Мой шанс любить и быть любимым

Глядя в темные озера расширившихся глаз, Себастьян прошептал: - Что этот гад с тобой сделал … Вдруг Гера резко выгнулся, сгребая пальчиками простыни, и гортанно выдохнул: - Себ… Постель прогнулась под весом мужчины, и он скатился в образовавшуюся ложбинку, отделенный от него только тонкой тканью белья. Закрыв глаза, Гера чувствовал, как губы Себастьяна скользят по его лбу, вискам и скулам. Эта легкая ласка придавала особую остроту возбуждению, накрывшему его горячей волной. – Герочка... – шепнул мужчина, шевеля теплым дыханием прядки волос у него на лбу. Тут раздался решительный стук, и дверь распахнулась. На пороге стояла Франческа. Захлопнув дверь, женщина взглянула на Геру и громко воскликнула: – Черт побери! Себастьян быстро прикрыл одеялом парня и сел рядом. – Этого… мелкого гаденыша, Кайла, мы выгнали! Да и Лайза сразу же свалила вслед за своим братом… – со злостью в голосе произнесла она. – Я знала, что он во время ужина уделял много внимания мальчику, но чтобы посметь напасть на него в моем же доме, и предположить не могла! Вдруг Гера медленно открыл глаза. У него был до того томный взгляд, что Себастьян резко втянул в себя воздух. Не отрывая потемневших глаз от него, он вымученно произнес: - Франческа… Пожалуйста, давайте отложим наш разговор до завтра! Сегодня я побуду с Герой, - он перешел на тихий шепот. Женщина посмотрела на него с тревогой, но не стала задавать никаких вопросов, за что получила благодарный взгляд от своего племянника. - Хорошо. Я попрошу не беспокоить вас… – Себастья-я-ян, – жалобно позвал Гера после небольшой паузы. Мужчина склонил голову и прижался лбом к его лбу. – Я помогу тебе, – хрипло прошептал он и приник к его губам. Стараясь приласкать как можно нежнее, Себ посасывал и покусывал его губы, втягивая то одну, то другую в рот. Он перемежал шепот поцелуями и ласками, потихоньку спускаясь все ниже. Сдвинувшись вниз к его коленям, Себастьян коснулся языком головки с выступившей на ней тягучей каплей. Гера, издав бессильный стон, выгнулся. Язык мужчины обвился вокруг напряженной плоти. Он принялся скользить губами взад и вперед по всей ее длине, придерживая у основания рукой, и через несколько секунд Гера громко стонал и, не осознавая, что он делает, стал двигать бедрами навстречу ему, глубже засаживая свой член в его рот. Стоны становились все громче, когда мужчина сильнее обхватил его губами и стал помогать себе рукой. Гера перекатывал голову из стороны в сторону, рвано дышал. С отчаянным криком, сорвавшимся с покусанных губ, глаза его закатились, и он провалился в темноту.

* * *

Гера нервно постукивал кончиками пальцев по подоконнику. Под вечер поднялся сильный ветер, небо заволокло тучами и начался дождь, который скоро перешел в самый настоящий ливень. Сильные струи яростно хлестали оконные стекла, по подъездной дороге текли ручьи. Ветер угрожающе раскачивал деревья. А Себастьян так и не появился. Гера волновался, не попал ли он в аварию на скользкой дороге. Утром ему передали, что мужчина срочно умчался в офис. Он даже попросил Франческу позвонить Себу в офис, но никто не отвечал. - Я могу с тобой поговорить? – Нонна шагнула к нему, плотно закрыв за собой дверь. Гера обернулся. Взгляд у женщины был мягким, почти нежным. - Да. - Я вижу, тебя что-то тревожит. Дай догадаюсь… Причина – мой племянник? Лицо Геры загорелось. - Он не вернется сегодня? - Себастьян вероятнее всего не поедет в такую погоду – он вполне мог переждать ливень в городе или вообще не возвращаться на ночь. - Понятно. - Я хочу с тобой поговорить о другом. - Слушаю вас. – Я задам тебе всего лишь один вопрос, который возможно решит все… Мальчик мой, ты любишь Себастьяна? Гера молча разглядывал сцепленные пальцы. Отвечать ему не хотелось. Он столько дней пытался отрицать правду! Отчаянно защищал свое сердце от Себастьяна, но… ничего не вышло. Нонна права: он… он любит его! Его пальцы сжались еще сильнее. Он не помнит, с какого момента его сердце попало в плен. Может, это было тогда, когда Себ подарил ему Мандаринку. А может, и до этого, когда мужчина, не требуя от него ничего взамен, дарил ему ласку, нежность… Тупая безнадежность нахлынула на Геру. Какой же он глупый! Сколько времени он ненавидел себя за то, что в присутствии мужчины все его чувства пробуждались, как иссохшая земля под живительными струями дождя. Сколько времени он ненавидел его красивое лицо и сильное тело, этот искушающий взгляд черных глаз. А сколько времени он заставлял себя поговорить с Себастьяном искренне, честно, ничего не скрывая… но так и не решился. И вот Себ уехал – куда, Гера не имел представления. И по непонятной ему причине был уверен, что сегодня мужчина так и не появился в офисе. – Да, – смело признался он. Нонна как-то странно взглянула на него. – Ты в этом уверен? – Совершенно. – А сам Себастьян знает об этом? – Нет, – уныло обронил он. – В таком случае тебе следовало бы ему сказать. Сердце Геры было готово выпрыгнуть из груди. В живот словно налили расплавленного свинца. Едва выдавливая слова сквозь угнездившийся в горле колючий ком, он все же смог прошептать: - Я боюсь… - Герочка! Парень резко вскинул голову: - Он ни разу не спросил меня, что я чувствую к нему! Почему?! А его слова, что он мне ломает жизнь, держа здесь… - Себ любит тебя больше жизни! - пылко воскликнула женщина. - Он готов расстаться с тобой, лишь бы ты был счастлив. Думаю, это показывает силу его любви. Что, если он действительно скажет Себу о своей любви? – Спасибо, Нонна, – пробормотал Гера дрожащим голосом. – Я воспользуюсь вашим советом и все расскажу Себастьяну. Женщина чарующе ему улыбнулась. - Правильное решение, мальчик мой. Cпустя три дня Все теплые чувства, которые Гера испытывал к Себастьяну, бесследно исчезли, когда мужчина так и не появился. И теперь, внутренне кипя, он смотрел, как его машина припарковывается возле парадного входа. Переступив через порог спальни, Гера не отрываясь смотрел на Себа, у него пересохло во рту, а тело покалывало от дикого волнения. – Где ты был? – требовательно спросил он у мужчины, вид у которого был такой, словно тот не ложился несколько дней – помятый костюм, бледное лицо, всклокоченные волосы… - Улаживал важные дела! - резко произнес Себастьян, но при этом не смотря ему в глаза. - А предупредить нельзя было? – с нескрываемым возмущением в голосе воскликнул Гера. - Я уехал очень рано. Ты еще спал, поэтому я предупредил Франческу и Нонну. - Да?! А позвонить нельзя было? Спросить, как я… Ты меня оставил… оставил после той ночи одного, - процедил Гера. Когда эти слова слетели с его губ, он понял, что в этом-то все дело. Даже попытка изнасилования не возмутили его до такой степени, как тот факт, что Себастьян, постоянно клявшийся в любви к нему, смылся из дома, оставив его без своей поддержки. - Да. Со мной были Франческа и Нонна, но не ты! - Малыш… Но я думал… думал, что… - Что ты думал? - Я думал, что ты меня видеть не захочешь больше… - Себастьян еще больше побледнел. - Это ведь случилось из-за меня! - Что? – потрясенно спросил Гера. – В случившемся виноват именно я, – вытирая выступившую на лбу испарину, хрипло заговорил мужчина. – Прежде у меня была связь с Лайзой. Мы несколько раз пробовали завязать отношения… В школе, потом в колледже, но ни одна наша попытка не удалась… Кайл напал на тебя, потому что это она попросила его об этом… Лайза не хочет мириться с тем, что я никогда не буду принадлежать ей. Гера изменился в лице. – Понятно, – через минуту выдавил он из себя. – Что ж, теперь не удивительно, почему эта женщина мне сразу не понравилась... Но это же ясно, что виновата она, а не ты, – Гера пожал плечами и улыбнулся. – К тому же Кайла вовремя остановили… Я всегда буду тебе благодарен за это. То, с какой легкостью он воспринял его признание, выбило Себастьяна из колеи. Он закрыл глаза и потер лоб. – Черт возьми, – пробормотал он, – ты не понимаешь! Он не просто напал на тебя, когда ты был пьян! Чтобы ты не сопротивлялся, он подсыпал в твой бокал с шампанским афродизиак! - Это же… - Да, Гера! Да… Мне пришлось тебе помочь, если вообще так можно это назвать! Парень то открывал, то закрывал рот, но, казалось, был не в состоянии произнести ни слова. - Утром я чувствовал себя хорошо, - наконец задумчиво промолвил он. – У меня ничего не болело… То есть... – он осекся и покраснел, и тут его словно ослепила вспышка воспоминаний: как Себастьян склонялся над ним в постели, теплый и сильный, с упругими мышцами, напряженными под его пальцами, вспомнил шелковистость его волос, зажатых в своих кулачках. Гера тяжело задышал, его сердце забилось с бешенной скоростью. - Ты даже не представляешь, какая опасность тебе грозила! Не от Кайла, а от меня! Мне понадобилось все мое самообладание, чтобы не раздвинуть твои ноги и... – Себастьян замолчал и проглотил ком в горле. - Но ты сдержался! – прошептал ошеломленный Гера. - Да! Последнее, что я хочу так это то, чтобы ты меня ненавидел всей душой! Парень замер, не сводя с него глаз. Ему оставалось лишь терпеливо ждать, что он и делал. Без единого слова, даже не моргая. - Я люблю тебя… С того твоего дня рождения, когда впервые увидел тебя, я хранил в памяти каждый твой взгляд, каждую твою улыбку, пускай и не адресованную мне... Я едва мог дождаться минуты, когда снова переступлю порог твоего дома и увижу тебя… спустя год, зная, что теперь ты принадлежишь мне, – уголки его губ дрогнули от приятных воспоминаний. – Все тешил себя мыслью, что когда-нибудь ты сможешь ответить мне взаимностью, но… нет. Я не хочу больше тебя мучить, держать насильно при себе. Той ночью я понял, что уже у последней черты… - он окинул Геру жадным взглядом, его черные глаза сияли, как драгоценные камни. – Господи, как же я хочу тебя, – прошептал он. Гера чувствовал, как на глаза наворачиваются слезы. Его обуревало желание броситься к нему в объятия, но следующие слова Себастьяна ошеломили: - Я вчера разговаривал с ректоратом университета, про который ты мне рассказывал. Я хочу, чтобы ты осуществил свою мечту… – Даже так? – в замешательстве спросил Гера, чувствуя, как изнутри поднимается волна гнева. – После того, что ты мне сказал, ты хочешь меня сплавить в университет? Потянувшись к дверной ручке, он заметил торчащий в замке ключ, и его рука замерла в воздухе, Гера взглянул на Себастьяна, который буквально прирос к прикроватному столику, чтобы сохранить расстояние между ними. Хоть Гера и самый младший из Каваллини, трусом он никогда не был! И уж точно не собирался сдаваться без борьбы. – Ты толкаешь меня на крайние меры, – сказал он. – Ты ничего не можешь сделать, – мягко ответил Себастьян. – Ты отправишься учиться. Что ж… Он не оставил ему выбора. Повернув ключ в замке, Гера вытащил его из скважины. В тихой комнате щелчок прозвучал необычайно громко. Подскочив к приоткрытому окну, он решительно замахнулся, но в последнюю секунду замер, ожидая следующего шага Себастьяна. Когда мужчина понял его намерения, у него глаза расширились. – Гера, котенок… Ты этого не сделаешь. Когда он двинулся к нему, Гера выбросил ключ в непроглядную темень за окном. – Черт побери! – Себастьян подскочил к нему с пугающей скоростью. Он протянул к нему руку, словно желая убедиться, что это шутка, и тут же отдернул, словно коснулся пламени. – Зачем? – требовательно спросил Себастьян, потемнев от гнева. – А что? – усмехнулся Гера. - Страшно оставаться со мной наедине, не имея возможности дать деру? Второй этаж! Можно, конечно, спрыгнуть, но… По всему было видно, что Себастьян готов его придушить. Но Гера также чувствовал силу его желания. Мужчина тяжело и шумно дышал, его глаза дико горели. Его голос скрежетал от гнева. – Не дерзи мне! Гера терпеливо ждал следующего хода. Себастьян повернулся к нему спиной. Пиджак натянулся на мощных мышцах. Кулаки сжались, словно мужчина боролся сам с собой. Он хрипло вздохнул раз-другой, потом повернулся к нему и сказал невнятным, словно со сна, голосом: – Вижу по твоим хитрым глазкам, что ты что-то задумал, но учти, что я легко не сдамся и могу сопротивляться тебе, Гера. Опыта у меня достаточно… Стараясь не злить его сверх меры, парень виновато произнес: – Я устал стоять. - Что, прости? – удивленно спросил мужчина. Подойдя к кровати, Гера легко вскарабкался на нее. Набравшись храбрости, он пробормотал: - Уже поздно, а утро вечера мудренее… Обсудим все завтра, а сейчас я хочу спать. И сразу же умолк, прислушиваясь к дыханию Себастьяна, которое становилось все более хриплым, вырываясь из-под контроля воли. Глаза его на пылавшем лице казались неестественно яркими. Геру обдало жаром. Пылая от смущения, его слегка дрожащие пальчики заскользили по длинному ряду пуговиц на рубашке. Наконец расстегнув их, он медленно снял ее с себя, и тонкая белая ткань скользнула на пол. Себастьян смотрел на сброшенную рубашку, словно на диковинную бабочку, которой прежде никогда не видел. Медленно он перевел взгляд на парня. Когда тот принялся расстегивать ширинку на джинсах, из горла Себа вырвались бессвязные звуки протеста. Раздеваясь перед ним, Гера чувствовал себя жутко застенчивым, но то, что мужчина не мог отвести взгляд от каждого сантиметра его кожи, освобождавшейся от одежды, подбадривало его. Когда джинсы были стянуты, он также сбросил их на пол. Теперь на нем оставалось лишь белье. По почти нагому телу побежали мурашки. Гера так нервничал, что у него застучали зубы. Он осторожно посмотрел на Себастьяна. Его глаза были закрыты, лоб сосредоточенно нахмурен. – Себ, – сказал он. – Ты не будешь спать? – Буду. Его глаза открылись, и взгляд скользнул по обнаженному Гериному телу. Сквозь стиснутые зубы с шипением прорывалось дыхание. Себастьян медленно подошел к кровати, но потом резко остановился возле нее, замер, больше не двигаясь. Поднявшись на колени, Гера, весь залившийся краской, начал развязывать его галстук, упрямо тянуть пиджак с его плеч. Себастьян двигался как во сне, медленно освобождая руки от пиджака. Гера неловко, но настойчиво распахнул его рубашку, взгляд его впитывал каждую подробность его мускулистого торса. Кожа мужчины поблескивала, как тяжелый атлас, натянутая мощными мускулами. Задумчиво, Гера коснулся его ребер, проведя кончиками пальцев по груди, но Себ вдруг схватил его за руку, не решив, то ли оттолкнуть парня, то ли притянуть ближе. Герины пальцы обвились вокруг его руки. Он смотрел в его расширившиеся черные глаза. – Себастьян, – прошептал он. – Я тоже хочу этого. Я сделаю все, что ты захочешь. Мужчина затаил дыхание. Его воля таяла, как снежный сугроб, и вдруг все потеряло значение, кроме невыносимого желания, которое так долго он держал в себе, боясь каждую минуту сорваться. С хриплым стоном капитуляции он усадил Геру себе на колени и прежде чем тот успел издать хотя бы звук, губы завладевали его ртом в теплом, влажном, властном поцелуе. Давление губ все нарастало, требуя большего, разжигая огонь в крови. Не отрывая прожигающего взгляда от лица мальчика, Себастьян бережно уложил его на спину, и тот час накрыл губами маленький темный сосок. От прикосновений его языка по телу Геры разлетались огненные искорки. Его судорожный выдох заставил Себа продолжить нежную ласку: то слегка прикусить сосок, то втянуть его в рот... пощипывая свободной рукой вторую горошину… - Ты же понимаешь, на что идешь? - Да. Подняв голову, Себастьян словно завороженный смотрел в его глаза. – Я хочу этого, – горячо сказал Гера. – Ты должен заняться со мной любовью! - За эти слова, котенок, я готов провести вечность в аду… И губы Себа двинулись в утонченной ласке исследовать его тело, заставляя Геру медленно соскальзывать в чувственный омут, где каждый звук, каждое прикосновение доставляли почти мучительное наслаждение. Он прижался к Себастьяну всем телом, не в состоянии думать и говорить, и только беспомощно откликался на прикосновения его рук и губ, скользивших по его коже. - Ты - мое наслаждение и боль... Мое бесконечное желание… - хрипло шептал Себастьян, прокладывая поцелуями огненную дорожку от впадинки за правым ухом, пробуждая к жизни чувствительные нервы. Обводя тонкую вену языком, чувствуя, как она бешено бьется. Не в силах сдержаться и не оставить свою метку, он снова припал к ней, ласково целуя, облизывая и засасывая… – Тебе это нравится? – прошептал он. – Да. Я... – Гера попытался говорить, беспомощно ловя ртом воздух. – Себастья-я-ян… Пальцы мужчины скользнули по его плечу, поглаживая ключицу. Себ чуть покусывал его шею… нашел местечко, прикосновение к которому заставило Геру вздрогнуть, и продолжал ласкать его, пока еще один стон едва не сорвался с увлажненных поцелуями губ. Себастьян касался губами подбородка, щек, лба, оставляя повсюду огненный след, прежде чем снова завладеть его ртом. Гера бессильно обмяк, открытый неспешной ласке его языка, искусным поглаживаниям рук. Таял от наслаждения, поглощенный чувственным пламенем... Он вздрогнул, когда Себ неожиданно резко отстранился от него, чтобы избавиться от остатков одежды. Мужчина с любовью оглаживал его длинные ноги, изящные лодыжки, изгиб колена, с нажимом проводя руками дальше, чувствуя, как напрягаются мышцы под кожей. – Не знаю, смогу ли я быть ласковым с тобой, – хрипло сказал он. – Я так долго тебя желал. – Я доверяю тебе, – прошептал Гера и гортанно выдохнул, с хриплым стоном поддаваясь навстречу губам, которые накрыли влажную головку его члена. Казалось, что его тело существует само по себе, словно созданное для того, чтобы наслаждаться этой сладкой пыткой. Себ жадно лизнул восставшую плоть, гибким языком провел по упругой головке, по каждой выступающей венке и сжал плотнее губы, чтобы дождаться громкого надрывного стона, походившего на вскрик. Пряный вкус кожи на языке просто сводил его с ума. Мужчина не мог отвести глаз от Геры. Видеть, как тот выгибается от его ласк, кусает свои припухшие губки, мотает головой и жмурит глаза от удовольствия, шипит сквозь зубы и тут же громко, глубоко стонет… Едва не лишало его последних сил держать себя в руках. - Не могу… Себ… Я больше не могу… - донёсся до него хриплый стон Геры. Черные глаза в туманной дымке желания светились торжеством. – Нет, можешь. Ещё раз проведя кончиком языка по члену Геры, Себ спустился чуть ниже, приник языком к маленькой дырочке. От неожиданности парень закричал, выгибаясь, вцепившись пальчиками в простыни, но Себастьян не остановился, продолжал вылизывать, смачивая слюной, кружа языком по ободку входа, пока не проникая внутрь. Ещё немного поиграв со сжимающимся колечком мышц, мужчина отстранился и, облизав два пальца, стал аккуратно проникать внутрь. Гера дёрнулся от неприятного чувства вторжения, но Себ удержал его, начав массировать его член, стараясь отвлечь от неприятных ощущений в попке. Нашептывая успокаивающие слова, мужчина снова скользнул пальцами в него, на этот раз глубже. Он разводил их слегка и поворачивал, растягивая нежную плоть и наконец задел желанную точку в Гере, и тот просто зашелся хриплыми стонами, выгибаясь в спине и насаживаясь глубже на его пальцы. Парень часто и тяжело дышал. Ему было мало. Он жаждал получить Себа всего: его тело и душу. Тихий дрожащий звук слетел с губ мужчины, когда несмело нагнувшись к нему, кончиками пальцев Гера провел по его члену от корня до набухшего конца, уткнулся ему в шею и слегка куснул. Одним внезапным движением Себастьян опрокинул его на спину и навис над ним, раздвигая ему ноги. Приставив готовый разорваться от возбуждения член к дырочке, он медленно, боясь причинить боль, стал погружаться в жаркую глубину тела Геры, с тревогой глядя на сведенные к переносице брови, зажмуренные глаза и закушенную от напряжения губу, но сил остановиться у него уже не было. Его глаза закрылись, длинные ресницы подрагивали, он тяжело дышал, со свистом выпуская воздух сквозь полуоткрытые губы. Войдя в Геру целиком, Себастьян остановился, давая ему возможность привыкнуть к боли, справиться с ней, не переставая успокаивающе поглаживать его ноги, бедра, все, до чего мог дотянуться. Заполненный до отказа, Гера заставил себя не шевелиться. Впившись ногтями в плечи мужчины, он смотрел в его сверкающие глаза, прикрытые отяжелевшими веками и, несмотря на боль, упивался незнакомым чувством: он всецело во власти Себастьяна, совершенно беспомощный... и в то же время сейчас мужчина полностью принадлежит ему. И когда Себ снова приник к его губам, он с жадностью приветствовал вторжение его языка. Мужчина игриво прикусил сначала его верхнюю губу, потом нижнюю, обдавая теплом своего дыхания, и стал посасывать ее, облизывать, проникая языком внутрь, успокаивая и одновременно возбуждая. Начав медленно двигаться, словно в такт какой-то удивительной волшебной мелодии, боль исчезала... уступая место нарастающей волне возбуждения, И вот движения мужчины стали быстрее, ритмичнее, и Гере казалось, что его сердце сейчас просто остановится от этого жгучего, невероятного сочетания ощущений. Он непроизвольно застонал в голос, выгибая спину и откидывая голову. Себастьян проникал с каждым разом все глубже, задевая тайное местечко, дарящее невыразимое наслаждение, острое, болезненное, но при этом невероятно сладостное. Рука мужчины ласкающим движением коснулась его члена, вызывая сладкую дрожь, бешеное сердцебиение... Гере казалось, что он уплывает куда-то, что все вокруг рушится и исчезает, и пружина внутри него, наконец, закрутилась до конца и тут же развернулась, заставив конвульсивно содрогаться все его тело, от макушки до кончиков пальцев на ногах. — Гера, — прошептал Себ хрипло, — Котенок… Он закрыл глаза и зарычал, дойдя до своего пика наслаждения. Прижав его голову к своему плечу, он осторожно убрал с вспотевшего лба прилипшую прядку, трепетно поцеловал закрытые глазки, заострившиеся скулы и опухшие от поцелуев губы. - Как же я люблю тебя, мой маленький… - прошептал мужчина, лаская его глазами. Блаженная усталость навалилась на него, и он со счастливой улыбкой на лице откинулся на подушку. Ресницы мальчика, еще влажные от пережитых эмоций, неожиданно приподнялись. Гера лениво улыбнулся и, повернувшись, крепко прижался к мужчине, обняв его поперек живота и закинув ногу ему на бедро. - Не больше, чем я тебя…