Забавы сводного брата

Сегодняшнее утро порадовало всех чудесной погодой. Солнечные лучи разбудили меня вместо будильника, из приоткрытого окна в комнату ворвался весенний ветерок, даруя пространству аромат свежести. И все это было совершенно некстати в такой день… Вчера я признался своему сводному брату Кристоферу в том, что я гей. - Да ладно тебе, Майки, поднимай свою тощую задницу, и пойдем в клуб, - фигура старшего брата нависла надо мной всей своей громадой. Он как всегда великолепно выглядел: мягкие волны волос цвета жженой умбры обрамляли его лицо с аристократическими чертами – прямой лоб, идеальные скулы, словно высеченные искусным скульптором, тонкие губы, которые так часто изгибались в полуулыбке и глаза. Они были с легким прищуром, темно-серые с металлическим оттенком. Его мускулистое тело выгодно подчеркивали черная майка и джинсы с заниженной талией, из-под которых соблазнительно выглядывала резинка боксеров от Армани. Всегда удивлялся его пристрастию к дорогим вещам… Хотя, если подумать, они окружали его всю жизнь. Его родной отец был очень известным бизнесменом, и его жена с сыном всегда жили в роскоши. Но произошла автокатастрофа, и глава семейства погиб. Тогда брошенная женщина, которая в своей жизни не работала и дня, схватилась за первую попавшуюся соломинку – моего отца, чтобы не остаться на улице. Весь капитал Джона Лэйда принадлежал его компании, и даже дорогущие адвокаты, которых нанимала вдова, не смогли с этим ничего поделать. А мой отец, обычный среднестатистический служащий, просто покорился красоте светской львицы, которая потом упорхнула с другим богатеньким дядечкой, оставив при этом сына на попечение бывшему мужу. Так мы с Кристофером стали братьями. Он вызывал у меня восхищение с самого первого дня, появившись на пороге нашего дома, и по сей день. - Неужели, ты хочешь просидеть весь вечер воскресенья на этом диване? – Он буравил меня жестким взглядом, а я посильнее вжался в предмет мягкой мебели. - Да, хочу! – Более громко, чем стоило, произнес я. - Ты и так все время сидишь дома, не пора ли развлечься? Иначе так и останешься вечным девственником, - на его лице появилась фирменная ухмылка. - И вовсе я не девственник! – Меня раздражало, что он может говорить об этом вот так просто посреди будничного разговора, да и доказательств у него не было. А мои щеки уже изрядно заалели. - Не помню ни раза, чтобы ты приводил в дом девчонку, - продолжал гнуть свое братец. - Если я их приведу в дом, то они потом достанут меня разговорами о тебе и просьбами передать что-нибудь Кристоферу! Сказать, что мой брат был популярным, значит, ничего не сказать. Девушки бегали за ним толпами, а тот этим охотно пользовался. Мне не раз приходилось успокаивать отвергнутых им несчастных. И каждый раз я все больше поражался девичьей глупости. Может, именно поэтому я и стал геем. Ведь перед глазами всегда было столько примеров… - Да ладно тебе, в клубе ты уж точно подцепишь какую-нибудь красотку. Ты ведь у нас в общем-то ничего, - он протянул руку и потрепал мою щеку. Я с раздражением отодвинулся. - Слушай, а, может быть, ты того, - он опустился на диван, приобнимая меня за плечи, - не по этой части? – Он расхохотался. Мое сердце на мгновение перестало качать кровь, а потом с удвоенной силой пустилось биться об ребра. Неужели, он догадался?! Брат перестал смеяться и посмотрел на меня. Видимо, на моем лице он прочитал все мои мысли, так как с его мордашки улыбка тоже исчезла. - Не-е-ет, - протянул он, а его глаза расширились, ему не верилось, что, обронив очередную шутку, он попал в точку, - не может быть. - Еще как может! Я еще ни разу не видел такого выражения лица у Криса, даже тогда, когда отец сообщил ему, что его мать ушла от нас. Мне хватило считанных секунд, чтобы сорваться с места и исчезнуть за дверью собственной комнаты. Я упал на кровать. По всему телу бежала нервная дрожь. «Черт! Черт! Черт!», - только и вертелось у меня в голове, - «Теперь брат точно возненавидит меня! Или того хуже – станет презирать». При мыслях об этом хотелось рыдать, хотя я не из тех ребят, кто плачет по всяким пустякам. Сверхчувствительным или сентиментальным меня не назовешь. Несмотря на все стереотипы о такой цветной ориентации. За дверью раздался стук, после которого в комнату вошел брат. Его лицо имело свое обыкновенное выражение. - Я так и не понял, - сказал он, - мы идем или нет? А может, ты предпочитаешь другие клубы? – Он обнажил свои белоснежные зубы в широкой улыбке и вновь расхохотался. У меня просто от сердца отлегло. Он не злился, не изрыгал оскорбления, а вел себя так, словно я ему сообщил о погоде на завтрашний день, словно это было чем-то нормальным. - Да пошел ты, - я кинул в него подушку. Мне совершенно не хотелось выглядеть в его глазах слюнтяем. - Ладно, ладно! – Кристофер поднял руки вверх, делая вид, что сдается. – Не хочешь, как хочешь, а я пойду. – Он скрылся за дверью. Я, наконец-то, смог перевести дух. В моей голове все еще не укладывалось, что Крису теперь все известно. Но безумно радовала мысль о том, как он отнесся к этому. Хотя может, он еще пока до конца не осознал всего смысла данной новости. Я взглянул на часы и понял, что пора спать, иначе завтра с утра меня не разбудит и пушечный выстрел. Я с удовольствием отправился в царство Морфея, так как это освобождало меня от ненужных мыслей, хотя уснуть удалось не сразу. Сегодня Кристофер должен был подвезти меня до универа, так как тот находится довольно далеко. Раньше этим занимался отец, но его отправили в двухнедельную командировку, поэтому теперь моим провожатым станет брат. Я уже давно собрался. Умылся, причесал свои вечно-взъерошенные волосы. Крис называл мою прическу пшеничным полем, потому что, по его словам, мои волосы были такого же цвета и также стояли торчком. Надел светлые джинсы, салатовую футболку и серую толстовку. И сидел в таком виде вот уже двадцать минут, не высовываясь из комнаты. Я прекрасно понимал, что если задержусь еще, то, несмотря на всю скорость, с которой любит гонять братец, опоздаю на первую пару. Но мне было немного страшновато. Вдруг, весь позитивный настрой Кристофера пройдет, и он снова будет смотреть на меня таким удивленным взглядом, от которого захочется скрыться в каком-нибудь укромном месте типа земного ядра… Независимо от моих желаний, брат все-таки нагрянул в комнату. К счастью, ничего в его выражение лица не предвещало бури. Правда, сам он выглядел, словно по нему проехался асфальтоукладочный каток. Вчерашняя одежда, растрепанные волосы, круги под глазами. Наверняка, эта ночка была жаркой. В глубине души я почувствовал укол обиды. Узнав обо мне такое, он продолжил развлекаться и жить, как ни в чем не бывало. Но разве не этого я хотел? - Майки, подожди немного, я в душ на пару минут, а потом выдвинемся, - произнес он охрипшим голосом. - Без проблем, - я понимал, что в таком виде выпускать его на улицу опасно. Через четверть часа он снова предстал передо мной. Это был совершенно другой человек, но для меня подобные перевоплощения были не новы. Белая футболка "поло", джинсы и кожаная куртка ужасно ему шли. Я не сомневался, что ко всему этому он добавит свои любимые высокие боты на шнуровке. Мне они чем-то напоминали армейскую обувь. - Ты собрался так ехать? – Я выразительно посмотрел на его мокрые волосы. Крис выглядел точь-в-точь, как парни из рекламы геля для душа. Влажные волосы придавали ему сексуальности, а ни как в большинстве случаев, превращали человека в мокрую крысу. - Высохнут по дороге, - ухмыляясь, заявил он. - Только не говори, что… - В моей голове тут же всколыхнулась догадка. - Да-а, мы поедем на моей байке, - подтвердил ее брат. - Но отец же специально оставил машину! – Меня не прельщала перспектива ехать на его мотоцикле. Как-то раз я попробовал и поклялся, что больше на него не сяду. - Ну, ты все еще можешь пойти пешком, - он улыбнулся. Этот идиот прекрасно знал, что времени уже в обрез, и, если я пойду пешком, то опоздаю. - Хрен с тобой, - бросил я и, подхватив рюкзак, поплелся в коридор. - Прекрасное решение! – Брат был рад своей маленькой победе. Через несколько минут он уже сидел на своем «коне» и протягивал мне шлем. Сам надеть второй он даже не удосужился. - Прыгай, принцесса, - его глаза сверкнули озорством. - Эта принцесса сейчас оторвет кое-кому яйца! – Съязвил я. - А это доставит тебе удовольствие? – Я уже уселся позади него, но услышав эту шуточку, хотел слезть. Не тут-то было! Он резко нажал на газ, и мотоцикл сорвался с места. Я бы однозначно свалился, если бы не успел вовремя обхватить его за талию. Сначала скорость была приемлемой, но потом он вошел во вкус и разогнался. Мое сердце ушло в пятки и билось там со скоростью света. Руки с силой сжимали кожаную ткань куртки Кристофера. Чтобы держаться покрепче, мне пришлось прислониться щекой к его спине, точнее к его спине прижимался бок шлема. Меня мгновенно обдало ароматом его одеколона. Такой терпкий, глубокий, он идеально подходил моему брату. Весь оставшийся путь я так и провел, вдобавок еще и зажмурившись. С закрытыми глазами можно было представить, что мы не несемся, словно нас кто-то преследует, а мирно едем, пропуская всех бабушек на каждом переходе. Но резкие порывы ветра и рев мотора не давали мне окончательно забыть, что стрелка на спидометре перевалилась за грани дозволенного. Когда мы, наконец, остановились меня уже порядком мутило. Оказалось, Крис подъехал прямо к главному входу в универ. Тут вечно собиралась куча народа, и среди них я уже заметил парочку ребят из моего потока. Все, завидев незнакомого красавца на байке, подтянулись поближе, чтобы узнать, кто же второй пассажир. Вокруг нас прямо-таки образовалась толпа. Я снял шлем, хотя делать этого не хотелось. Мои друзья тут же узнали меня и поспешили не упустить момент подойти к красавчику, с которым приехал «наш Майкл», поближе. - Эй, Майкл! – Мне замахала рукой Лиса, одна из немногих моих друзей, кто знал о «страшной тайне». - Привет, ребята, - помахал я в ответ и уже хотел пойти с ними, но меня что-то остановило. - Ты забыл отдать шлем, - это была рука брата, коснувшаяся моего плеча. - А точно, держи, - я протянул его обратно. - Ну, все, - на лице Кристофера отразилась ухмылка, а глаза озорно заблестели. Он развернул меня за то же самое плечо лицом к друзьям. – До вечера, сладкий! – Эта фраза была произнесена громко, и он постарался сделать свой тон максимально сексуальным. Затем последовал хлопок по пятой точке. Я замер на месте. Да и все в толпе тоже. Тем временем Крис, как ни в чем не бывало, сел на свой байк и под рев его мотора покинул студенческую аллею.