***
Крысы помнят. о мастер Гофман, Как все было на самом деле... - Эрнест, успокойся, мне не видно, - зло прошипев в пол голоса, Алекс, прижавшийся к стене у лестницы, стараясь оттолкнуть от себя руки Эдварда, пытающиеся его то ли раздеть, то ли куда-то утащить. - Конечно не видно, они же за стенкой, - тихо хмыкнув, мужчина стал примериваться, прикидывая, как можно более удобно утащить парня наверх. - Ну и что. Я должен видеть. Или хотя бы слышать. Тебе что, не интересно посмотреть на труды рук своих? - все еще продолжая уклоняться, настойчиво гнул свое блондин. - Нет, я не вуаерист, - отрезал экс-король и, наконец примерившись, подхватил юношу на руки, утаскивая того в спальню и напрочь игнорируя возмущенное шипение и хлопки по спине... Прелестная белая крыска, перебегая через пустую гостиную, мимоходом подхватила в зубы белое перо с ковра и исчезла навсегда, растворившись в тенях комнаты...Эпилог, в котором сказка становится былью
27 сентября 2012 г., 01:49
Заканчивался еще один год. За это время в жизни парня произошло многое. Главным, конечно, было возвращение Андрея к заброшенному было спорту. Парень, вернувшись в форму, вновь стал участвовать во всевозможных соревнованиях. Каждое выигранное состязание приносило ему все больше и больше наград, уважения, известности и знакомств. Но оказалось, что одного только спорта мало. Андрей, стараясь занять себя еще больше, так же стал увлекаться и ролевыми, примеряя на себя разные образы: странствующего рыцаря, боевого мага или загадочного барда, один раз ему даже пришлось отыгрывать дроу-разведчика. Отмывая после последней игры лицо, парень поклялся больше никогда не примерять роли этого темно-эльфийского племени.
На всех этих мероприятиях парень знакомился с разными людьми. Но ни кого, похожего на принца или Эрнеста среди них не было. Стараясь забыть их, парень кидался из крайности в крайность, встречаясь с совсем не интересующими его людьми. Но эти двое, так легко и просто вошедшие в его сердце и душу, иногда напоминали о себе обрывками снов. В разных взглядах и лицах Андрей искал их, но лишь все больше и больше разочаровывался. Год, такой вроде бы яркий и полный событиями и весельем, с изнанки оказался раскрашен однотонной серой тоской.
Не в силах справиться с собственными проблемами, парень окунулся в чужие. Все его новые друзья считали его человеком, на которого можно положиться и который никогда не откажет. Только Костя, знавший друга лучше всех, понимал, что что-то случилось, но ответа на этот простой вопрос так и не получил: Андрей всеми силами избегал вспоминать о произошедшем, стесняясь признаться, что тоскует по собственной иллюзии. В конце концов, Костя просто оставил друга, не в состоянии добиться от него правды. Отдаляясь от одного, Андрей сблизился с другим: во время одного из турниров парень случайно познакомился с парнем из команды противника, Антоном.
С Антоном Андрея связала не только дружба: после непродолжительного знакомства оба парня приняли решение сойтись друг с другом поближе, что привело их к бурному, но тайному и короткому роману. Их придуманная влюбленность быстро прошла, а близость и взаимопонимание остались. Иногда они, встречаясь, позволяли себе, шутя, поиграть в возлюбленных: обоим нравилось шокировать окружающих. Впрочем, все их знакомые вскоре привыкли к таким выходкам и перестали обращать на парней внимание.
У Антона были два младших брата-близнеца.
В декабре, где-то в двадцатых числах месяца, Антон позвонил другу с просьбой присмотреть за братьями: сам он уезжал на турнир в Германию, а их родители на тот момент еще не успели вернуться из отпуска. Андрей, разумеется, согласился. И теперь, стоя утром двадцать восьмого декабря на перроне, он ждал нужную электричку.
Электричка опаздывала сначала на пять минут, потом еще на пятнадцать. Стоять на улице было холодно и, поэтому, парень вошел в здание вокзала. Согревшись, он задумался о своем. Вначале, в голову ему пришла мысль о том, что скоро Новый Год. Мысли о празднике потянули за собой воспоминания, вызвавшие привычную тянущую тоску в груди. Глубоко вздохнув, парень отвернулся к окну. Погрузившись в свои мысли, шатен не обратил внимание на прозвучащий и исчезнувший стук вагонных колес и не заметил вошедших в здание троих парней с рюкзаками и дорожными сумками. Только ощутив на своем плече тяжесть чьей-то ладони, Андрей обернулся, вставая.
С трудом сдержав рвавшийся из груди вскрик узнавания, Андрей смог выдавить из себя лишь многазначительное мычание. Молодой мужчина с пронзительными серыми глазами, недоверчиво глядя на парня, поинтересовался:
- Вы Андрей? Это Вы должны были ждать?.. Ну, от Антона...
- А Вы, что, его братья? - отходя от шока, парень почти смог себя убедить, что глаза Эрнеста - это всего лишь... оптическая иллюзия.
Ведь сколько раз раньше он так ошибался...
Неопределенно хмыкнув, мужчина ответил, вглядываясь в лицо парня:
- Нет. Я их знакомый. Решил их вот проводить. Сдать из рук в руки, так сказать... Эдвард, - представился, протянув затяную в черную кожаную перчатку ладонь.
- Андрей, - парень ответил на рукопожатие, оказавшееся неожиданно крепким, и поинтересовался: - А с чего такое странное имя?
- Не знаю, мама ничего никому не сказала об этом, когда оставляла меня на пороге детского дома с запиской в одеяле, - пожав плечами и расцепляя ладони ответил Эдвард.
- Эмм. Извини, - парень было начал неуверенно что-то мямлить, но его перебили.
- Забей, - равнодушно посоветовал молодой мужчина и тут же поинтересовался: - Ты знакомится с ними будешь?
- Эээ... С братьями?
- Ага, - и, не оборачиваясь, взмахнул рукой, подзывая кого-то сзади.
Подошедшие парни, хотя и были закутаны чьей-то заботливой рукой чуть ли не по самые глаза, показались Андрею неуловивимо похожими на Щелкунчика. Сердце шатена вновь взволнованно трепыхнулось в груди.
- Александр, - названный парень, вполне видимо, но неизвестно отчего, надувшись, вцепился в локоть мужчины, кивнув в знак приветствия. - Евгений.
А вот второй брат вел себя более скромно. Подтащив свою сумку и сумку брата, он поздоровался и добавил:
- Будем знакомы.
Кивнув обоим, Андрей, ощущая себя недоделанным Сусаниным, повел всех к автобусной остановке. В ожидании транспорта парни разговорились. Наблюдая за Эдвардом и Александром, парень вдруг осознал, что эти двое - пара. Об этом говорили едва заметные жесты и прикосновения. Многие из них Андрей не раз наблюдал у себя или Антона в момент их краткого романа.
В разговоре выяснилось, что мужчина - преуспевающий бизнесмен, Александр - шахматист, еще не проигравший ни одного любительского турнира, а Евгений - очень скромный молодой человек, стесняющийся настолько, что даже не решился заговорить. На вопрос Андрея, успеет ли Эдвард на обратный поезд, мужчина невозмутимо сообщил, что уже снял номер в гостинице и уедет только вместе с братьями.
Родные Андрея приветствовали радушно сразу всех троих. Эдвард, которого парень все-таки уговорил зайти в гости, несмотря на независимый вид, немного стеснялся приходить в гости без предварительного приглашения. Кстати, дома парня ждал еще один, условно небольшой шок: братья оказались просто вылитой копией Щелкунчика, повторяя даже некоторые жесты принца. Различались они только по характеру. И тут Андрей вставал в тупик, не в силах определить, кто же мог бы стать его сказочным героем.
Седые волосы Эдварда привели детей в восторг: Маша и Миша решили, что мужчина, так сильно напоминавший их старшему брату молодого Эрнеста, - замаскированный Дед Мороз. Бизнесмен, послав извиняющийся взгляд Александру, не стал разочаровывать малышню и достал из кармана дорожной сумки пакетик разноцветных леденцов и фигурных шоколадок. Надо ли говорить, что после этого молодой мужчина стал просто кумиром брата и сестры и тех приходилось даже оттаскивать от него. Впрочем, сероглазый был не против поиграть с детьми, с увлечением включаясь в их милые забавы.
В течении последующих нескольких дней Андрей много раз ловил на себе взгляды старшего из близнецов, Евгения (скромно разрешившего называть себя Женей). Но, оборачиваясь от ощущения взгляда в затылок, мог видеть только лишь спину и копну светлых волос. Почему-то это бесило гораздо сильнее, чем Алекс, при каждом удобном случае повисающий на Эдварде.
Этот Новый Год, не в пример предыдущему, прошел спокойно и без происшествий. Еще часов в шесть вечера родители Андрея ушли к бабушке, забрав с собой младшеньких. Вся квартира осталась в распоряжении молодежи, но непрозрачный намек на "хорошо потусоваться" так до конца ими выполнен и не был: никого постороннего Андрей приглашать не захотел, а трое других парней просто не могли этого сделать.
Понимающе проводив взглядом обнимающихся Эдварда и Алекса, шатен в гордом одиночестве отправился на кухню. напиваться там в полной темноте и одиночестве, вслушиваясь лишь в крики и взрывы за окном.
- Как и тогда..., - дернувшись от неожиданного шепота, парень аж пролил на себя вишневую наливку и чертыхаясь, вскочил, попытавшись кухонным полотенцем оттереть то, что еще оттиралось.
Женя, прокравшийся на кухню словно чей-то призрак невинно убиенного, и так сильно напугавший, кинулся помогать ему, но все, что парни смогли сделать - это лишь размазать получившееся пятно еще больше.
- Извини, - опуская взгляд, пробормотал блондин, стараясь не смотреть на раздевающегося старшего друга.
- Да ничего, - ни капли не напрягаясь, Андрей спокойно снял испачканную рубашку, занятый в этот момент решением более важного вопроса, парень не обратил на смущение Жени никакого внимания. - Лучше ответь, что ты имел в виду, говоря "Как и тогда..."?
Женя поднял было глаза, собираясь придумать какое-нибудь оправдание, но, наткнувшись взглядом на обнаженный торс своего собеседника, смутился и, растеряв все мысли, ответил правду:
- Как в том сне...
Задержав на миг дыхание и ощущая трепет при промелькнувшей мысли о ... Впрочем, мысль была настолько дикая, что Андрей даже не стал ее додумывать, вместо этого уточнив:
- Про Щелкунчика?
Тихое "Да" в ответ сделало этих двоих самыми счастливыми людьми.