Ich will deine Seele

- Куда повернуть? - Я потерянно оглядывалась по сторонам, моля Бога о том, чтобы телефон не разрядился раньше времени. - Анита! – Верещала в трубке подруга. – Там один единственный поворот! Туда и сворачивай. - Не один, - начала злиться я, делая взмах рукой. – Тут их два! - Чёрт, значит ты сейчас не там, где нужно…. А где ты? Опиши местность. - Хм, ну дорога. Какая-то хреновина красная, может какой-нибудь обозначатель. Напротив домишко из кирпича. - Ёптить, я понятия не имею, где ты. – Подруга явно пребывала в ступоре. – Как ты могла вообще туда попасть, полуслонёнок мой недоделанный! Как понять где ты находишься? - В ебенях я нахожусь. - Посмотри по сторонам, может люди какие-нибудь имеются? Спроси у них дорогу! - У меня из немецкого один «Гитлер капут», -проныла я. - Спроси по-английски! - А в этой глуши ходят стадами люди, спикующие на инглише! - Спроси по-французски! - Издеваешься? - А вдруг повезёт? Я остановилась у столба и начала методично откорябывать краску, обдумывая ситуацию. Хм… А как вообще по-французски будет: «Подскажите, пожалуйста, дорогу?» Я вгляделась в столб, словно рассчитывала увидеть на нём, как на школьной доске, идеально построенное предложение. Нахмурив лоб, я начала задумчиво мычать: - S'il… vous… le chemin… И тут конструкция сама построилась в голове и я хлопнула от радости ладонью по столбу: - S'il vous plaît indiquer le chemin! – Торжественно провопила я. - Où avez-vous besoin? – Чётко сказали рядом со мной. Я резко повернулась, поэтому первое, что буквально бросилось мне в глаза - была широкая грудь, едва сдерживаемая чёрной футболкой и мощная шея. Многообещающе, учитывая, что случайный прохожий был выше меня на голову точно. «Прохожий» поднял руку, из-за чего кожанка на его плечах заскрипела, и поправил солнцезащитные очки. Я же попыталась сощурить свои близорукие глаза от солнца, чтобы разглядеть нормально лицо незнакомца. - Bonjour. – Хрипловато произнёс мужчина. - Puis-je vous aider? Чёткое, рубленное произношение певучих французских слов, на удивление не корёжило. В сочетании с низким голосом незнакомца в чём-то завораживало. Тут до меня дошло, как глупо я выглядела, когда разговаривала со столбом. Смех сам собой начал лезть наружу и я глупо осклабилась. На удивление, он не убежал от меня с криком ужаса, приняв за помешанную, а просто улыбнулся в ответ. Прекрасные, ровные, жемчужно-белые зубы… Анита, хватит пялиться. - Oui, bien sûr! Parlez-vous anglais? - Говорю и даже лучше, чем на французском. – Ухмыльнулся мужчина. - Я решил, что вы француженка. «Какая из меня француженка? Разве что страшна также» - пронеслось в голове. - Я русская. Услышав это, он как-будто бы обрадовался. - Прекрасная страна! - Спасибо. А теперь, сможете ли вы мне помочь разобраться в вашей прекрасной стране? Он расхохотался и я буквально слышала, как резонирует его смех в груди. С чего такая реакция и с какого рожна голос кажется таким знакомым? - Не подскажите, где сейчас проходит рок-фестиваль? Я немного заблудилась. - Это в десяти минутах ходьбы отсюда. Нам по пути. – Он сделал приглашающий жест рукой и я послушно двинулась рядом с ним. Телефон завибрировал в кармане и жахнул тяжёлым роком группы Oomph! , в трубке послышался нервный голос Лики: - Ты где! Почему отключилась? - Со мной всё хорошо, я нашла англоязычного попутчика. - Немец? Я украдкой посмотрела на мужчину: высокий, атлетического телосложения, скуластое лицо… Жаль под кепкой нельзя было разглядеть волос. - Немец, судя по всему… Так рыкать на английском и французском может только немец. Подруга включила мамку: - А он нормальный? Не маньячина? Может, тебя встретить? Ещё один взгляд в сторону мужчины. Он стал замечать постоянные приглядывания и улыбнулся, поймав мой взгляд. - Он адекватный… Не переживай. - Жду тебя, Сеня. - Любишь немецкий рок? – Спросил попутчик, поправляя воротник куртки. - Да, но сюда приехали с подругой ради Умфов. И Экстрэмо. Мужчина хихикнул. - Такая молодая, а слушаешь дряхлеющих рокеров? – Сказано это было беззлобно, словно в шутку. - У них отличная музыка, а возраст ничего не значит. Деро в свои 42 выглядит лучше меня. Тут уже мужик просто заржал, и мне стало не по себе: что смешного я сказала? Я повернулась к попутчику, но солнце продолжало бить в глаза, поэтому мой недоумённый взгляд не достиг цели. - Ты просто фанатка Умф, как я погляжу. - Да. Он закашлялся. - Хорошо… Я не имею ничего против. Любимая песня есть? – Кожей я почувствовала, что он окинул оценивающим взглядом мою фигуру. Тут и пожалела, что джинсы слишком обтягивали мой зад, а бирюзовая ткань топа уж слишком подчёркивает белизну кожи и тонкость рук. Захотелось снова нацепить толстовку, но её я оставила у Лики. Вдруг, он и правда не так нормален, как кажется?... О чём он меня спрашивал? - Я спрашивал, есть ли у тебя любимая песня Умф? Блин, опять я размышляю вслух. Ещё и на английском! Пожав плечами, я начала подбирать правильные слова: - Сложно выбрать одну. У них все песни построены на какой-то удивительной энергетике… Смеси животных инстинктов и романтичности, чуткости. Хмм, дело в голосе вокалиста – он забирает и манит. Тянет… - Куда тянет?... Я не видела его лицо, потому что шла вперёд и смотрела только на открывшиеся перспективы природы Германии и кипящей жизни, набирающей обороты в чистом поле, опенэйра. Вопрос мужчины прозвучал вкрадчиво, аккуратно. - Тянет за собой. Он позовёт – и ты пойдёшь куда угодно. Ich Will Deine Seele , например. У меня от неё коленки трясутся. Сказала – и сама испугалась. Наш диалог приобрёл какие-то странные краски – гуще, напряжённее. Мне стало неудобно и я снова пригвоздилась взглядом к вороту его футболки. Неловкость легла на плечи, хоть и непонятно откуда ей взяться? Не потому ведь, что он облизал ярко-розовые губы?... - Анита! Ёпт-твою-мать! Родный матерный ударил по ушам и Лика схватила меня за плечо. - Слава Богу, я начала уже переживать. – Подруга повернулась к моему спутнику и обычная её раздражённая разговорчивость куда-то пропала. Глаза расширились, а ярко накрашенные губы раскрылись. - Guten Tag. – Полувыдохнула она. - Guten Tag. – Бархатно послышалось в ответ. Она мгновенно повернулась ко мне и тихо пропищала: - Это он тебя провожал? Мужчина тем временем продолжил на английском: - Рад был вам помочь и рад знакомству. – Он благожелательно улыбнулся Лике, у которой рот уже должен был порваться от оскала. – И… - Он уже смотрел прямо на меня. – Обещаю, что Ich Will Deine Seele - вы сегодня услышите. Не дождавшись моего ответа, он уверенным шагом двинул куда-то в сторону припаркованных машин, на ходу снимая куртку. -Твою мать! Что он тебе сказал! - Лика трясла меня за плечо. – Чёрт! Ну только ты так могла удачно проебать поворот! - Прекрати трясти, меня сейчас укачает! - Ну, это же Деро! Блин, иногда я завидую твоей выдержке. В голове прозвенел гонг. - Деро? Где? Лика вытаращила глаза: - Издеваешься? Кто только что рокотал с тобой на английском? По спине побежал пот, и я судорожно посмотрела ещё раз вслед мужчине. Куртку, как и кепку он уже нёс в руке и из коротких рукавов футболки выглядывали разукрашенные татуировками предплечья, на голове же был «фирменный» художественный беспорядок. ЫЫЫЫЫЫЫ! БЛЯ! Я сидела на диване скрестив ноги и потягивая ледяное пиво. С момента наших каникул в Германии вся жидкость в организме давно превратилось в чистейший биир, но отказать себе в таком удовольствии было невозможно. Всё внутри ещё тряслось от прошедшего концерта и, казалось, что по кожи ещё бежали мурашки, когда из колонок звучало: Und ich hore deinen Atem И я слышу твоё дыхание Und ich rieche deine Angst И я чувствую твой страх Ich kann nicht mehr langer warten Я не могу больше ждать Denn ich weiss was du verlangst Потому что я знаю, что тебе нужно Eckstein, Eckstein - Alles muss versteckt sein По углам, по углам - все должны спрятаться Голос был ещё пол беды, вот внешний вид и уверенность, с которой Деро носился по сцене -это было потрясающе. Магия исходившая от него выбивала почву из-под ног. Кем он был? Безумцем, клоуном, Джокером, демоном? Сильная фигура, чёрный костюм, заключённые в нарисованные углём треугольники глаза - всё притягивало, манило, очаровывало. Беснующая толпа у сцены полностью подчинялась музыкантам. Он охватывал потоком чистой энергии, заставлял падать челюсть на пол. Давно я не видела ничего более впечатляющего вживую! Так близко, что казалось я ощущала на кончиках пальцах трение струн гитары и могла запросто протянуть ладонь, чтобы вытереть капельки пота на лбу у солиста. Следующий глоток бархатного тёмного пива свёл зубы. Как могла я так облажаться! Из ванны выползла Лика, суша только что вымытые волосы полотенцем. - Я не поняла, - замерла подруга, окидывая меня взглядом. - Чего ты не одета? Я сморщилась: - Может, не пойдём? - Сдурела, что ли? У нас на халяву приглашение на послефестивальную тусовку - выпивка, отличные музыканты, щикарная компания лучших рокеров, среди которых, кстати, один офигительный мужик, который только сегодня учтиво провожал тебя. - В этом и дело! О, да! Я такой большой фанат Умфов, Деро офигенный, но вас я в душе не ебу! Лика заржала. - Да ладно тебе, - она села на кровать и нагло выхватила у меня бутылку пива, делая глоток. - Вот и извинишься. Подкатишь к нему с фужерчиком в руках, в своей тюлевой юбчонке и захлопаешь глазами со стрелочками. И всё будет, как надо. Я снова скривилась и забрала у неё бутылку: - Отличный план. Лучше не бывает, никуда я не пойду!... Честно говоря, от рокерской тусовки можно было ожидать большего хардкора. А тут - прилично одетые люди, на столах закуски, вино, шампанское, виски. Разве что музыка была соответствующая - из списка тех групп, присутствующих на фестивале. Я одёрнула бирюзовую тюлевую юбчонку, которая была коротка и весела, внимательно изучила белые сетчатые колготки на ногах - нет ли на них зацепок, которые я могла по своей удачливости уже насобирать - и уцепилась за Ликину руку. - Ну, что? - Спросила я. - Где там твои знакомые музыканты? Мы долбанули коньяка перед выходом и были очень расслабленные. Весьма расслабленные... - Вот, - некультурно ткнула пальцем к подплывающей компании земляков подруга. - Сейчас мы к ним присоединимся. Женщин в зале было мало, поэтому мы с Ликой пользовались грандиозным успехом. Наши соотечественники были милы и внимательно следили, чтобы слишком назойливые ухажёры не испортили нам настроение. Ко мне подвязался милейший мальчик-басист, с удовольствием разглядывающий мои ноги, но был один маленький нюанс: я на каблуках на его фоне смотрелась шпалой, поскольку парень был ростом с сидящую собаку. Когда мой кавалер оставил меня, чтобы с кем-то поздороваться, я решила не терять времени даром и направилась к пирамидке с шампанским. Пузырьки защекотали нос и я с наслаждением закрыла глаза. Просто прекрасно! - Guten Abend, schöne Frau. Чёрт, этот голос бархатной волной прошёлся по позвонкам и сковал тянущим удовольствием. Анитаааааа, не напиться-не падать-не плыть! На неверных ногах я развернулась и снова уткнулась, как и утром глазами в шею Деро. Хотя, нет, за счёт каблуков я стала чуть выше, но не до такой степени, чтобы встретиться с ним взглядом. Теперь , я могла изучать красивый волевый подбородок с металлической горошиной в нём и красивыми розовыми губами. Блестящими от выпивки губами. Мне надо прекращать пить, иначе держаться не будет сил и я конвульсивно кончу! - Привет! - Пискнула я на инглише, поднимая взгляд выше. Сейчас его тёпло-карие глаза блестели из-за прозрачных стёкол стильных очков. Может, он тоже слепой, как крот и войдёт в моё положение?... - Как настроение? - Улыбнулся он. - Как концерт? Я интенсивно замотала головой: -Потрясающее! Спасибо за песню. Вы были все восхитительны. Энергетика, драйв! - Рад, что понравилось. - Он склонился ко мне, для того, чтобы чокнуться бокалом. - Я вас видел с подругой. Вы подобрались так близко к сцене. Надеюсь, - он протянул руку и коснулся тёплым пальцем моего плеча, где расцветал синяк. - Вас не сильно покалечили? Ох, это прикосновение торкнуло лучше, чем стакан виски. Самое ужасное, что в его глазах читалась исключительно забота и любезность. - Я... Мы... Вы... - Замямлила я, пытаясь подобрать слова на чужом языке. Деро озабоченно прищурился, словно хотел помочь. - Извини меня за утро, я не очень хорошо вижу, светило солнце, да я и поверить не могла, что столкнуться с солистом Умф так просто. Мужчина пожал плечами. - Все ок, я обычный человек. Не смущайся! - Он хихикнул и подмигнул. - Мне было приятно услышать, что: " Деро в свои 42 выглядит лучше меня!" Я почувствовала, что щёки заливает краска и закрыла лицо ладонями, хохоча. - Ты, я вижу, со спутником? - Мужчина поднёс бокал к лицу и чуть прищурившись посмотрел на меня. - Со спутником? - Вопрос ввёл в лёгкое недоумение, потому что "чудо-ростом-с сидячую-собаку" - я за спутника не воспринимала. Деро мотнул головой в сторону, из-за чего чёлка упала на лоб: - Тот парень, пялившийся на твои ноги. - Ааа.. Это так, случайный знакомый, - я ответила быстрее, прежде чем сказанное музыкантом дошло до расслабленного напитками мозга. Пялившийся на мои ноги... Постойте, а как он заметил это? Следил? Сам пялился на мои ноги? Что за?... Я с сомнением посмотрела на Деро. Он же поджал губы и приподнял брови в безмолвном вопросе. - Предлагаю выпить на брудершафт. В нашей стране есть такая традиция... - Какой красивый город... - На неверном английском протянула я, скользя ладонью по спине в кожаной куртке. Мужчина подхватил меня и достал из-за пазухи бутылку виски: - Тихо-тихо. Держи... Я сделала глоток и ухватилась за плечо музыканта. На вечеринке мы зацепились языками и не заметили, как оба перешли на крепкие напитки. Случайно всплывший в разговоре буддизм, почему-то увлёк нас и мы принялись обсуждать особенности культур. В религиозной теме Деро был просто док и частенько увлекаясь, переходил на рокочущий немецкий из-за чего я отвлекалась и забывала о чём мы говорим. Потом было обсуждение архитектуры и подвыпивший немец вызвался устроить мне прогулку. Каким-то непостижимым образом мы забрели в парк и теперь шли по засыпанной гравием дорожке. - Давно я так не напивался... Это всё твоё влияние и русская устойчивость к крепкому алкоголю. - Он погрозил мне пальцем и запустил ладонь в волосы, делая беспорядок на макушке ещё безумнее. В парке было темно, лишь круглобокая луна освещала нас, а хмель изрядно гулял в голове, поэтому я без зазрения совести изучала Деро. Он был хорош: высокий, широкоплечий, подтянутый, искрящий обаянием и энергией, мужественностью. Он был полной противоположностью себя на сцене. Не было дикости, безумия, неукротимости. Сдержанный, умный, интеллигентный . Оставалась лишь огненная жгучесть, которая заставляла потеть ладони. Как угли в костре: спокойствие и тепло, но стоит подуть - разгорается пожар.. Как это могло умещаться в одном человеке? - Что это? - Он поднял руку и указал на что-то белеющее в ночной зелени деревьев. - Похоже на зелёный театр? - Я сощурила пьяные глаза. - Пошли подойдём. - Он крепко схватил за руку и потащил туда. Его ладонь полностью обхватывала меня до самой кисти и руки были настолько горячими, что тело в который раз покрылось мурашками из-за контраста холодного воздуха и обжигающей кожи. Деро уверенно шёл вперёд и я почти бежала за ним, то и дело утыкаясь носом в плечо. Всё это замечательно, но не лезет ни в какие ворота... Сцена зелёного театра была небольшой, но уютной. Деро одним махом взобрался на неё, а вот мне на каблуках был сложно это сделать. В замешательстве я застыла. - Чего ты? - Он наклонился . - Давай, цепляйся. Я подняла руки и вцепилась пальцами в плечи, пока он одним махом оторвал меня от земли и поставил на сцену. Поскольку куртка на нём была расстёгнута, а поднял он меня очень быстро, то я оказалась слишком близко. Грудь прижалась к груди и полы куртки сомкнулись за моей спиной, лицом к шее. Его дыхание было горячим, с терпким запахом виски, сквозь тонкий хлопок футболки ощущалось биение сердца. Пара секунд - и я снова на холодном воздухе. Чёрт. Он прошёлся широким шагом по сцене туда-сюда. Я уселась на что-то похожее на колонку и прикрыла глаза. Удивительно длинный день. Резко захотелось спать... - Nur weil ich langsam erfrier Лишь потому, что я медленно замерзаю, Find ich zu dir Я ищу тебя... Голос рассыпался по сцене на десятки бусин и проник в каждую клеточку тела. Сон слетел, как не бывало и я широко раскрыла глаза. Деро стоял и пел, освещённый луной, глядя в темноту парка. Отлично, давай спой ещё Ауф Кюс, а потом собирай меня со шпагата. - Прекрасная акустика здесь. - Заметил он, поворачиваясь ко мне. - Ich bin auf Kurs zurück zu dir Я на пути назад к тебе. Der Sturm treibt mich über die See Шторм несет меня через море Hinfort von hier Подальше отсюда. Ich such deine Spuren im Schnee Я ищу твои следы на снегу. С каждой строчкой он подходил всё ближе, прячась в тень от света луны. В мою руку легла бутылка виски. - Выпей, замёрзла , наверное. Мне очень-очень жарко! - Спасибо... Ты песню специально выбрал, чтобы мне теплее стало? На сколько я знаю, она про то, что герой замерзает от холода.- Прошелестела я, но от бутылки не отказалась. Деро засмеялся и решив окончательно меня добить, легко снял с себя куртку и накинул мне на плечи. Вместе с теплом нагретой куртки, пришёл мускусный пряный запах мужчины. Ооо, это невыносимо! - Давай спою, что-нибудь погорячее... - Рокотнул он и набрав воздуха в грудь запел, присаживаясь на колени подле меня. - Du bist voller Leben, Ты полна жизни, Dein Herz ist aus Gold. У тебя золотое сердце. Ich will deine Sehnsucht spüren. Я хочу ощутить твою тоску. Ich hab dich immer gewollt. Я всегда тебя хотел. Ich kann nicht mehr warten, Я больше не могу ждать, Auch wenn du dich zierst, Пока ты церемонишься. Ich weiß du bist kurz davor, Я знаю, что уже скоро Dass du den Kopf verlierst. Ты потеряешь голову. Я часто-часто задышала... Уж слишком хорошо я знала перевод песни и то, как он пел сейчас. Это было похоже на акустическую версию. Протягивал концы фраз, из-за чего голос лился ровнее, сочнее. Мой взгляд всё чаще падал на показавшиеся татуировки, широкие плечи, то и дело вздымающуюся грудь. Идеальное сочетание сексуальности и неординарности. Он словно не замечал этого и пел куда-то в парк. Но на припеве Деро повернул лицо ко мне и явно входя в образ, начал "фирменно", лучших традициях ауген ауф водить головой из стороны в сторону. -Ich will deine Seele, Я хочу твою душу, Drück dich an mich. Прижмись ко мне. Ich will deine Seele, Я хочу твою душу, Lass mich in dich. Пусти меня в себя. Ich will dein Herz. Я сама соскользнула с колонки. Сама обвила руками шею. Сверху, нависая над ним, прикоснулась губами к губам. Он не сразу понял, что произошло. Его ладони легли на мои бока инстинктивно, но я чувствовала, что это не объятья, а нерешительность. Стоило моим губам обхватить сильнее, рту раскрыться шире, ощутить на языке привкус металла, как его руки превратились в стальную стену. - Стой. - Он оторвал меня от себя и я увидела, как в темноте блестят чёрные, обжигающие глаза. - Это не нужно, неправильно. - Почему? - Я осипла и не могла пересилить дрожь в ногах. - Я старше, не трезв, как и ты и я... женат. Его шёпот в мои губы и непреклонные, но такие сильные руки на рёбрах, были не лучшим доводом для моего утихомиривания. - Я знаю, я же твой фанат, как ты помнишь... Он хохотнул и я ощутила ладошками вибрацию от глубокого грудного смеха, который срезонировал во всём теле. - Дерооо... - Протянула я прижимаясь щекой к его щеке, по-гусиному вытягивая шею, поскольку он не давал коснуться его телом. - Я не буду ловить тебя, давать интервью или требовать чего-то... Мои пальцы пробежались по мощной шее, очертили скулы, нырнули со спины под воротник рубашки... - Давай в традициях буддизма плыть по течению... Это будет испытание судьбы, которое мы с блеском пройдём... Познаем, так сказать, теорию неожиданностей... Мои губы коснулись лба, пальцы схватили дужку очков и стащили их с лица. Я целовала виски, стирая натёртости от дужек, ладони опустились к груди. Его руки были также напряженны, несдвигаемы, но я чувствовала, что это борьба, которой до того не было. И исход этой борьбы был далеко не в пользу благочестивых мыслей... Пальцы всё сильнее впечатывались в грудные мышцы, губы влажно мазали по щекам, обжигаясь щетиной. Его пальцы так сильно сжимали рёбра, что казалось кости сейчас затрещат... Маленький раскол, трещинка и, наконец-то, сейчас... Хриплый полурык-полушёпот: - Was machst du mit mir, Puppe?... Сильные руки покинули бока и обхватили меня под колени и чуть выше, словно стул из локтей. Одним ловким движением его губы вцепились в мои, поглощая их, сминая. Впитывая терпкость выпитого и жар дыхания. Я решила, что он позволит мне облокотиться на него - быть сверху, но это было не так. Одним резким движением Деро стянул куртку с моих плеч и бросил её на деревянный пол сцены, также резко и быстро он опрокинул меня на расстеленную куртку, а сам навис сверху. Юбка бесстыдно задралась и он раздвинув мои ноги удобно улёгся, дыша мне в губы. - Опасно, правда? - почти шёпотом, но от этого не менее жутко и возбуждающе. - Немного. Сильные пальцы вцепились выше колена, запутались в сетке колгот, разрывая их. Горячий язык прошёлся по нижней губе, заставляя стонать, пока властная рука собрала майку на животе и поднялась к груди. - Ты похожа на свечку в церкви... - Хрипло прошептал он в ухо. - Белая, тонкая, стройная и волосы, как огонёк беспокойно стелятся. Даже цвет тот же, что и у пламени. Давай проверим, уместиться ли твоя талия в моих ладонях? Я не успела ничего ответить, только всхлипнуть, когда пальцы сомкнулись на талии и чуть приподняли над землёй. Рядом с ним я была такой... Беззащитной , но и защищённой. - Ещё у меня длинные ноги... - Вцепилась я зубами в ещё скрытое тканью плечо. - Смотри. И прежде, чем он успел что-то сказать моя ступня оказалась у его шеи. Зубы Деро сомкнулись на моих ключицах и я, боясь, что из-за пробегающих конвульсий мне сведёт ногу, закончила гимнастический кульбит и просто обвила талию мужчины ногами. Пальцы сами нашли края рубашки и я с удовольствием избавилась от неё. Ладони начали изучать тело мужчины, не пропуская и сантиметра, не обойдя вниманием и отличную задницу. - Fuck... - Вздохнул он, когда ногти впились в аппетитное место. Наказание последовало сразу, шустрые пальцы освободили плечи от бретелек и скатали светлый топ до живота. Грудь покрылась мурашками. Жаркий выдох в ложбинку и умелый рот обхватил сосок. Я вцепилась в волосы мужчины и смяла рваные пряди. Его язык вырисовывал причудливые узоры на груди, согревал и освежал одновременно. То мягкая ласка, то укусы. Он знал, что делать, чувствовал грань между болью и удовольствие и с непревзойдённым совершенством музыканта играл на этих опасных полутонах. Мои пальцы царапали предплечья, голова беспокойно крутилась, путая лицо в волосах, когда одна из его ладоней проскользнула между бедёр и легла на самое интимное место, скрытое тонкой тканью. Лёгкий нажим заставил конвульсивно дёрнуться. - Тихо-тихо... - Он на секунду оторвался от груди и поднял ко мне лицо. - Не шуми, детка... - Деро аккуратно откинул мои волосы с лица и поцеловал, не переставая массировать, нажимать, сгребать... ЧЁРТ! Ничего не оставалось делать: я не могла не вырваться, не перехватить инициативу, ни оторвать губы от его губ. Он сильнее, властней, жёстче, оставалось только стонать в рот и царапать спину... Бельё покинуло меня незаметно, кажется, что ему даже не пришлось меня приподнимать. Так уверенно и сильно он делал это. Крепкие руки заключили меня в кольцо, узорные предплечья играли при свете луны, а горящие глаза ослепляли. Мгновение промедления. И вместе с резким поцелуем, одним глубоким и влажным толчком он вошёл в меня. Дышать стало нечем и он, почувствовав это освободил мой рот и уткнулся в шею. Жар исходивший от его тела, от всего его, будоражил, сводил с ума тугим узлом внизу живота. Выгибаться дугой под ним, срываться на стоны... Но тут он замер, оставаясь внутри меня. Я судорожно хватала ртом воздух и пыталась сделать что-нибудь, но у меня не выходило даже поелозить. Всё в нём, всё в тисках. - Говори. - Хриплый приказ. - Что? - Покорно-умоляюще. - Текст. - Тянущий намёк на движение. - Какой? - Почти прокричать. - Ich will deine Seele. - Я не помню! - Простонать. - Давай. Судорожно, на обрывках сознания вспоминать текст... - Ich hab dich belogen. Удар. И алые полосы на плечах. - Дальше! - Требовательный рык. - Dich schamlos benutzt! - Истерично, выкрикивая в темноту. Удар, ещё один, ещё. - Ich hab... deine Seeligkeit! - Всхлипами, судорогами. Остановка. - Дальше! - Мit meiner Sünde beschmutzt! Невыносимо! Резко! Сильно! Волна наслаждения прошлась электрическим током, судорожно сокращались мышцы, мокрое тело впившееся в другое. Дыхания нет. Только стук сердца... Мы лежали на куртке. Точнее, лежал на куртке Деро, а я была у него под рукой, как под крылом. Моя ладонь оглаживала разрисованную татуировками грудь. - Спишь? - Буркнул он, как медведь. - Нет. Ох, не хотелось бы чтобы всё закончилось вот таким отряхиванием и пустым чмоканием в лоб. - Надо одеваться. - Да. Его здоровенная рука легла мне на плечо. - Никакая ты не фанатка Умф. Я вскинула голову: - С чего бы это? Он улыбался, почти смеялся и от этого стало легко на душе. Нет, не будет пустоты, только яркое воспоминание и теплота. - Из любимой песни ты смогла вспомнить только один куплет. Учи немецкий, куколка! Я засмеялась, а потом с губ само собой сорвалось: - Знаешь, у нас с Ликой в гостинице есть великолепный сидр... Уверена, Лика будет рада. Если она уже не назвала к нам гостей, включая твоих коллег. - Долго идти? - Минут двадцать. - Пойдём.