Я просто шум...

POV Влада. Мы сидели в фойе уже битых три часа и ждали чертового звонка от Артура, но его все не было. Антон психовал и рвался набить кому-нибудь морду, что только все ухудшало. - Да сядь ты уже! - заорал я, на ходящего туда-сюда друга. - Не могу! - Ниженко пнул столик, и зашипел от боли, при этом получив злобный взгляд уборщицы. В руке завибрировал телефон. Я со скоростью света нажал на кнопку ответить и включил громкую связь. - Тридцать третья больница, - сказал Артур и сбросил. Время на обдумывание небыло, поэтому схватив манатки, мы с Антоном кинулись в машину. Я опять летел с бешеной скоростью, вылетая на встречку, подрезаю другие машины, и пролетая на красный. Антон сидел с закрытыми глазами, и кажется,…молился? Когда мы подъехали к нужной больнице, то даже не позаботились о сохранности машины, и просто захлопнув двери, побежали в здание. *** - Парни, сюда! - нас окрикнул Артур. Он стоял перед регистратурой, и о чем-то договаривался с медсестрой. Антон первым кинулся к нему, я же побежал за ним. - Что с Димой!? - не своим голосом, пропищал друг. Он стоял весь бледный, как простынь, и его явно трясло, хотя еще минуту назад, он был в порядке, если можно так выразиться. - Тише, с ним все нормально…Влад, можно поговорить наедине? - «Все нормально» разнеслось в моей голове. Все нормально!? Я схватил Артура, и потащил подальше от Антона. Ниженко это явно не устроило, поэтому нам пришлось попросить медсестру, задержать его. Девушка, надавив на то что, ему нужно успокоиться и выпить что-нибудь успокоительное, увела его в процедурную. - Что с ним!? - тут же спросил я, когда мы остались наедине. - Он…я не могу этого описать, пошли, сам посмотришь, - Алексеев схватил меня за руку и потащил к палатам. *** Я открыл дверь и застыл в немом ужасе. То, что я увидел, нельзя описать словами. Он даже не был похож на себя, будто на койке лежала какая-то кукла. Мертвая, избитая, изнасилованная кукла. Тысячи синяков, царапин, ран, будто бы он побывал на войне. Его тело стало настолько худым что, казалось если притронуться к нему, то можно сломать. Волосы в крови, лицо, весь он будто бы специально ей вымазанный. - Боже..- к горлу подступил ком, а на глазах выступили слезы. - Псих, что похитил его, продержал Диму в подвал целую неделю. Следы изнасилования, избиения на лицо, сам видишь. А при захвате он прострелил ему плечо. Нам повезло, что он промахнулся, - слова Артура прошли мимо ушей. Какие же они бессмысленные, по сравнению с тем что, вот он, наш Дима, живой! - Влад, - Алексеев потормошил меня за плечо. - Чего тебе? - безразлично бросил я, и повернулся к выходу. Кажется, я сейчас упаду в обморок, терпеть не могу кровь. - Ничего, пошли, - парень вывел меня из палаты, и мы вернулись к регистратуре. На меня тут же налетел Антон. - Влад, какого черта!? Где Дима, что с ним!? Прошу, не молчи!! - я бы очень хотел ему ответить, но слова застревали в горле. - Он жив, Тош, а это главное…- из глаз полились слезы. Ниженко ничего не понял, но обняв меня, тоже заплакал. Мы стояли, обнявшись, и ревели как малые дети. Просто было страшно. За себя, за него, за Диму, за всех нас. Эта жизнь сделала нам слишком больно, и теперь поверить в чудо, нам страшно. Чудо - это то, чего по сути не может быть. Во что многие не верят но, черт возьми, оно случается. - Парни, езжайте домой. Приедете, завтра утром, сегодня медсестры сами о нем позаботятся, - сейчас мне больше всего хотелось врезать Артуру. - Влад, я не поеду, я останусь здесь! - заартачился Тошик, в прочем, мы все знали что так будет. - Тох, надо привезти ему вещи, да и тебе нужно поспать, - я похлопал друга по спине и отошел. - Я не хочу! - запротестовал он, но все, же сдался, понимая, что обманывает сам себя. - Спасибо, Артур, большое, - я потащил Антона к выходу, чтобы не дай бог он не начал поливать Алексеева грязью сейчас. - Не за что, обращайтесь, если что, - мы вышли из больницы и остановились на крыльце. - Надеюсь это «если что», никогда не случится, - зло прошипел Тошик. - И я на это надеюсь…- я пошвырялся в кармане и достал пачку сигарет и закурил. - Будешь? - Да, - друг взял одну сигарету, прикурил от моей и затянулся. - Влад, скажи, все настолько плохо? - я не знал что ответить. - Честно? Не знаю, завтра сам все увидишь, - мы стояли, курили, и просто смотрели, как заходит солнце. На улице было холодно, что не было обычно для начало лета. Наверное, просто погода тоже грустит. Или же ей так же страшно как и нам? Страшно жить. Я знаю что, я никогда уже не останусь один. У меня есть жена, есть дочь, а что есть у Антона? Ему сейчас не столько страшна сама смерть, сколько страшно остаться одному. Ведь кроме меня и Димы, у него больше и нет никого. Жизнь странная штука. Кому-то она дает все, а кому-то ничего. Люди считают что, она делится на полосы, черные и белые, знаете? Только вот в нашей с Антоном жизни, черная полоса слишком уж затянулась. Не пора ли ей закончиться? Думаю пора. Сейчас мы приедем к нему домой, выпьем и ляжем спать. И пусть с этим днем, уйдет все плохое, а завтра начнется совсем другая жизнь.