Любимый сводный брат

Шли недели. Дни тянулись словно вечность. Отношения между Кристианом и Джонатаном все ещё были напряжёнными, и оба вот-вот могли наброситься друг на друга с кулаками. Номера отцов все ещё были недоступны. А к двери квартиры родителей просто никто не подходил и не открывал. Такое чувство, будто сыновей действительно бросили... За этими размышлениями Кристианом было съедено немало булочек с черникой. Всю свою стипендию он тратил только лишь на еду и платежи за квартиру. Джонатан же не делал ничего. Он целый день лежал на диване дома, смотря телевизор. На вечные лекции брата не откликался. Иногда вовсе не появлялся дома неделю. В один из таких дней, когда альфа, не предупреждая брата, исчезал, омега спокойно сидел за компьютером. На часах около часа ночи. Глаза слипались, кололи, конечности не слушались, но омега сидел и работал над докладом. Сдать нужно было до крайних сроков, а одному ему никак не справиться. Да ещё и течка... Из-за неё самочувствие ни к чёрту, так ещё и усталость... Если бы брат был рядом, он бы помог. Хотя... Вдруг раздался приглушённый грохот. Вскочив с кресла, Кристиан понёсся в прихожую и застал там напившегося в стельку Джонатана, усердно пытавшегося расстегнуть пуговицы своего грязного пальто, которое совсем недавно было чистым. Пьяный бурчал себе под нос что-то неразборчивое, шатаясь и пытаясь не упасть. - Джонни, ты чего... — ошарашенно спросил Кристиан. - О, омега! Течная омега! — альфа подошёл к брату и прижал того к стене. От Джонатана разило алкоголем. - Отпусти меня, больно. Ты чего напился, как чёрт?! — парень брыкался. - Какая непослушная проститутка! Я сказал лежать! — альфа схватил его и кинул на постель, стоящую в зале и повидавшую виды. Брат придавил омежку своим весом и лез к нему с поцелуями. - Да отвали же ты, иди... Но альфа его заткнул. Целовался-то Джонатан, конечно, хорошо, но поцелуй со вкусом алкоголя не очень нравился. Кристиан пытался оттолкнуть его, или хотя бы вылезти из-под него, но всё было неудачно. Несмотря на хорошее телосложение и силу, ничего он сделать не мог. И слова на альфу не действовали. Брат покрывал шею омеги поцелуями и засосами, не желая отпускать. Его руки пробрались в штаны Кристиана и добрались до дырки, которая, как и обыденно, была сухой и сжатой. - Как, не влажно?.. — альфа приподнялся и уставился на Кристиана. Воспользовавшись моментом, омега оттолкнул его и убежал из комнаты, застёгивая ремень. Крики пьяного слышались где-то позади, но парень даже не желал оборачиваться. Он просто в панике бежал до своей комнаты, где мог запереться на замок. Собственно, он так и сделал. Через секунду, как прозвучал второй щелчок, в дверь врезался альфа и начал бить по ней руками. Из коридора доносились его крики: - Впусти меня!!! Эй, слышишь?! Впусти! — пьяный говорил неразборчиво и половину слов просто нельзя было понять. Может, оно и к лучшему... - У тебя такой манящий запах... — омега просто игнорировал это, забравшись под одеяло и сжавшись в комок. " Неужели это испытывает каждая омега?! Как отвратительно! Он спутал меня с какой-то проституткой! Если бы дело зашло дальше, я, наверное, получил бы травму для психики... Господи, как только он уснёт — я сразу же пойду и буду мыться самой жёсткой мочалкой, чтобы смыть все его следы с моей кожи! Как это вообще может быть приятным... Боже..." — думал он. А крики не прекращались. Минут через десять альфа успокоился и сел перед дверью спальни. - Почему ты не хочешь открывать мне?.. У тебя такая нежная кожа, такой аромат... Такое милое личико... Почему же ты не хочешь открывать мне?.. Помолчав, омега встал и, подойдя вплотную к двери, сказал: - Прими холодный душ. Потом ляг на свою кровать и спи. Я не намерен открывать дверь потому, что просто не хочу тебя видеть. Чего непонятного? - Все ясно. Послышались отдаляющиеся шаги, а скоро и шум воды. В планах у омеги не было следить за выполнением указов, но всё-таки он пошёл посмотреть, действительно ли альфа делает то, что ему сказали. На случай обороны он взял с собой огромный том классического произведения. Его хватит, чтобы трезвого с ног сбить, что уж говорить о пьяном, которого можно вырубить этой книжкой. Но альфа действительно принимал душ в кабинке. Омега заметил, что спина брата вся была в шрамах. Может, это детские... Хотя они настолько длинные и устрашающие, что в это не верится. Тут у омеги в голове почему-то всплыли те строки, написанные отцом альфы: "Я буду доволен, если ты расскажешь все в подробностях, иначе ты знаешь, что тебя ждёт" "Может, это именно он сделал с ним такое?.. Мало ли, что могло произойти... А, может, он даже и не знает об этих шрамах. Во всяком случае, Джонатану, наверное, было так больно... А что, если никакой шикарной жизни у него и не было?.. Он воспитывался как какой-нибудь слуга, или, того хуже, как дикое животное, которого дрессировали... При отце он был таким степенным и молчаливым, словно знал, что вмешиваться не следует. И меня тогда пытался также уберечь от "разочарования"... Как же все это странно..." — размышлял он, быстро вернувшись в свою комнату. Остальная часть ночи прошла более-менее спокойно. Утром Джонатан был не в самом хорошем расположении духа — вечно злился, фыркал и смотрел таким недовольным взглядом на все вокруг. Оно и понятно, проснуться-то он хотел не в своей кровати. - И, вообще, какого черта ты надуханился?! — после длительной лекции о сыром омлете сказал альфа. - Находиться с тобой рядом не могу! За километр разит! - Ты чувствуешь?.. — омега удивлённо посмотрел на брата. У того даже хлеб в горле застрял. - Только говори мне, что это... Я думал, ты действительно не будешь пахнуть так... вкусно... У тебя же вроде что-то со смазкой, нет?.. — пробормотал Джонатан. - Сам удивлён, что ты чувствуешь это. Я-то не ощущаю вокруг ничего такого, а чтобы ты... - Наклонись... — прошептал альфа. Омега наклонился, не думая о подвохе, и Джонатан принюхался. Примерно через минуту таких "любезностей" он едва заметно прикусил мочку его уха. - Ты чего там делаешь? Эй! — вскрикнул омега, когда его шею поцеловали. - Не рыпайся, — прошипел альфа. Притянув брата к себе, он начал целовать его розовые от смущения щёки, нос, лоб, искусанные губы. - Тебя не смущает то, что мы, вообще-то, братья?! — с силой оттолкнув его от себя, сказал Кристиан. - Мы не кровные. А остальное меня не волнует. Отдайся. Иначе изнасилую, — Джонатан навис над ним, заставляя лечь на стол. Он улыбался... Омега замолк и отвернулся. - Тебе этого мало?! — спросил он, показывая на шее рану, которая появилась этой ночью от укуса брата. Она была воспалённой, красной, и очень заметной на персиковой коже парня. - Разве я... — альфа смутился и встал, давая брату спокойно выпрямиться. - Что я ещё сделал?.. - Чуть не изнасиловал меня пальцем! — рассержено выкрикнул омега. - Раздевал! Целовал! Ставил засосы! И тебе этого мало?! — Брат промолчал и отвернулся. Но слов извинений от него Кристиан так и не услышал. *** Проходили дни. Альфа даже не смотрел на омегу, будто бы его вообще не было. Но пропадать где-то и приводить других домой он не был намерен. Только ночами сидел с включённым ночником и смотрел в одну точку, размышляя о чем-то. Наверное, угрызения совести. Во всяком случае, между братьями возникла стена, которую никто не был намерен преодолевать. Теперь для Кристиана наступило спокойное время. Никто не трогал его, как ни странно. Все только косились, но омегу это мало волновало. Он, как и до появления сводного брата и отца-альфы, развлекался, общался, но ел уже меньше. Он был доволен тем, как складывается жизнь. Хотя состояние брата всё-таки настораживало. Не то, чтобы он так хотел о нём позаботиться, но человек ведь всё-таки не чужой... Судя по документам, по крайней мере. Да и ведь не скажешь, чтобы они из-за одного неприятного случая стали врагами. Пока он размышлял об этом, стоя в коридоре университета, подошёл какой-то парень. Бета сразу же притих и недоверчиво взглянул на него. А омега же не видел ничего, пока его плеча не коснулись. - Эй, недо-омега, - знакомый дрожащий голос. Кристиан обернулся и уже ненавидел себя за это. Перед ним стоял тот самый "поездовый извращенец", пытавшийся надругаться над ним месяц назад. Не удостоив того нормальным ответом, омега хмыкнул. - У меня к тебе есть небольшой разговор... Извиниться я хотел, в общем, и перетереть ещё кое о чём. Наедине, пожалуйста, — увидев, что бета собирается идти вместе с омегой, сказал паренёк. - Ну, пошли, — не особо дружелюбно выпалил омега. "Перетереть он собрался... Всё равно ведь я сильнее, перетирать-то не о чём. Если только меня там не поджидают его дружки. У меня был спрей от клещей, вдруг поможет. Хотя, почему это я сразу о плохом? Может, действительно говорить собрался" — думал Кристиан, нервно поглядывая на альфу, идущего впереди. На заднем дворе университета паренёк остановился и обернулся. - Знаешь... В электричке всё-таки неудобно вышло... Сначала я подумал, что ты действительно умён, но теперь вижу: ошибся. Какой дурак мог пойти за тем, кто домогался него?! Наверное, ты единственный такой идиот! Парни, птичка в клетке! — крикнул он. Из-за деревьев вышло около десятка альф. Около десятка огромных качков, которые явно желали любого доступного омегу, окружили Кристиана. Тот нервно озирался по сторонам. - Делайте с ним все, что хотите. Я разрешаю, — презрительно сказал паренёк. - А я пока понаблюдаю. Альфы накинулись на омегу. Он пытался достать спрей, но сумка была откинута в сторону. Рубашку парня порвали, штаны грубо сняли, даже не расстёгивая, а какой-то извращенец наслаждался видом зада Кристиана. Омега только было хотел закричать, но его рот заткнули тем, чего он хотел меньше всего. Слёзы брызнули из глаз, тошнотворный рефлекс был таким сильным, что, казалось, завтрак в любую секунду готов выйти наружу. Но самым ужасным было то, что ему здесь никто не поможет. Это тело... Ему ведь жить с этим телом... Как можно жить, когда тебя осквернили совершенно незнакомые альфы?!! И это ни капли не приятно, а отвратительно! Лучше этого покажется даже порка, розги, избиение! Стоны боли вырвались изо рта, когда какой-то из извращенцев, прежде лапавший его за грудь, попытался войти в сжатую дырку. Казалось, что омегу сейчас просто порвут, но вдруг раздался грохот. Альфы обернулись и уставились на зрителя. Его держал за волосы и поднимал над землёй разъярённый, с налитыми кровью глазами, взъерошенными волосами Джонатан. Коротышка в его руках брыкался и пытался задеть альфу, но получалось это плохо. Джонатан потряс им, доставив ещё больше боли, и с силой ударил лицом об асфальт. Послышался хруст. Нос был сломан, а все лицо паренька в крови. Альфа направился в сторону извращенцев. Все они сразу бросили Кристиана на асфальт и убежали, по пути надевая штаны. Но Джонатан не погнался за ними. Совершив странные броски пустотой, как показалось, в руках, он вытащил из кармана странное устройство. Нажав на единственную кнопку посередине, он посмотрел вслед убегающим альфам. Те сразу же упали без сил, а из ран в ногах хлынула кровь. Не заботясь об этом, Джонатан поднял брата на руки, перед этим одев, и пошёл домой, захватив ещё и сумку омеги. Вопросы тут были неуместны. Взгляд брата был пустым, а лицо бледным. Его тело было словно тряпкой. Крови нигде не было, и это хоть немного, но успокаивало альфу. Войдя в квартиру, первое, что сделал Джонатан, — отнёс Кристиана в ванную. После, сняв куртку и обувь, он прошёл обратно и включил воду. Подождав, пока она станет нужной температуры, альфа раздел брата и посадил его в ванну. Включив душ, он тщательно отмыл его, растирая все тело, осквернённое извращенцами, до красноты. Мочалка была мягкая, намыленная, поэтому, скорее всего, омеге не было так уж больно. Все свои действия альфа сопровождал словами в таком духе: "А теперь, Кристиан, давай помоем твои руки..." На омегу это не действовало, он не откликался. А вот брата раздирали мысли о том, что, возможно, по-пьяни он делал с ним то же самое. После хорошей чистки зубов, во время которой альфа бешено растирал зубы омеги новой щёткой с большим количеством зубной пасты, Джонатан одел брата в ночнушку и, в целях безопасности, положил его на свою двуспальную кровать, перед этим дав ему снотворное. В себя же влил три чашки крепкого кофе, чтобы наоборот не заснуть ночью. Утром он планировал записать брата к психотерапевту, на обследование и лечение. Деньги есть и их не жалко. Был ещё один пункт, но с ним альфа собирался разобраться без Кристиана. Утром небрежно одетый Кристиан вошёл в кабинет психотерапевта, держась за руку брата и осматривая все пустым взглядом. Быстро объяснив ситуацию, Джонатан посадил омегу и, вежливо попросив врача побыть рядом с "больным" до его прихода, вышел из кабинета. У альфы было много вопросов, которые он собирался задать виновнику всего произошедшего. *** Дверь в квартиру родителей распахнулась. Не обращая внимания на беспорядок, альфа прошёл в комнату, из которой доносились чьи-то крики и стоны боли. На стенах там была кровь, оковы, наручники, шприцы, топоры, длинные гвозди и иглы, обычно вгоняемые насильниками под ногти жертвы, огромнейшие щипцы, которыми было очень удобно вырывать язык. Все это красовалось там без всякой утайки, но комната эта открывалась только в тех случаях, когда кого-то нужно было "наказать". В середине этой пыточной камеры лежал, привязанный к столу, отец Кристиана. Все его тело было словно искромсано, глубокие порезы алели и кровоточили. Сам омега еле держался в сознании. Увидев Джонатана, он распахнул глаза и забрыкался, будто бы прося его развязать. Рот омеги был заклеен. - Где отец? — быстро подойдя к пострадавшему и начав развязывать его, воскликнул Джонатан. - Оливер... Он куда-то ушёл и сказал, чтобы я дожидался его. Он сказал, что принесёт какой-то подарок, который осчастливит меня... " Он говорил про изнасилованного Кристиана? Вот скотина! " — пронеслось в голове у альфы. - Как Вы вообще оказались в этой комнате? За что? - Я однажды сказал, что хочу, чтобы наши сыновья жили с нами, а он отвёл меня сюда, привязал и... - Не волнуйтесь, это ему ещё аукнется, — рассержено прошипел альфа. - Я вызову "Скорую помощь" и полицию. А пока что я Вас отмою и продезинфицирую раны. - А что там с Кристианом?! Что с ним?! - Он жив и невредим, я об этом позаботился, — улыбнувшись отцу, сказал парень. Подняв мужчину на ноги и отведя в ванную, он аккуратно промыл все раны омеги, заботясь о том, чтобы не причинить бедняге ещё боль. Когда все порезы были промыты и продезинфицированы, "Скорая помощь" и полиция вызваны, Джонатан перевязал отца и, подняв на руки, только было собрался выходить из квартиры, как в дверях застал Оливера. - О, сыночек. Не ожидал тебя увидеть здесь с моей жертвой на руках. Будь так добр, отдай мне своего нового папочку. - Зачем ты делаешь это?.. Ты же сказал, что все закончится. Ты же сказал, что все серьёзно! Ты же сказал, что у нас будет нормальная семья!!! Но теперь я не намерен тебя слушать. Я ухожу из дома вместе с моим отцом и моим братом! — на слове "моим" он сделал ударение. - А вот согласишься ты с этим, или нет — только твои заботы! Парень хотел выйти из квартиры, но альфа захлопнул дверь и вытащил нож из кармана, держа его так, будто в любой момент бросит оружие в человека. - Да ладно тебе, сынок. Почему ты неблагодарен мне? Я воспитывал тебя так хорошо, что ты готов к взрослой жизни со всеми её поворотами. Ну, разве это нехорошо? Моё чадо не должно ослушаться. Поставь его. - Нет, — прошептал альфа. - Нет. Сейчас я уже не твоя тряпичная кукла, и ты мне не указ. Ты не отец мне! Ты только тиран, эгоистичный самодур! Самодур и лжец, — он словно выплюнул эти слова. - О, вот как? Отлично. Раз я не твой отец, значит, нас уже ничто не связывает и я... — мужчина замолчал. - Могу с лёгкостью прикончить тебя! — он занёс нож и собирался запустить его в голову сына. Но Джонатан увернулся и, подняв отскочивший от стены нож, начал переходить в наступление. Омегу он посадил сзади и прикрывал его. - Ты мне не ровня! - одновременно крикнули отец и сын. Оливер вытащил из кармана пистолет и направил его на Джонатана, вооружённого одним только ножиком. Раздалось несколько выстрелов. Омега закрыл глаза, боясь увидеть усеянного дырами Джонатана. Но того, как и старшего альфы, уже не было в комнате. Подросток выбежал из подъезда, специально захлопнув дверь перед носом противника. Мужчина бежал за ним, пряча пистолет в кармане. Прохожие оглядывались, но альфу это не особо волновало. Он планировал только скрыться где-нибудь, вызвать полицию или как-то "обезвредить" отца. Благо, в груди ещё не кололо, а бегать парень умел. Подросток убегал к людным местам, чтобы отец не мог атаковать. Он ведь ещё не совсем свихнулся, чтобы убивать кого попало. Да и в толпе можно скрыться. Недалеко показался знак "М". "Вот оно! Побегу в подземку! Там-то отец точно ничего не сделает. Там на каждом шагу охрана..." пронеслись мысли в голове у альфы. Спустившись вниз, проталкиваясь сквозь народ, Джонатан пробрался к кассам, но не стал задерживаться там и просто перепрыгнул через турникеты. Не вслушиваясь в мат, что раздался следом, он побежал к станциям. Эскалаторы, люди, лестницы и снова эскалаторы. Народ фыркает, глядя на подростка, расталкивающего всех. Увидев электричку, собирающуюся отъезжать, парень обернулся. Его отец уже проталкивался сквозь народ, крича что-то. Увидев это, Джонатан быстро запрыгнул в поезд, двери которого закрылись, чуть не придавив его. Альфа зло посмотрел на сына, уезжающего в поезде. Вдруг он достал телефон и приложил его к уху, его рот открывался. Дальше Джонатан уже не смог наблюдать за отцом. Вдруг его подхватили чьи-то сильные руки и потащили за собой к переполненной электричке. Тем временем отец Кристиана уже ехал в машине "Скорой помощи", думая о том, что случилось с альфами. Полиция застала его, перевязанного, допросила и разрешила медицинским работникам отвезти омегу в больницу на осмотр. Сами же полицейские решили устроить засаду преступнику, который был знаменитым серийным убийцей. *** Кристиан сидел в кабинете психотерапевта уже второй час. Собственно, он даже не слушал, что говорила зрелая женщина, просто смотрел в одну точку и вспоминал те ужасные несколько минут, проведённые в "обществе" извращенцев. Он словно переживал все эти моменты заново, испытывая всю боль и ненависть, как и тогда. Решив немного отвлечься, женщина включила телевизор, где шли новости. "Знаменитый серийный убийца и насильник, известный под именем "Grove", был задержан сегодня в одном из убежищ, которые полиции ещё никогда не удавалось раскрыть. Личность убийцы установлена. Это некий альфа под именем Оливер Гроув, прибывший из Мексики около десятка лет назад. У него имеется сын-альфа, так же подозреваемый в убийстве некоторых жертв..." Дальше Кристиан не слушал. Он знал, о ком идёт речь. Оставалось только надеяться, что Джонатана не упекут за решётку. А как же отец?.. Что с ним?.. "... В доме преступника также была найдена жертва. Некий Фабиас Блер был обманут серийным убийцей и заманен в свой дом, где и произошло жестокое насилие. Пострадавший находится в городской больнице..." Кристиан будто вышел из транса. - Доктор, могу ли я покинуть Вас? - Если хочешь, Кристиан. Но я с радостью встречусь с тобой ещё раз. Буркнув что-то в ответ, омега оделся и вышел. Его следующей целью была городская больница. К счастью, она была близко, и доехать до неё на автобусе можно быстро. Городская больница была самым отвратным местом, которое только знал подросток. Со стен падали ошмётки краски, двери были поломанными, везде противно пахло, было накурено и грязно... Страшно представить, что когда-нибудь Кристиан окажется в этом неприятном месте, но уже не посетителем, а больным... Минут через двадцать омега уже входил в палату, куда положили отца. Он лежал на кровати с закрытыми глазами. Отец мирно спал. Омега подошёл к нему и всмотрелся в лицо своего дорогого папы. Постояв немного, он поцеловал его в щёку. - Спасибо тебе за все, папочка... — на щёку взрослого мужчины упала слеза. - Кристиан? - Фабиас открыл глаза и улыбнулся. — Сынок! Я бы обнял тебя, но не могу. Обними меня, мой маленький!.. — омега аккуратно обнял его, боясь причинить боль. - Совсем скоро я выздоровею, и мы снова заживём с тобой спокойно, сынок... — шептал отец на ухо сыну. У обоих "глаза были на мокром месте". - Мы обязательно вернёмся домой, Кристиан... Обязательно... Всё будет как обычно, слышишь меня? Все забудется, словно страшный сон... *** Кому как, а вот Джонатану сейчас было явно не до снов. - Как ты посмел сдать нашего босса полиции, мелкий засранец?!! — на парня орал бугай под два метра. - Тебя прикончить за это мало! Вот бы мы повеселились, выслушивая твои крики и вопли о возмездии! Но босс ведь слишком хорошо тебя воспитал, будешь нем, как рыба. Чего бы придумать такого извращённого? М, я у тебя спрашиваю, — он приподнял битой лицо парня, которое всё было в крови. Альфа устало смотрел на его рожу и молчал. Привязанный, он сидел на стуле. Скотчем обмотали буквально его всего. Он был похож на куколку бабочки. Вокруг стояли альфы — подчинённые отца. Такие же извращенцы, как и он сам. Садисты, которых обидела жизнь. Джонатан знал их всех по именам. Это люди, с которыми он когда-то выполнял грязную работу, скитался по улицам. Эти люди научили его всем "прелестям" жизни, таким, как курение, наркотики, шприцы, алкоголь, житьё на улице и вместо еды и питья — жалкий мусор. Они не были чем-то важным для него. Чувствовалась только жалость. Жалость к ним. Они не были такими, пока не встретили Оливера. Они жили своей жизнью, у них была крыша над головой, семьи... А теперь что? Ничего. Но они свято верили, что это "ничего" — их свобода. - Хэй, парни! Вы, похоже, недостаточно промыли ему мозги, раз он ещё вообще может смотреть! — вошёл тот самый коротышка. - Хочешь шырнуться, Джонни? У меня ещё есть отменное курево! И я бы с радостью поделился им с тобой, не будь твой рот заклеен. Но у меня с собой есть немного шприцов с хорошенькой дурью, и, если ты не против... — он подошёл к нему и вытащил из кармана шприц. - Парни, выйдите на секунду. У нас тут состоится серьезный разговор. Да, Джонни? — он посмотрел ему в глаза и гадко улыбнулся. Бугаи вышли, бурча что-то. Как только дверь закрылась, коротышка содрал скотч с губ Джонатана и достал нож из кармана, выбросив шприц. Он поднёс его к горлу бедняги, которому, кажется, было совершенно всё равно. - Дёрнешься, пискнешь — прикончу... — прошептал альфа. Через секунду он прижался к его губам своими. В одном поцелуе затонул ещё один, и ещё, и ещё. - Вот так, молодец, — сказал он, оторвавшись. - Знаешь, я мечтал это сделать все время, что мы знакомы с тобой... И плевать, что я альфа. Ты покорил меня. Твоя сила. Характер, — негромко говорил он, разрезая ножом скотч.- Ну, теперь ты свободен. И я попрошу тебя только об одном одолжении. Не забывай меня, — альфа улыбнулся, всматриваясь в голубые глаза Джонатана. - Джонни... У меня есть план. Просто молчи и иди за мной, всё будет окей, и ты окажешься на свободе. Доверься моему уму. - Тебя убьют. - Верно. Ты сам меня убьёшь. Понарошку, — он подмигнул альфе. - И я сгину из этого чертового городка в милую тихую деревушку, сойдусь с каким-нибудь омежкой и понемногу буду стареть, ожидая ребёнка от возлюбленного, — Парень промолчал и встал, собираясь следовать указаниям влюблённого в него человека. *** И все шло как по маслу. Они вышли на улицу, под предлогом того же "серьезного разговора" и ушли куда-то, оставив бугаёв присматривать за зданием. А потом паренёк просто отпустил Джонатана. Перед возвращением он достал свой же нож и вонзил его в свою ногу. Подползая к бугаям, он сказал, что умирает и хочет уехать в больницу. Его отвезли, и в день выписки альфа сбежал из больницы со здоровой ногой. В свою родную деревушку, где он родился. Ушёл к омеге, которого любил больше всего на свете. Подговорённый врач объявил, что пациент умер. *** За все это время Фабиаса уже вылечили, все раны зажили. Кристиан же вернулся к своему прежнему состоянию, и даже не вспоминал о том, что случилось когда-то давно. Он жил этим днём, жил сейчас, и никто не мог этому помешать. - Стой, стой, стой! Я же уже сказал тебе, Джонни, секс после свадьбы! — Кристиан оттолкнул парня, который настойчиво лез к нему с поцелуями и бессовестно лапал. - Хорошо, замётано. Фабиас Блер, мой любимый дядюшка, могу ли я попросить у вас руку и сердце Кристиана?! — крикнул альфа старшему омеге, сидящему в зале, на двуспальной кровати Джонатана. - А печень и почки не хочешь?! — послышалось в ответ. - А можно?! - Нет! — Кристиан оттолкнул развратного альфу и ушёл на кухню, дуться в одиночестве. - Почему "нет"? Я разрешаю, — довольный отец промурлыкал это, появившись в коридоре. - Джонни, слышал? Я разрешаю вашу помолвку! Тащи его в ЗАГС, пока я не передумал! Но у меня одно условие, — остановил он радостного альфу, нёсшегося навстречу сидящему омеге. - Чтобы через два года после свадьбы вы родили мне маленького внука. - Вы меня обижаете, дядюшка, — деловито сказал альфа, протискиваясь на кухню. - Ты ведь родишь от меня, правда, Крис? - Обязательно, — огрызнулся омега, но его дальнейшие речи прервались в страстном поцелуе.