Меня тянет к тебе

— Есть кто дома? — услышала я голос Джина и сразу же побежала в коридор. — Оппа, — набросилась на него Кейт, — я так скучала.       «Да уж, скучала она», — промелькнуло у меня в голове.       Последним с чемоданом вошёл Чонгук, нервно цокая языком, что он им не шестёрка. Увидев его, у меня аж ком в горле образовался. — Есть что пожрать? — подтирал все живот НамДжун, — В самолёте мне какую-то хрень дали, аж живот свело. — Да, мы с Хеми готовили, — заявила Кейт, как маленькая девочка, мило хлопая ресницами. — О-о-о, я вижу, тут некоторые вообще без дела шастали, — взглянул хмуро он на меня. — Да, оппа, она ещё нам приказала убрать всю общагу, помыть посуду и наготовить поесть, а сама спала целый день, — опустила голову Хеми. Тут я подняла верхнюю бровь. — Эй, дура, это вы виноваты, что был такой бардак, мне напомнить? — скрестила я руки на груди, — Или как? Хеми опустила голову, а Кейт посмотрела на меня сурово. — Ох, птичка моя, ты и вправду похожа на НамДжуна, — заявил Чимин, — такой же злобный лидер, не будь такой, тебе не идёт, — обнял он меня слегка, на что у меня не осталось ни малейшего оправдания. — Чимин-оппа, ты не понял? — убрала я сразу же его руку. — Отвали! — сделала акцент я на последнем слове. — Я так устал, Кейт принеси мне йогурт, — попросил Тэхен Кейт, та быстро послушалась его и как собачонка прискакала с йогуртом.       Я же прогуливалась по коридору, всё-таки успела соскучился по милым моськам этих оболтусов. — А ну стоять, — схватил меня кто-то сзади за талию, я аж вздрогнула, это был Чонгук. — Ну что опять? — повернувшись слегка к нему, проговорила я, но даже не успела договорить фразу, как получила поцелуй в шею.       Его руки обвили мою талию и прижали к себе. Мурашки по телу пошли как энергетический заряд тока. Мне вмиг захотелось расслабиться, насладится моментом, прижаться к любимому человеку, но опять мне моя гордость запретила это делать. Мы стояли так пару минут, пока Джей-Хоуп не заметил нас. — Ух ты, наконец-то! Ребята полюбуйтесь, я же говорил, — улыбнулся он во все тридцать два и потянул Юнги за подол рубашки. — Ничего себе, эй, малый, ты что офигел? — заявил Чимин, — убрал от СоИн руки.       Мы с Чонгуком сразу же отстранились друг от друга. Он нервно фыркнул, а я опустила голову от смущения. — Та блин, — оскалился Чонгук и быстро направился к себе в комнату, я же маленькими шажками пошла к себе. Через пару минут ко мне постучались. — Можно? — с лёгкой улыбкой на лице, спросил Джин. — Да, проходи, — улыбнулась я ему в ответ.       Джин мне рассказал как они провели время в США, как прошёл концерт и даже добавил как бедный Чонгук был напуган моим звонком, полночи заказывал билет обратно в Корею, а остальную половину все ныл, что «Там что-то случилось и я не могу дозвониться!». Мы смеялись долго, но потом он все же спросил: — Почему все же ты тогда плакала?       Я сразу перестала смеяться, ведь как-никак я мало что помнила. — Я, — начала я разговор, — не знала как сказать ему, что я очень скучаю, — ляпнула я и опустила голову. — Вы с Чоном два ребёнка, — усмехнулся он и вновь растрепал мне все волосы. — Ну, оппа, — фыркнула я. — Ты их не укладывала и не вини меня сразу, спокойной ночи, — сказал он и вышел из комнаты. Я улеглась звёздочкой на кровати и все думала о Чонгуке. Но как говорится: «Вспомнишь..., вот и оно». Чонгук постучался ко мне где-то в час ночи. — Не спишь? — спросил он, слегка приоткрывая дверь. — Нет, можешь входить, — сменила я позу и уставилась в потолок. — Уже поздно, — добавил он спустя пару минут. — Ага, и поэтому таким лунатикам, как ты нечего делать в моей комнате, — посмотрела я на него. — Это почему же, это и моя комната, — плюхнулся он рядом. — Нет моя, и выметайся из моей кровати, — пихнула я его слегка. — Ах, ты, колючка, — набросился он на меня. — Ты что делаешь? — скрестила я руки на груди. Чонгук же навис своим телом полностью, да ещё и начал дышать мне в шею. Тишина длилась пару минут. — Чонгук, может, ты слезешь? Мне тяжело, — пропищала я. — Не-а, — промычал он, — Ещё пару минут потерпи, — схватив меня за руку, он крепко сжал ладонь. Прошло ещё несколько минут. — Чонгук, имей совесть, слезь, ты тяжёлый, — ныла я уже вовсю. — Не-а, ещё минуту, — еле проговорил парень и поцеловал в шею. — Ну это уже наглость полная, сейчас же слезь! — приказала я ему строгим голосом. — Минута уже прошла. — Чего ты бухтишь, сама же не против, — поднял он голову, потом вновь опустил её. — Ну и сиди так, — надула я губки. — С тобой я больше не разговариваю.       Чонгук помолчал пару минут, потом поднял голову и добавил: — А разговаривать и не надо, — приблизился он к моим губам.       Его медленные прикосновения к моим губам, дали мне сразу понять, что мне нечего бояться и приоткрыть рот. Впервые в жизни моя гордость сдалась. О чём думать, что гадать, мой мозг отключился или лучше потух, как сожжённая спичка. Но поцелуй довольно быстро прервался: — Ты сдалась? — спросил вдруг парень, тяжело дыша. Я промолчала. Чонгук опустил вновь голову к моей шее и слегка чмокнул меня, потом же поднял голову. — Я тебя очень сильно люблю, — прошептал он.       Я вновь промолчала, но во мне творилось что-то непонятное, то ли то, что ему удалось меня победить, то ли мои чувства выходили наружу. Я знала что я так долго не протяну и сдамся. Теперь при каждом его взгляде, я буду улыбаться, как влюблённая дура.