Один на один

Куроко волновался. Сегодня ровно два месяца, как он начал встречаться с Кисе, и Рёта позвал Куроко на ужин к себе. Куроко приготовил для Кисе два подарка. Один лежал в кармане в красивой оберточной бумаге и с бантиком на боку. Думая о втором, Куроко краснел и смущенно улыбался. - Куроко-чи! Заходи, - Кисе радостно поприветствовал любимого, нежно чмокнув его в губы. - Привет, - ответил Куроко, на несколько секунд прижимаясь к теплой груди Рёты. Парни выпили чая с тортиком, который испекла мама Кисе. - А я приготовил тебе подарок, Куроко-чи, - смущаясь, сказал Кисе, доставая из-под диванной подушки небольшую продолговатую коробочку. - Я тоже, - ответил Куроко, протягивая Кисе свой подарок. Кисе подарил Куроко витиеватый серебряный браслет сложного плетения. В подарке для Кисе была серебряная цепочка с аккуратным кулоном из янтаря. Подарки влюбленным очень понравились, поблагодарив друг друга, они сразу надели обновки. - Кисе-кун… Это не все, что я хотел подарить тебе, - не поднимая глаз, тихо проговорил Куроко. - М? Не все, Куроко-чи? – озадаченно переспросил Кисе. Вместо ответа Тецу сел Кисе на колени и поцеловал, настойчиво раздвигая языком мягкие губы и быстро расстегивая белоснежную рубашку Рёты. - Сегодня, Куроко-чи? – тяжело дыша, срывающимся шепотом спросил Кисе, когда Куроко перестал его целовать. Тецу кивнул и прижался губами к шее Кисе, выцеловывая дорожку от уха до самых ключиц. Кисе глухо застонал, сжимая Тецу в объятиях, и решил перехватить инициативу. Приподняв Куроко на руки, Кисе одним быстрым движением уложил Куроко спиной на диван, нависая сверху. - Ты такой красивый, Куроко-чи, - восхищенно шепчет Кисе, расстегивая пуговки на рубашке Куроко и обнажая острые, бледные плечи. Куроко смущенно отводит взгляд и чуть приподнимается, прося поцелуя. Кисе снова и снова целует Куроко, будто боясь, что если он отстранится хоть на миг, Куроко исчезнет, словно его и не было, и заберет счастье Кисе с собой. Так, не отрываясь от сладких, любимых губ, Кисе медленно раздевает Куроко: сначала на пол полетела рубашка, потом были расстегнуты и спущены, насколько возможно джинсы с бельем. Наконец, все-таки прервав поцелуй, Кисе спускается к бледной груди Куроко, целует выпирающие ребра, скользит языком по животу, оставляя на коже влажную дорожку. Куроко дрожит и иногда, теряя контроль над собой, не сдерживает тихие стоны, которые кажутся Кисе музыкой. Поцеловав низ живота, Кисе смотрит на Куроко и, наклонившись, осторожно целует головку члена и берет в рот. Это оказывается так приятно, что Тецу вскрикивает и выгибается дугой. Поняв, что Куроко нравится, Кисе заглатывает глубже, лаская языком уздечку и сжимая губами ствол. Куроко снова стонет в голос и дергается, неосознанно пытаясь войти глубже. Мысленно усмехнувшись, Кисе начал быстрее двигаться, помогая себе рукой. Куроко извивался и безуспешно пытался приглушить голос, боясь, что их могут услышать. Почувствовав, что Тецу скоро кончит, Кисе остановился, на что Куроко ответил разочарованным стоном. - Ну же, Куроко-чи, - прошептал Кисе, поднося к лицу Тецу ладонь. Тот все понял и, смущенно улыбнувшись, облизал пальцы Кисе, смачивая их слюной. Выглядел Куроко просто умопомрачительно. С разрумянившимися щеками, покрасневшими, чуть припухшими из-за бесконечных поцелуев губами, Тецу произвел на Рёту неизгладимое впечатление. Кисе едва не кончил, пока Куроко облизывал ему пальцы, заглатывая по два сразу и обводя языком каждый в отдельности. Когда Куроко отпустил пальцы, Кисе стянул с Куроко джинсы, сбросив их на пол. Потом наклонился к губам Тецу и поцеловал, одновременно осторожно разводя худые ноги шире и устраиваясь между них. Когда Кисе коснулся влажными пальцами сжатого отверстия, Куроко вздрогнул. Заметив это, Кисе прервал поцелуй и посмотрел Тецу в глаза, гладя его по щеке и тихо шепча что-то успокаивающее. Когда Тецу расслабился, Кисе снова прижал палец к входу, медленно, но настойчиво проникая внутрь. Тецу закусил губу, пытаясь расслабиться, или хотя бы не сжиматься еще больше, в уголках голубых глаз блеснули маленькие слезинки. - Тише, Куроко-чи, тише, - шептал Кисе, пытаясь проскользнуть глубже, причиняя как можно меньше боли. Чуть помешкав, Кисе двинул пальцем внутри. Куроко вскрикнул, широко распахнув глаза, и застонал. Кисе усмехнулся, найдя нужную точку, и продолжил осторожно её поглаживать. От каждого мягкого движения Кисе Куроко вздрагивал и стонал, чувствуя, как по телу проходят теплые волны удовольствия. Кисе не спешил, и добавил второй палец только когда убедился, что Тецу достаточно подготовлен. Но довольно скоро после этого Тецу сам попросил о большем. - Кисе-кун… Возьми меня… - срывающимся голосом прошептал Куроко, чуть шире разводя ноги. Услышав просьбу, Кисе не смог сдержать дрожь предвкушения. Он и так изо всех сил сдерживал себя, чтобы не причинить любимому боль, но когда Тецу сам попросил о большем, показывая, что готов, Кисе почувствовал, что у него сносит крышу. Убрав пальцы, Кисе плюнул себе на ладонь и увлажнил свой член. Осторожно приставил его к разработанному отверстию и медленно, словно прося разрешения, вошел. Куроко тихо застонал, скрещивая ноги за спиной Кисе и обнимая его руками за шею. Кисе входил сначала медленно, осторожно, постепенно увеличивая темп, изредка тихо постанывая. Куроко потерял счет времени, задыхаясь от наслаждения, царапая Кисе спину и плечи. Почувствовав приближение оргазма, Тецу прошептал: - Я люблю тебя… Вскрикнув, Кисе едва успел выйти и кончил Куроко на живот. Следом за возлюбленным кончил и Тецу. Поцеловав Тецу в щеку, Кисе наклонился к его уху, зарываясь носом в голубые волосы. - На всем белом свете, - шептал Рёта, опаляя ушко горячим дыханием, - остались только мы вдвоем, Куроко-чи… Один на один…