А жили они долго и счастливо?

      Ято сидел на неудобной скамейке около больничной палаты, облокотившись на холодную стену и низко опустив голову. Каждые пол минуты он тяжело вздыхал, бездействовать, ждать и понимать, что сейчас от тебя ничего не зависит, было невыносимо.       Ято поднял на уши всю больницу. В эту минуту над Юкине трудились лучшие врачи этого заведения. Сейчас было главное вытащить пулю и не дать умереть его телу. Когда будет известен исход операции, можно будет думать, что делать дальше.       Каждая минута казалась Ято вечностью, слушая тиканье часов, он терял надежду, но все сильнее верил в Юкине.       Наконец появился врач.       - Тяжелое ранение, ничего не скажешь, но парень крепкий, родился в рубашке, сердце пуля не зацепила. Негодницу мы вытащили, мальчика залатали. Состояние у него тяжелое, но стабильное, пока стабильное. – доктор был явно доволен своей работой.       - Почему пока? – с подозрением спросил Ято.       - Видите ли, похоже пуля занесла в организм какую-то инфекцию. Мы делаем анализы, когда узнаем, что это, сможем с этим бороться. – врач был немного растерян. - Но уверен, что все обойдется. К нему пока нельзя. Я буду держать Вас в курсе его состояния. А сейчас извините меня, я чертовски устал.       Доктор пожал богу руку и скрылся за поворотом коридора.       Как только Юкине остался в палате один, Ято тут же оказался рядом. Шинки был слишком бледным. Инфекция, говоришь? Ято откинул одеяло и поднял рубашку. Его опасения оправдались, вокруг отверстия от пули противным фиолетовым пятном расползалась скверна. На фоне бледного тела по всей груди, словно паутина, выделялись сплетения вен черного цвета. Чертов аякаши съедал его изнутри. От такого человеческие лекарства не помогут. Да и просто изгнать призрака не получится. Он как сорняк уже слишком глубоко пустил корни, вцепился кривыми когтистыми лапами в сердце и вместе с кровью растекался по телу. Аякаши твердо решил заполучить эту сладкую душу. Если попробовать вырезать его, Юкине этого не переживет, слишком уж тесно они сплелись. А если оставить все как есть, то меньше чем за сутки эта тварь поглотит шинки.       Ято стоял и смотрел на свое смелое оружие. Лучшего друга, чем этот мальчишка, у него не было. Он так мило обижался на своего хозяина, жалил его, когда тот выводил шинки из себя, но столько раз спасал его. Он был лучшим оружием, которое когда-либо существовало в этом мире. Прекрасная, чистая душа, он был слишком хорошим для бога войны, он заслуживал лучшей судьбы. Ято не мог позволить ему умереть. Бог любил этого глупого мальчишку, любил всем сердцем, большой, крепкой отцовской любовью. У Ято никогда не было детей, по крайней мере до недавнего времени, или он просто не знал о них. Но Юкине стал для него сыном. Настоящим родным сыном. Родительские инстинкты больно кололи сердце. Ято не мог позволить ему умереть, был только один способ спасти его. Ох и не сладко придется, но выбора не было. Нельзя терять время.       Такой бури, как разразилась сегодня, боги не видели уже давно. Призраки бушевали по всюду, а виной тому был разъяренный бог катастроф.       - Ято! Что ты тут устроил?? Прекрати немедленно! – Тензин был вне себя от происходящего. - И зачем ты позвал нас с Майей к богу нищеты?? Да еще и так срочно?!       - Терпение, сейчас все узнаете. – Ято стоял с каменным лицом и ожидал опаздывающих. – Черт, где их носит! Каждая минута на счету…       - Извольте объяснить, что за неотложное дело? – На пороге, наконец, появились Казума и Бишамон. – ТЫЫ???? – взревела богиня, увидев Ято.       Но взгляд, которым он на нее посмотрел, остудил ее пыл.       - Простите, что так всех собрал, но дело не терпит отлагательств. – Бог разъяснил все, что произошло за последние несколько часов, и в каком состоянии сейчас его оружие.       - Юкине! Нет! Не может быть! – прикрыла ладонью рот Кофуку, она плакала.       - Ты же понимаешь, что мальчишку не спасти, как бы печально это не было?! – С тяжелым сердцем констатировал Тензин.       - Я как раз понимаю, что его МОЖНО спасти. И знаю, КАК это сделать. – голос Ято был холодным и острым, как лезвие Секки.       - О чем ты говоришь? Аякаши нельзя просто вырезать, это точно убьет Юкине. – Дайкоку явно нервничал, он скурил уже почти пачку сигарет. Как не крути, а злобный амбал привязался к этому капризному мальчишке.       - Это убьет его, если вырезать аякаши, пока Юкине сам находится в мире призраков, но у нас будет намного больше шансов, если сделать это, когда Юкине станет человеком… - тон и выражение лица Ято не менялись.       - ЧТО??? – подпрыгнули разом Майю, Кофуку и Тензин. – Что значит «когда Юкине станет человеком»? Он же уже умер. Это невозможно.       - Как раз-таки это возможно. Все мы, кроме молодых орудий, знаем, что способ есть. В истории было несколько удачных случаев, когда бог вновь дарил человеческую жизнь своему оружию. – Ято уже все решил для себя и отступать не собирался.       - Ты не понимаешь, о чем говоришь. – Поправляя очки, вмешался в разговор Казума. – ты же знаешь, как проходит этот ритуал!       - Конечно знаю, поэтому и собрал здесь трех богов, необходимых для него.       - Ято. Это невозможно! Даже для тебя. Особенно для тебя. – Казума тоже нервничал. – Что бы совершить этот ритуал, тебе нужно будет очиститься. Ты должен будешь ответить за все грехи, совершенные за свою жизнь. Ты почувствуешь все, что чувствовал каждый человек, шинки, бог, которых ты убил. Скажи мне, Ято, скольких ты убил за свою жизнь? Этот ритуал не по силам богу войны.       - Я сам решу, что мне под силу, а что нет. А убил я тысячи, сотни тысяч. И я знаю, на что подписываюсь. Не учи меня жить, Казума. И к тому же, так ты сможешь вернуть мне свой долг. – каждая минута споров, укорачивала жизнь Юкине, нужно было спешить.       - Даже если это возможно, превратить шинки обратно в человека, почему боги не делают этого? – подала голос Майю.       - Цена этого ритуала слишком высока, почти все боги считают ее неприемлемой – принимаясь за вторую пачку, процедил Дайкоку.       - Для меня это копейки, слишком ничтожная плата за его жизнь. – когда Ято был серьезен, все начинали его опасаться.       - Допустим. Но ты же говоришь, что скверна въелась прямо в сердце, даже из человеческого тела из такого положения ее не изгнать без последствий. Тем более если она распространится слишком сильно. – Тензин задумчиво смотрел на Ято.       - Поэтому я собрал здесь так же и три орудия. Как при омовении, с помощью границ мы сгоним скверну в одно место, очистив большую часть организма. Отодвинем ее от сердца. Удерживая в таком положении мы проведем ритуал и сделаем Юкине человеком. В живом теле скверна будет гораздо слабее. И мы вырежем ее.       - Провести границу внутри тела? Ты с ума сошел? – пришел в ужас Тензин.       - Ято, ты понимаешь, что два этих ритуала по отдельности провести очень мало шансов. А совместить… Такого никто и никогда не делал. – Казума как мог пытался переубедить Ято.       - Значит мы будем первыми. Юкине сильный мальчик, он справится!       - Но, Ято, а как же ты? – из глаз Кофуку все еще катились слезы.       - А что я? Я тоже сильный мальчик, справлюсь. – Ято начал раздражать этот балаган. Все упрямые как бараны.       - Но ты подвергаешь опасности не только себя, но и нас! – Майю тоже начала плакать.       - Ничего подобного, максимум, кто может копыта отбросить, это мы с Юкине. Если ничего не получится, убьете его как аякаши и дело с концом. Вы меня бесите.       - Нет! Это безрассудство!       - Я не буду этого делать!       - Какой кошмар!       Все начали разом отнекиваться и пытаться вразумить Ято.       - Тишину, пожалуйста! – молчавшая до этого момента Бишамон, поднялась и окинула всех пронзительным взглядом. – Мы сделаем то, о чем он просит. Хватит пустых разговоров. А кто откажется будет иметь дело со мной! – Она повернулась к Ято. – Нам потребуется еще один шинки, чтобы вырезать скверну, пока остальные будут удерживать границу. Я приведу самого лучшего.       - Спасибо тебе, Виина. Я знал, что ТЫ поймешь меня. – Ято благодарно улыбнулся и поклонился своему злейшему врагу. – И заодно совместишь приятное с полезным. – подколол он богиню.       - Если бы у меня было только одно оружие, я бы тоже так поступила. – обернулась в дверях Бишамон и печально посмотрела на своего преданного друга. – Идем, Казума.       - Слушаюсь, моя госпожа. Но я бы не позволил Вам так поступить.       - А я бы тебя не спрашивала. И подготовьте мальчишку. Он должен быть в сознании на протяжении всего ритуала. Нам нужно управиться до захода солнца, иначе ночью к нам слетятся куча аякаши. У нас осталось меньше трех часов. Время не ждет. – богиня скрылась за дверью и исчезла.       Все остальные так и сидели опешив от произошедшего и того, что еще произойдет.       - Ладушки! Вот и договорились! А эта полуголая извращенка даже начинает мне нравится! Ну что рты-то раскрыли?? У вас пол часа собраться с духом и приступаем. – У Ято значительно поднялось настроение. – И спасибо всем, я вам бесконечно обязан.       - А ты куда собрался? - подозрительно посмотрел на бога Дайкоку.       - У меня есть еще одно важное дело. Я быстро. И этот ритуал нельзя проводить в больнице. Здание просто не выдержит. Встретимся в лесу, где мы бились с Бишамон. Благодаря ее трудам там сейчас отличная поляна. Я приду с Юкине – Довольный тем, что задуманное им все-таки свершится, Ято даже начал улыбаться.       - Яточка! – Кофуку бросилась на шею к богу и начала заливать его платок слезами. – Яточка…       - Ну, ну, Кофуку! Ты чего расклеилась, маленькая балда?! Я на тебя очень рассчитываю, моя самая лучшая богиня. – Ято смахнул слезу, которая быстро бежала по румяной щеке нищебога, игриво щелкнул ее по носу и нежно поцеловал в лоб.       - Хватит сопли разводить! Время не ждет. – обратился он уже ко всем, еще раз поцеловал Кофуку и ушел прочь.       - Я все еще ничего не понимаю! – растерянно посмотрела на окружающих Майю.       - Сейчас я тебя все объясню. – Тяжело вздохнул Дайкоку, туша очередную сигарету.       День плавно переходил в вечер, Хиери сидела за столом, и пила ароматный цветочный чай, скоро должен был вернуться муж с детьми, а она все никак не могла прийти в себя от того, что произошло утром. Неожиданно посреди комнаты появился Ято. Хиери от испуга чуть не подавилась печенькой и разлила по столу остатки чая.       - Ято! Нельзя так внезапно появляться! У меня сердечный приступ случится! – накинулась на бога Хиери.       Ято был бледнее чистого листа бумаги, под глазами залегли темные, почти черные круги, на голове был полный беспорядок, одежда, измятая больше чем обычно, завершала вымученный образ. Но он стоял прямо и гордо, отведя плечи далеко назад, высоко подняв голову, а пронзительные глаза горели диким синим огнем. Ничего более противоречивого Хиери в свой жизни не видела.       - Встань, пожалуйста здесь и не двигайся. Через несколько минут я все объясню. Доверься мне. – Ято поднял Хиери со стула и поставил посреди комнаты. Удивленная девушка послушно подчинилась.       Ято глубоко вдохнул и начал проводить ритуал. Он восстанавливал связи, которые они когда-то разрубили с Юкине. Секки тогда потрудился на славу. Даже намеки на воспоминания было трудно найти. Но Ято собаку съел на разных видах связей. Так что шаг за шагом он восстанавливал память Хиери.       В глазах потемнело, голова закружилась, а в голове начали появляться картинки далекой молодости, тщательно забытые когда-то. Хиери вспомнила все.       - Ято! – она распахнула большие глаза и посмотрела на своего бога.       - Хиери, прости меня за все, за то, что стер твою память и за то, что сейчас вернул ее. Но времени совсем нет. Юкине умирает. – Ято был спокоен и холоден.       - Юкине! Не может быть! – Из глаз девушки брызнули слезы. – Что произошло?       - Этот мелкий идиот очень сильно сглупил. Но не в этом дело. Я спасу его, обещаю тебе. Ты столько раз нам помогала, но я должен снова просить тебя об одолжении. Нам предстоит сложный ритуал, после него я какое-то время буду не в форме, ты должна позаботиться о Юкине в этот период. Пообещай мне!       - Ято…       - Все будет хорошо! Поверь мне. Все обойдется! Мы с ним еще и не из таких задниц вылезали! – Ято улыбнулся, подошел и обнял Хиери. – Я уже опаздываю.       - Я пойду с тобой! – Хиери крепко вцепилась в крутые плечи.       - Тогда ты все испортишь. Все. Я ушел. – Ято коротко поцеловал Хиери в губы и исчез.       - Ято… Юкине… - из груди вырывались истерические всхлипы, а рука привычным движение потянулась к кулончику на шее. – Я верю в вас, мои любимые!       - Мамочка!       - Мама!       - Дорогая, мы дома!       Послышались с порога родные голоса.