Люблю твой крик: отчаянный и бесполезный...

"Как много сказано тобой- На сердце грусть и боль, Я полюбил тебя такой... Но ты на рану соль Посыпала и жжет теперь она, Как жаль, что ты теперь другому отдана." " Ты противен мне, в твоих словах ложь и абсурд, в котором ни капли разумного, и ты мне смеешь говорить, что я глупая и бесстыжая?",- с жаром в голосе, проговорила девушка. - Ты просто не знаешь... Насколько это говорить с самым, что ни на есть, настоящим Богом-Афроди, которым являюсь я, так что заткнись и слушай, если хочешь жить, то делай, что я говорю... - Нет!!! Я слишком дорожу своей командой, чтоб низко опускаться пред такими, как ты. Ты жалок и тщедушен, в твой голос подобен змее, с чьих зуб сочится опаснейший яд. Я ненавижу тебя,-недовольно процедила Кино, в глазах которой, так и читалось открытое презрение и ненависть к этому отнюдь нескромному "Богу".-Что ты мне сделаешь? Убьешь, зарежешь, застрелишь... Что... В конце концов, что ты мне сделаешь? "Что Я СДЕЛАЮ?",-мысленно разгневался Афроди- я сделаю тебе весьма приятный подарок... - По твоей улыбке можно понять, что "подарок",- Аки театрально закатила глаза- приятным будет только для тебя, поэтому, изволь мне обьяснить, Нарциссимус, что же ты такого жаждешь "подарить" мне, ваша Самовлюбленность... Или уже дар речи потерялся? Ах, бедный, бедный Афроди...- делая большой акцент на словах "подарить, бедный", скептически ответила Аки. Афроди не нашелся ответить на весьма оскорбительные фразы девушки, хотя и понимал, что оставлять это, уже было нельзя. Пристально вглядевшись в глаза красавицы, он вдруг заметил в них едва заметный страх. Довольно ухмыльнувшись,скрестив руки на груди, он прошептал ей в ухо: "А ведь ты боишься... Боишься меня. Я ведь знал это с самого начала. Ты не умеешь врать и мне в тебе ЭТО нравится. Ты просто девчонка, возомнившая себя героиней, хотя на деле... Ты слаба. Женщины недостойные создания, их любовь, всё равно что костер: вспыхивая, постепенно ослабевает, пока совсем не потухнет. Вы ничтожны. Вам нет места в нашем мире...,-его тираду внезапно прервала Аки. -Кто... -Что значит "кто"? -Кто предал тебя? И за что?- с усталым голосом произнесла девушка с черными, отливающим болотным блеском, волосами. -С чего ты это взяла? -Я тебя не понимаю... То, несешь какой-то бред про женщин, то жалуешься мне самым несносным образом... Ты хуже, чем все остальные смертные, которых я знаю. Ты недостоин звания "Бог"...- её прервала неожиданная пощечина, от которой стала невыносимо больно. Но не в щеке, а в сердце: "Безнадежность... Его уже ничто не изменит. Даже я не смогу этого сделать. Бедный Афроди,а ведь я хотела ему помочь, от чистого сердца. Что же мне теперь предпринять? А может, не стоило перегибать палку...-подумала Аки. Но к этому времени было уже поздно. Некогда капитан команды Зевса, теперь действительно нагонял неописуемый страх, который даже подействовал на храбрую и отчаянную Аки. Лицо переполняло злость, а сердце обливалось кровью, такой красной и горячей. Из ушей его, казалось бы валит дым, а глаза, непрерывно, не моргая, окидывали презрительнейшим взглядом, поминутно делаю его всё резче и злее. Он приближался. Шаги его были, как звуки приближающегося грома, а лицо метало молнии... Тонкие губы были плотно сжаты, а брови сведены в один конец. Он действительно хотел убить её. Ведь она надавила на самое больное...