Kan9shimi

Топо́р — инструмент, обычно с металлическим лезвием, жёстко закреплённым на рукоятке, обычно деревянной.Топор обычно применяется в плотницком деле для разрубания или придания формы дереву, а также для сруба деревьев. В древности и в Средних веках топор являлся распространенным ручным холодным оружием, реже метательным. Утром я проснулся в своей кровати. Кто-то перетащил меня в мою комнату. Кто бы это мог быть? А, впрочем, сейчас это не важно. Ужасно болела голова, воспоминания приходили далеко не сразу. Ко мне в комнату снова вошла Кана и снова поприветствовала меня решительным прямым ударом в челюсть. Я свалился на кровать и вопрошающе взглянул на неё. Она снова села на меня и стала молотить. Челюсть. Солнечное сплетение. Повторить. Челюсть. Солнечное сплетение. Ещё раз. Челюсть. Солнечное сплетение. Всё это она делала абсолютно молча, её лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Когда она закончила и ушла, я поднялся и осмотрел свою кровать. Она вся была запачкана в крови. Моей же крови, из носа и рта. Мерзость. Я пошёл в ванную и вымыл лицо. Рядом молча прошёл сноб, бросив на меня косой взгляд. Я вышел в холл и заметил странную вещь: обычно, люди здоровались со всеми, кто просыпался, но сейчас я был будто бы призраком. На столе лежала записка: Смайл, ты опасен. Мы общим голосованием решили больше не иметь с тобой дел. Прости, но это единственный адекватный вывод,который мы сделали после вчерашнего. Если тебе всё-же что-нибудь будет нужно, напиши это на листке ниже. Это была совсем уже не великая потеря. Я пожал плечами и разорвал листок, взглядом выискивая вчерашний блокнот Индиго. Очкарик показал мне блокнот и зажигалку, мгновение спустя, он поджёг блокнот. Все знания, что были в этом блокноте, теперь недоступны для меня. Какая жалость. Значит, война? Тогда война! Когда напряжение между всеми нами достигло апогея, голос Организатора пронзил звуковой вакуум. "Ну что, вы готовы, дорогие дамы и господа? Итак, сегодня у нас такие три факта. Первый. Загаданная персона имеет глубокую душевную травму. Второй факт: персона ещё никак не проявила себя. И третий факт: персона ведёт свой личный дневничок. Вот так вот. Начнём этот день!" Мы разошлись кто куда, а я ушёл в свою спальню. Кана тихо плакала в углу. Я подошёл к ней, она посмотрела на меня взглядом чертовски обиженного человека и лишь молвила: "Прости. Кана не хотела. Но. Кана должна." Я плюнул на её отговорки. Не до них. Нужно всё проанализировать: засветились только мы с ботаником. А значит, либо вторая, либо отец семейства, либо качок в спортивном костюме. Пускай сами там друг другу глотки грызут, мне плевать. Но сегодня кое-кто умрёт. Интересно, кто? Чёрт, смогу ли я выдержать еще день без убийств? Мне чертовски хотелось снова убить и посмотреть как они на это отреагируют. Мысль, что кто-то сегодня будет убивать у меня на глазах, угнетала меня. Поэтому, я сел в быстром режиме писать свой личный дневник. Написав около двадцати страниц любой случайной хрени, я оставил его на столе, а сам залез в шкаф. Наконец, в дверь постучали. Я не ответил. Всё шло по плану. Первым явился "семьянин". Он осмотрел мой рабочий стол, взглянул в дневник, обрадовался и ушёл, насвистывая незатейливаю песенку. Замков в комнатах тут нет. Заходи, кто хочет. Вторым зашёл спортсмен, он бегло осмотрел комнату, взглядом пробежался по странице и быстро ушёл. Видимо, после вчерашнего он меня боится. Занятненько. Последней комнату посетила вторая. Она мельком пробежалась по комнате, тихо отсчитала двадцать секунд и вышла. У неё есть дневник. И она вошла только потому что не войди она сюда, подозрение бы пало на неё. Она знает, что это она загадана. Но она не знает, что я в курсе её маленького секретика. Хе-хе. Дура. Сегодня, я ещё раз убью. И вы будете меня бояться! Мы собрались в холле вечером и с напряжением стали смотреть друг на друга. Качок и жлоб не смогут обвинить меня, потому что знают, что я был засвечен. Вторая понимает что она - цель. Ботаник отдыхал, запрокинув голову. Ну а я взял право голоса и обвинил вторую. Та смерила меня холодным взглядом и когда организатор подтвердил, что я был прав, она накинулась на меня с вилкой. Я взял столовый нож и парировал вилку, отведя её в сторону. Затем, я второй рукой нащупал на своём поясе топор,достал его и рубанул вперёд левой рукой по её руке,державшей вилку. Она взревела и ослабила хватку. Я взялся за свой любимый топор двумя руками и ударил сверху вниз, оставив его в голове Второй, будто дровосек в полене. Аннушка свалилась, разлив своё масло по всему полу. А я ведь даже не узнал её имени...