину, и прохожие всегда корчатся и воротят нос. Они даже не пытаются скрыть это. Да и не хотят. - Тебе принести что-нибудь? - спросил Чанель, когда помог подняться Бекхену на второй этаж и заехать в квартиру, а затем и снять верхнюю одежду. - Нет. Я хочу поговорить, - взгляд был пустым, а сам Бекхен еле сдерживал слезы. - Хорошо, - Ченель отвез коляску с парнем в зал и сел напротив. - Ты сможешь сегодня уйти? - в лоб спросил Бек, наблядая за тем, как брови рыжеволосого поднялись вверх, а затем поползли обратно вниз. - Ты хочешь побыть один? Хорошо, я вернусь завтра. Купить что-нибудь? - Нет. Не надо приходить ни завтра, ни послезавтра, ни через неделю и даже ни через год. Никогда, - Бекхен если сдерживал слезы и истерику, которые подкатывали к горлу. - Я не хочу тебя видеть. Мне надоело, что ты возишься со мной! Надоел ты сам. Противно! - Бек уже рыдал. Ему было сложно говорить такие вещи Чанелю. Человеку, который год носится с ним, как угорелый, лишая себя личной жизни. - Успокойся, все хорошо, - рыжеволосый обнял Бекхена, но тот дернулся и отъехал в сторону. - Больше не прикасайся ко мне. Мне противен ты. Не могу больше видеть тебя. Уходи, пожалуйста. И больше не приходи. Забудь меня. Дверь хлопнула, и в квартире стало тихо. Бекхен слышал лишь то, как он всхлипывает и это отдается эхом в пустой квартире. Парень выехал на балкон и дышал таким приятным запахом, наблюдая за тем, как удаляется одинокая фигура и рыжие волосы стали темными от воды. Слезы уже не текли по щекам, а сам Бекхен думал, как теперь проживет один, без любимого. Без кружки горячего какао по утрам, без теплых объятий по вечерам. Все стало не так, как раньше. Бекхен перестал жить, он стал существовать. Надеялся лишь на то, что Чанель вернется. Не послушает истеричных слов и плюнет на все. Придет и обнимет его, как раньше. Но дни пролетали, а дом оставался все таким же - холодным и пустым. Бекхен все больше стал забывать принимать таблетки, кушать. Он только сидел у окна или на балконе и смотрел вдаль, выглядывая знакомую фигуру. Он хотел, чтобы Чанель вернулся домой. Прошел месяц. Ни разу не приняв таблетки, у Бекхена все сильнее болела спина. Руки слабо слушались и часто немели. И утратив надежду на лучшее, Бекхен решил смириться с этим. Но не получалось. Душевная боль убивала парня изнутри. У наго гнила душа, и стирала все хорошие воспоминания, оставляя лишь плохие. Это убивало парня. А еще любовь ранила его сердце. Будто в него воткнули огромный нож, несколько раз вытаскивая и снова протыкая грудную клетку насквозь. Дышать становилось тяжелей. Чанель переживал за самого дорогого человека. Он решил, не смотря на все запреты и обидные слова, прийти и проведать нежного и ранимого парня. Он улыбался, думая о Бекхене, о том, как увидит его и обнимет, а еще скажет о своих чувствах. В квартире было тихо, лишь вода журчала где-то в ванной или на кухне. На кухнет никого не было, и Чанель понял, что Бекхен принимает душ. Тихо открыв дверь, рыжеволосый проскользнул внутрь и отодвинул шторку. В воде лежал бледный Бекхен. Точнее не в воде, а в крови. Бортики ванной были измазаны кровью, пол, даже стена. Чанель не мог даже пошевелиться. Когда сознание вернулось к рыжеволосому, тот заскулил и бросился к обездвиженному телу. Он схватил Бекхена на руки, стянул с крючка полотенце и перевязал порезанную руку и выбежал из квартиры. Чанель посадил мокрого парня на сиденье, а сам сел за руль и быстро поехал в ближнюю больницу. Рыжеволосый нарушал правила дорожного движения и гнал во всю, иногда поглядывая на Бекхена, который был еще в сознании. Он что-то бубнил под нос, но Чанель не слышал его. У больницы Бекхена забрали врачи и на носилках понесли в операционную. Чанель сидел перед дверьми и ждал. Время шло очень медленно, и рыжеволосый весь извелся. Доктор вышел из операционной через два часа. Посмотрел на часы, и, глядя Чанелю прямо в глаза сказал: - Время смерти 20:56. Чанель не мог больше сказать и слова. Он глотал слезы. Ему было страшно. Он не хотел верить в это. Не хотел! Он не смог бы похоронить свою любовь. Не смирится с этим. Чанелю разрешили попрощаться с Бекхеном и пустили в операционную. Бекхен выглядел жутко. Кожа начала принимать зеленоватый оттенок, лицо осунулось. На белой ткани, на которой лежал парень, было много крови, она вся была красной и липкой. Чанель подошел ближе к телу. Он провел ладонью по холодному лбу и поцеловал парня в кончик носа. - Прости, - прошептал Чанель и сорвался. Он бросал все, что попадалось под руку. Медицинские, хирургические инструменты, стулья, подносы. За шум парня вывели под руки из операционной, и тело увезли в морг. На следующий день Чанель вернулся в квартиру Бекхена. Он зашел в его комнату и уткнулся носом в кровать и начал плакать. Рядом с рукой что-то зашелестело, и рыжеволосый обратил внимание на клочок бумаги с аккуратно выведенными буквами. " Чанель, я знаю, что ты винишь себя за тот несчастный случай. И вот, ты не виноват. Так, как это мое последнее письмо, я хотел сказать, что я люблю тебя. Давно. Но кому нужен такой инвалид, как я? Никому. Поэтому я решил, что лучше не буду мучать ни себя, ни других. Теперь это твоя квартира. С возвращением домой:*" - Я тоже люблю тебя идиот! Тоже, - кричал Чанель. Он не заметил любви Бекхена его чувств и дал ему уйти. Просто кинуть все. Бекхен избежал боли и мук. Просто исчез так, что никто, кроме рыжеволосого и не заметил этого. Чанель больше не выходил из квартиры Бекхена. Начал пить и курить. Больше всего времени парень лежал на кровати Бекхена и в его инвалидной коляске. Рыжеволосый часто кидал все, разбивал посуду и кричал во весь голос. Он звал Бекхена и просил вернуться. Не было ни дня, чтобы Чанель не выпил спиртного, а выкуривал он по четыре пачки сигарет за сутки. Этого стало категорически мало, не хватало, что бы заглушить боль и, вычитав в интернете, купил у нелегалов дозу. В первый раз руки дрожали, когда Чанель пытался вколоть раствор в вену. Ему было страшно, но он чувствовал, что умрет без этого. После того, как доза попала в кровь, стало подташнивать, и голова пошла кругом. Затем это сменилось приятным, необычным чувством. Пол из-под ног как будто исчез, и тело падает вниз. Делаешь шаг, и вырастают крылья. Чанель истерично смеялся и ходил по квартире врезаясь в косяки и углы, но не чувствовал этого совсем. Боль уходила на задний план. Когда стало немного отпускать рыжеволосый упал на кровать и прикрыл глаза. - Чанель, - кто-то шепнул прям на ухо, и парень подскочил и осмотрелся. На кровати сидел Бекхен. Жив и здоров и кожа его выглядело здоровой, а на щеках легкий румянец. - Бекки? - Зачем ты так? Завязывай с этим всем! - сказал Бекхен и придвинулся ближе к рыжеволосому. - Это ты? Но как? - не верил Чанель и потянул руку к парню. Он был живой. Рука не пролетела сквозь тело, а почувствовала тепло и мягкую кожу. - Прости меня, Чанель, - горько улыбнулся Бекхен. - Бекки. Я так тебя люблю. Мне не хватает тебя. Зачем ты так поступил? Ты чертов эгоист, - разозлился Чанель. - Знаю. Я это все знаю. Чанель больше ничего не говорил. Он лег на кровать и смотрел на Бекхена. Он был такой красивый. Идеальный. Рыжеволосый отметил, что ему очень идет белый цвет. А черные волосы, которые были растрёпаны, идеально вписывались в образ нежного мальчика. - Спи. Я всегда буду рядом с тобой. Чанель лег обратно и притянул к себе хрупкое тело. - Давай просто полежим вот так чуть-чуть. На утро Бекхер исчезал, а вечером снова возвращался домой и засыпал под боком рыжеволосого. Чанель перестал пить, курить, но каждый вечер кололся, увеличивая дозу. Это давало уверенности и уже вошло в привычку. Бросить уже было невозможно. Но Чанеля это не волновало. Ему хватало того, что каждый вечер он видит Бекхена, что лежит с ним на кровати и чувствует тепло его тела. На следующий день Чанель не проснулся. Он был холодным и не подавал признаков жизни. Труп нашли случайно соседи. Врачи диагноз поставили сразу. Передозировка наркотических веществ. Мать Чанеля похоронила сына рядом с его любимым. На их могиле всегда стояли свежие ромашки с того самого поля, которое так любил Бекхен. Теперь они будут навсегда вместе. И мир запомнит их, как двух молодых людей с трагической судьбой, которая не дала любить и признаться в своих чувствах. Но это была настоящая любовь, которую запомнят навек.