Смерть в отпуске

      Заявление на отпуск писали сразу в трёх экземплярах: на имя Всевышнего, на имя Аида и на имя святого Петра. Локи диктовал; Тим и Жизнь крайне внимательно слушали, потому что Отца Лжи в любую секунду могло снести на жёсткий стёб. Симка записывала, от усердия высунув кончик языка и сжимая перо из Анькиного крыла так, что пальцы побелели.

Всевышнему (непроизносимо) копия Привратнику Царствия Небесного Святому Апостолу Петру копия Богу Подземного Царства Тёмному Гостеприимному Аиду Серафимы, Воплощения Смерти йуных самоубийц

заявление.

      Прошу предоставить мне очередной отпуск с 20 мая. Прошу принять во внимание, что за восемьдесят лет безупречной службы в отпуске не была.       19 мая

Смерть Серафима

      План вступил в стадию реализации: Анька понесла заявление номер раз в приёмную Всевышнего, Жека со второй заявой отправился к Вратам Рая, Симка с Тимом двинулись в Преисподнюю, Локи обещал найти Могомби и вломить ему, чтоб неповадно было, а заодно подумать над подходом к Атропе.       Референтом Аида служила Людожорка, с которой у Симки были свои давние отношения.       — Оба-на! — заорала она, увидав Смерть на пороге приёмной. – Смерть моя пришла за мной, а я не при параде, ой!       — Я за тобой ещё пять лет назад пришла, дура, — ответила ей Симка, — а сейчас не к тебе и по делам. Привет, Людочка, — девчонки звонко поцеловали воздух у щёк друг друга. — Сам у себя? Примет?       — Тебе чего от него? Не в духах Тёмный нынче, впрочем, как и обычно, не советую подворачиваться.       — Заявление на отпуск подписать.       — Ну-ка покажь.       Людка прочитала внимательно, водя по строкам алым длинным ногтем и шевеля губами.       — Не, подруга. К Неодолимому рано. Сначала виза Люцифера «Не возражаю», он же твой непосредственный внизу? И пусть укажет, кто будет выполнять твои обязанности на время отпуска. Потом уже мне, я зарегистрирую, и Самому к подписи… Ну, честно тебе скажу — мурыжить будет… Недели две точно у него бумажка пролежит, ему спешить некуда…       — Лю-уд… Мне б побыстрее…       — Сим, веришь — все усилия приложу, уж для тебя-то, дорогая… Но сначала к Люциферу.

***

      Кабинет Люцифера располагался на самом верхнем этаже Подземного царства, почти под Солнцем. Невыносимо яркий свет заливал приёмную. Совершенно пустую. Тим и Сима подёргали запертые двери архидемона, его зама, заглянули в стол отсутствующего секретаря…       — Сим, ну не переживай, — Время жалостливо смотрел на расстроенную подругу, — я сейчас загляну во вчера и в завтра…       Фигура Тима пошла полосами, задрожала и поблекла… Через секунду все вернулось к норме… кроме самого Тима. Он матерился забористым архейским матом и встряхивался, как большой пёс после дождя.       Закончив изысканный трёхэтажный, ошалело взглянул на любимую.       — Ой, прости меня…       Симка смеялась.       — Ничего нового… Клиенты круче выражаются… Ты чего там увидел?! Мне тоже интересно…       - У Люцика новая секретарша… Затейливое ПВП на столе… Это вчера. А завтра та ж фигня — нет никого.       Симка посмурнела.       — Вот сволочь он. Архидемон, чё… Все конторы у нас по выходным работают, а Люцифер чисто назло отлынивает. Брокен — что ещё скажешь…       Тим с тревогой смотрел на подругу. Сима тщетно пыталась остановить или хоть скрыть слёзы. Это точно был нервный срыв. Истеричек в Смерти не брали.       — Ладно, Тимочка, хрен с Люцифером. Поехали в общагу. Найду себе сменщицу.       Воплощения Смертей получали отдельные апартаменты после двадцати-тридцати лет службы. До того времени ютились в общаге полу- и недобогов. В крыле Смертей, потолкавшись во все двери, Сима и Тим смогли вломиться только в одну незапертую комнату.       Абсолютно Нелепая Смерть была очень занята: наращивала ногти. На пальцах ног.       — Кончита, дорогуша, — неестественным голосом пропела Сима, — А мы тебя ищем! Прекрасно выглядишь!       А. Н. Смерть в откровенном вечернем бирюзовом платье, бигуди, с трёхдневной щетиной и распорками между пальцев задранных ног выглядела ну никак не прекрасно, однако польщёно разулыбалась.       — Симона, милочка, приветик! Вау, да с тобой сам герр Время! Приве-е-ет, кросавчег…       — Добрый день, прелестная, — подыграл Тим, целуя протянутую ручку, — счастлив познакомиться.       — О Шеф Всемогущий на велике! — восхитилась Сима, — какой цвет! А-бал-деть! Кончита, это шикарно! Просто блеск! Как называется?       А. Н. Смерть с удовольствием полюбовалась грязно-серо-зелёным блеклым цветом длинных ногтей на своей стройной правой ножке сорок четвёртого размера.       — Скажи, миленько? Цвет называется «Валюта». Прелесть, да?       — Слу-ушай… А вот если свадебное платье такого цвета, как думаешь, мне к лицу будет?       — Свадебное?! — всполошилась Кончита. (Тим тоже, вообще-то, всполошился, но не подал виду). — Ты что, замуж собралась?       — Ну-у, — засмущалась Сима, — так, намечаю… О, кстати, ты не подменишь меня, пока я буду готовиться к свадьбе? Место дружки за тобой!       — Нет, — сухо ответила Кончита и отвернулась. И как-то неожиданно, не меняя аватары, превратилась из гламурной дурочки в печального парня, пусть и в женском платье и бигуди…       — Том? — позвала Симка. — Томас, ты чего? — она присела на кровать около него, — Том, мне правда помощь нужна. Подмени, будь другом. Плохо мне, не могу больше, отдохнуть мне нужно, перерыв сделать хоть на пару недель…       — Я не могу, Сима. Правда. Я просто не-мо-гу!       — Том, пожалуйста, — почти прошептала Симка. — Я восемьдесят лет без выймачки… Больше некому… Том… — слёзы у неё опять катились, как вода, — Ты всего год воплощение, а я…       — Да, всего год! А ты восемьдесят, да! И работа у меня раз в месяц, да! — заорал сквозь слёзы Томас. — И я умираю заново с каждым из них! Я каждый раз боюсь, что не проведу клиента через долбанную Долину, останусь в ней на веки вечные! А у тебя по десять душ в день! И их не в Рай, как моих, — намного ниже! Я! не! смогу! Слышишь меня?! — И упал на плечо Симки, заходясь рыданиями.       «Вот только этого ей сейчас для полного счастья…» — подумал Время. Симка тоже рыдала, правда, потише, обнимая Тома-Кончиту.       Тиму не было жалко транс-Диву, а вот девушку свою… Он и сам был близок к слезам от жалости к ней.       Метнулся во времени через час, вернулся обратно с выдохом. Остановил время в комнате, вышел и почти сразу вернулся с двумя ведёрками мороженого, пачкой ватных дисков и кремом для снятия макияжа (для Кончиты).       Через час его послали за бутылкой мартини.       Через два часа он появился в доме Аньки со спящей нервным сном Симой на руках. Оглядел хмурых Ангела и Жизнь, задержал взгляд на двух заявлениях без каких-либо подписей, лежащих на столике, отнёс Симу в спальню, вернулся, бросил к двум заявам третью, присел за стол и закрыл глаза рукой.       В угрюмом молчании просидели минут двадцать.       Пока с громким «бабах!», блёстками и брызгами шоколада в комнате не объявились бодрый Локи и печальный Могомби с заплывшим левым глазом.       Тим рванул к спящей Смерти, ускорил над ней время на два часа и вышел к полному комплекту друзей уже вместе с вменяемой Симкой.