Пташка

Этьена разбудила не весенняя капель, как это было в последние несколько дней, а обыкновенный звонок телефона и стон Свена, которому этот телефон тоже не понравился. Этьен не понял, откуда в его новой шикарной постели и такой же квартире взялся Свен, но потом припомнил их вчерашний день, даже покраснел и все-таки потянулся за телефоном. У Этьена была течка, а тут подвернулся Свен, который приехал за своими вещами в старую убогую квартиру, а в итоге оказался в новой. Этьен перелез через Свена, взял телефон с небольшого столика, на котором стояла маленькая наполовину пустая бутылочка обыкновенной водки. Рядом с водкой нашлись и сигареты. Через несколько минут они будут кстати. — Да ответь ты уже. — Проскулил Свен со своего места. — Замолчи лучше. — Прошипел Этьен и поднес трубку к уху. — Слушаю. — Мистер Бьерре? — спросил учтивый голос. — Ага, он самый. — Этьен усмехнулся и поднялся на ноги. — Вчера на главный счет должен был прийти платеж. — Начал голос, а Этьен чуть не взвыл: лезли со своими делами с утра пораньше. Лучше бы он с Китом в гараже ковырялся, чем носился со всеми этими счетами, бумагами и людьми. — Как я знаю, он поступил, а в твоих обязанностях, Салли, переправить все это дальше, а не будить меня рано утром. — Я знаю, — запнулся голос, — но там большая нехватка. Этьен до этой фразы больше думал о том, как быстрее выгнать Свена из квартиры, но тут про Свена он забыл. Это была какая-то мутная схема. Деньги от Рассела до Макса шли не напрямую, а через кучу разных счетов. В итоге они приходили на счет, принадлежащий небольшой автомастерской, которой на самом деле и не было. Доступ к счету был у Макса и, как неожиданно оказалось, у Этьена. Максу некогда было распределять все эти деньги, он это скинул на Этьена, Этьен же перекинул эти обязанности на Салли, молоденького мужа одного из механиков, который помогал Киту в гараже. Салли и раньше помогал Максу в работе, но был глупеньким и с радостью довольствовался ролью секретаря. — Сколько не хватает? — спросил он, дрожащей рукой беря с тумбочки свои сигареты. — Восемьсот ровно. — Ответил голос Салли. — Тысяч?! — голос крякнул в подтверждение. — Рассел совсем охренел? Ты все перепроверил? — Да, по несколько раз. Деньги пришли еще несколько часов назад, но только половина. Я ждал, не хотел раньше двенадцати звонить. Так мне дальше переводить? Нужно следующую партию оплачивать. — Нет, пока ничего не трогай, что-то поменяется, сразу мне звони. Салли горячо заверял, что все так и сделает, но Этьен его не дослушал и отключил связь. Прикусил губу и задумался. Если он сейчас потеряет эти деньги, то у него органов не хватит на то, чтобы откупиться. Быстро позвонил Йену сразу на мобильный, что почти никогда не делал, если надо было говорить не о личном, а только о рабочем. — У тебя проблемы. — Выдал Этьен. — В чем дело? — Ты в офисе своем? — Да. Так что… — Неуплата, Рассел. Через час буду. Растормошил Свена, заставил его по-быстрому собрать свои вещи и свалить. Он бы и попрощался нормально и относился бы ласково, но в голове крутились только недостающие восемьсот тысяч, из-за которых его могли попросту убить. С наступлением весны Этьен опять достал свой уже любимый байк, и хотя это было как-то странно для омеги, но за зиму ездить в такси ему ужасно надоело. А Харлей был стоящей игрушкой. Йен ждал его, нервно наворачивая круги по кабинету. Этьен с ним был уже на короткой ноге, при том он еще и иногда появлялся в квартире Йена, носил там красивый красный халат и спал в мягкой постели. Спал вместе с Йеном. Но у Йена был какой-никакой муж, которому впрочем совсем было плевать на загулы супруга, как и Йену было плевать на него. Вроде весь этот брак изначально держался на взаимном материальном интересе между двумя семьями. Но Этьену и не надо было, чтобы его альфа был свободен. Йен вон даже Свена терпел, а Свен, как ни странно, терпел Йена. Даже больше месяца. Да и после расставания прибежал по первому зову и в первую же течку. Вся эта муть с любовью помогала и в делах. С Расселом Этьен определенно нашел общий язык, на что Макс не мог налюбоваться, вправду вскользь упомянув что-то о заднице и мордашке Этьена. Рассел уже все выяснил и все знал. — Я отправлял полную сумму. — Заверил он Этьена с порога. — Вот счет. — Он протянул ему распечатки чеков. — А ко мне пришла не полная. — Этьен практически ему под нос ткнул телефон. — Вот здесь видишь, циферки не те. — И все же… — До меня не дошли. Твой косяк. — И что предлагаешь? — Не мои проблемы, Рассел, — Этьен подошел к окну и выглянул наружу. Внизу совсем крохотные стояли машинки на парковке, а между этими машинками ходил маленький человечек. — У тебя еще два дня есть. — В смысле? — В смысле того, что ничего тебе пока не светит. Тачки будут, когда полностью заплатишь за старые. — Прошерсти своих. — Лучше ты Рассел. У меня нет «своих», а у тебя целый офис. Столько бабок без следа не пропадут. Рассел похватался за телефоны, сам лично куда-то сходил, оставив Этьен на попечение секретаря с чашечкой кофе. Вернулся и снова позвонил, наорав на невидимого собеседника. — Посмотрим. — Сказал Этьену. — Если на моей стороне пропали, то через пару часов будет. Этьен отставил в сторону чашечку, поднялся с кресла. — Ну вот и посмотрим. Захочешь разборок, звони сразу Максу. — Он не мог их взять? — неожиданно спросил Йен. — Всмысле? — Этьен замер посреди кабинет и обернулся, чтобы взглянуть на Йена. — Думаешь, Макс может всех кинуть? — Кто знает? — Йен пожал плечами. — Посмотрим. — Этьен подобрался к двери. — И спасибо за квартирку, она чудная, хотя и дорогая. — А чего хотел? — Чудную квартирку. — Этьен пожал плечами. — Пока Рассел, жду денежки. — Вечером позвонишь? — Посмотрим, Рассел, как пойдет. — Этьен улыбнулся, подмигнул и вышел.

***

Этьен любил носить в квартире Йена теплый халат красного цвета с широким поясом и большим запахом. Рассел приехал к Этьену на съемную квартиру и привез этот халат с собой. — Подарок на новоселье. — Посмеялся он. — У меня муж приехал. — Добавил почти шепотом. С мужем Рассел жил в разных городах, причем муж жил с другим альфой. Это все сам Рассел и рассказал. Главное, что их деньги работали вместе, а супругам терпеть друг друга было необязательно. — Деньги-то дошли? — Дошли. — Этьен помял в руках халат. — Только час назад. Я уже и заказ на перевозку отменять хотел. — Взяли новенького. — Пожаловался Рассел. — Не то и не туда отправил. Уже уволили. — Ну смотри. — Этьен повис у него на шее, зажимая свернутый халат между ними. — Мне все это не очень нравится. В следующий раз оставлю тебя без товара. — Я думал, ты на моей стороне. — Игриво прошептал Йен ему на ушко. — Я на стороне того, кто платит. — Макса, значит. — Рассел завалил его на кровать, навалился сверху всем телом, не давая совершенно двигаться и крепко прижал затястья к стене над головой Этьена. Замерли. Из приоткрытого окна налетел теплый свежий ветерок. Этьен почувствовал, как у него в виске отдается пульс. — И что? — осторожно спросил он у Йена. — Здесь чужим пахнет. — Ну да. Рассел наконец-то завозился, заерзал всем телом, разводя Этьену коленями ноги и все еще сжимая руки. Этьен застонал от новой волны того желания, которое накатывает во время течки. Нужно было быстрее снимать штаны, чтобы они не промокли от всей той смазки. — Так нельзя делать. — Продолжил поучать Рассел. — Ты должен соображать, что утром спать с одним, а вечером с другим — это блядство уже. Этьен резким движение дернулся, вывернул из хватки свои руки и, схватив Йена за голову, нагнул его к себе. Лизнул языком по сжатым губам Рассела. — Не учи меня, что надо делать? — ласково прошептал он. — Ладно? Медленно, прикрывая глаза и осторожно двигаясь, поцеловал Рассела, даже как-то лениво все это проделывая и другой рукой начиная стягивать с себя штаны, но колено Рассела почти давило Этьену на пах, так что он только ощутил внушительный стояк Йена. — Ты невыносим, ты понимаешь? — шептал Йен. — Мне плевать. — Так нельзя. — Рассел слез с него и начал раздеваться. Этьен поднялся, подполз по мягким одеялам к нему и прилип к спине альфы, мешая ему. С окна снова налетел новый порыв ветра, легкий тюль надулся парусом и почти накрыл их с Йеном. — Красть нельзя, Рассел, продавать ворованное нельзя, убивать нельзя, заниматься сексом можно. — Задушишь. — Йен отцепил его от себя и снова опрокинул на кровать. Этьен уставился в потолок. — Какой-то неправильный у нас с тобой перетрах выходит. — Заметил он. — Может, и не надо тогда? — У меня течка, мне плохо. — Заныл Этьен. — Тебя бы так штормило по несколько раз в год, я бы посмотрел, как тебе не надо было бы. — Думаешь, мне на запах твой плевать? — Так в чем до сих пор дело тогда? Йен молча продолжил делать свое дело. Потом прижал Этьена к себе и легко поцеловал в шею. Этьен все смотрел в потолок. — Дело в том, что от тебя другим пахнет, а это мерзко. — Свену не было мерзко. Йен рыкнул, резко перевернул его и уткнул лицом в кучу примятых подушек, резко и ломано стянул с Этьена его спортивные штанишки. Этьен хохотнул, вздохнул, почувствовав внизу живота тугой клубок, который скручивал мышцы. Вильнул задницей, уже прося от Рассела не слов, а дела.

***

Тепло приходило стремительно. Даже по ночам на улице нельзя было замерзнуть, а еще и лето толком не началось. Людям это нравилось. В небольшом ночном ресторанчике их собралось непривычно много, а Этьен уже минут пять сидел в туалетной кабинке и пытался отдышаться. Его тошнило, но не рвало, так что пришлось самому засовывать пальцы в глотку. Вылез, прополоскал рот водой из-под крана. Посмотрел на себя в зеркало. Добрался до своего столика, где сидели Томми и Ренди, схватил сумку. — Я поехал. — Бросил им. — Что случилось? — Томми привстал с места. Этьен ему не ответил и вышел на улицу. Хоть уже и было темно, но все еще было душно. Добрался до дома, открыл все окна и завалился спать. Проснулся от звонка мобильника. Позвонил Томми. — С тобой все хорошо? — спросил он. — Хорошо. — Этьен улыбнулся и кивнул головой. — Я заболел немного. Время двигалось уже к двум часам дня. На улице снова поднялась жара, и воздух за окном дрожал, как будто над огнем. Этьен выглянул в окно, нашел глазами свой байк, но только от одной мысли о том, что придется ехать на нем снова затошнило. В аптеку за тестом сходил пешком. Очень хотелось позвонить Стефану и спросить, что делать. Но это была плохая идея. Набрал номер Йена. Личный, не рабочий. — Рассел, приедь ко мне. — Попросил он, когда трубку взяли только на третий раз. — У меня переговоры. — Зло шикнули на него. — А я забеременел, скорее всего от тебя, и если ты сейчас не приедешь, я специально рожу и оставлю ребенка под твоей дверью. Рассел долго молчал, что-то промычал, попыхтел. Этьен сидел на просторной кухне за обеденным столом, вертел в руках два положительных теста и курил, ждал реакции. — Я перезвоню через несколько минут. — Ответил он наконец-то и отключился. Этьен швырнул телефон на крышку стола, затушил сигарету в стеклянной пепельнице, которая переехала с прошлой квартиры. Опять тошнило. Этому всему уже должно было быть чуть больше месяца, если вести счет от течки, хотя он мог залететь и в другое время. Но он всегда предохранялся. Только тогда забыл, причем и со Свеном, и с Йеном, так что папашей мог быть любой. Но папашей никто не будет. Рассел перезвонил через полчаса. — Что ты от меня хочешь? — спросил он. — Где аборты делают? — Я не знаю, мне это не надо. В больницах, наверное. — Потом Рассел замолчал, Этьен тоже ничего говорить не хотел. У него вообще настроения не было. Рассел засмеялся. — А где же крики о том, какой я мерзавец? — Не издевайся, Рассел. Будь добр, организуй мне все, а то и без этого башка раскалывается. Рассел пообещал. Приехал на следующий день ближе к обеду. Этьен все сидел дома и даже выходить наружу ни разу не пытался. Заказал еду на дом из одного ресторанчика и теперь поедал пиццу, валяясь на белом хозяйском диване перед широкой плазмой. Показывали сначала фильмы о животных, а потом пошли старые блеклые мультики. — С тобой одни проблемы. — Йен принялся ходить по комнате, огибая стоящие на полу тарелки, разбросанные подушки и одежду. Подошел к Этьену, схватил за руку и принюхался к запястью, потом понюхал шею и волосы. — Есть? — осторожно спросил Этьен. — Есть. — Кивнул Йен. — Точно есть. Давай, собирайся, к вечеру закончить надо. Этьен не знал, что нужно брать. Взял все. И одежду, и деньги с документами. Никаких медицинских документов у него не было, была только справка из тюремного медпункта, по которой и надо было давно получить все остальное. Взял и это. — Мы куда поедем? — В одну частную. Эрхеля знаешь? — Нет. Йен был на том любимом автомобиле Этьена с белым салоном. Только теперь Этьен боялся, что весь этот салон он сейчас попросту заблюет. И было же все хорошо, а в последние дни, как только догадался, так и началось. Из-за психики, может быть. А Этьен психовал. Очень. То, что в нем что-то растет, пугало. — Рассел, — вдруг вспомнил он, — уволь своих работников. У тебя опять недоплата. — Сколько? — Сотня штук почти. — Как так? — Не знаю. Но пока все заморожено, так что думай, Рассел. Второй раз уже такой прокол у тебя. В клинике их ждали. Этьен вытерпел все. То, как ему водили по животу какой-то хренью, как сообщили, что ребенку не месяц, как думал Этьен, а уже семь недель и что он вроде бы как здоров, как хотели показать ему того самого недоразвитого еще совсем, но уже почему-то ребенка. Этьен и от этого устал, а пришлось выслушивать длинный монолог врача о том, что дети — это чудо. Для Этьена дети были совсем не чудом. Скорее пожизненным сроком. — Раньше беременности были? — спросили у него. — Нет. Ему сами дали какую-то тряпку, похожую на ночнушку, заставили лечь на специальное кресло в страшной, пахнущей чистотой комнате. Низенький санитар с морщинками на лице подошел к нему со иглой от капельницы. — Что это? — спросил Этьен. — Снотворное. — Валяйте. — Разрешил он.