Северная башня.

Гермиона трансгрессирует к поместью Малфоев и ждет, пока защитная магия ворот признает ее и пропустит. Она написала Волан-де-Морту, как и планировала. Он приказал ей явиться. Резные створки распахиваются и пропускают Грейнджер на территорию имения. Когда-то здесь была ухоженная подъездная аллея и розарий Нарциссы Малфой, но теперь все это заросло сорной травой. Домовики сбились с ног, обслуживая бесконечный поток посетителей и постояльцев имения. А хозяев давно интересуют куда более серьезные вещи, чем состояние сада. Гермиона проходит по аллее и поднимается в холл. В особняке темно и странно тихо. Присутствие Волан-де-Морта накладывает свой отпечаток, никто не смеет шуметь при нем, боясь отвлечь. За ней даже не прислали домовика, поэтому Грейнджер идет в кабинет мистера Малфоя, который занимает Тот-Кого-Нельзя-Называть, когда появляется в поместье. Дверь приотворена. Сквозь щель видны отблески огня в камине и гладкое тело Нагайны у кресла. ‒ Чаю, повелитель? Или огневиски? ‒ Убирайся, Хвост, мне ничего не нужно. ‒ Милорд? ‒ Гермиона стучит в дверь кабинета, чтобы не быть уличенной в подслушивании. ‒ Заходите, мисс Грейнджер. Вон, Хвост! Питер Петтигрю удаляется семенящим шагом и что-то скулит себе под нос. Волан-де-Морт сидит в кресле у камина и тонкими длинными пальцами поглаживает треугольную голову любимой змеи. Как ни странно, но Темный Лорд выглядит уставшим, неудивительно, что Хвост заботливо предлагал ему чай и огневиски. ‒ Добрый вечер, милорд. ‒ Вы просили дела. Зачем вам это? ‒ И без того узкие глаза Волан-де-Морта совсем сжимаются до щелочек от подозрения. ‒ Я хочу доказать вам свою преданность, милорд, чтобы вы снова позволяли мне видеться с Драко. ‒ Правда лучше лжи в данном случае, ведь перед Гермионой первоклассный легилимент. ‒ Вот как. А что вы можете мне предложить? ‒ Участие в рейдах. ‒ Думаете, что сможете убивать, девочка? Для произнесения непростительных заклятий нужна особая сила, подготовка. ‒ Думаю, что смогу. ‒ Гермиона судорожно сглатывает. ‒ Хвост! ‒ негромко зовет Волан-де-Морт, но слуга возникает перед ним почти в то же мгновение. ‒ Примените Круциатус к нему, ‒ сухо приказывает Темный Лорд. Гермиона колеблется. Причинить боль живому человеку, пусть и Пожирателю Смерти – это нелегко. Но отступать поздно. Она направляет волшебную палочку на Петтигрю, рука дрожит. Надо решиться, собрать волю в кулак. ‒ Круцио, ‒ произносит Грейнджер слабым голосом. Ничего не происходит. Волан-де-Морт лишь усмехается. Ему в угоду растягивает губы и бледный, дрожащий Хвост. ‒ Чтобы сработало, надо ненавидеть, по-настоящему. Гермиона смотрит на Хвоста в упор. Она вспоминает, как тот сбежал от них, когда профессор Люпин начал превращаться в волка, как помог Темному Лорду вернуть телесную форму, как предал родителей Гарри, как притворялся Коростой. ‒ Круцио. ‒ И на этот раз голос не дрожит. ‒ Аааа! ‒ Хвост падает на ковер и корчится. По горлу Гермионы поднимается волна тошноты. В кого она превратилась? Кем стала? Даже пытать теперь может. А ведь кто-то из них, может быть, даже сам Петтигрю направляет палочку на Драко и произносит «Круцио». В момент этой мысли Хвост дергается сильнее. Гермиона отводит палочку, оставляя слугу Волан-де-Морта тяжело дышать, съежившись на полу кабинета. ‒ Вы пойдете в рейд, ‒ выносит вердикт Волан-де-Морт. ‒ И если хорошо себя там покажете, я пущу вас к этому отродью Малфоев. Грейнджер выходит из кабинета и приваливается к стене коридора. Ей плохо. Капелька пота скатывается по виску. Впервые противно быть собой. Ведь она только что совершила уголовное преступление. ‒ Пойдем, я налью тебе чаю. ‒ Прохладная рука сжимается вокруг запястья Гермионы. Она поднимает глаза. Перед ней стоит Нарцисса Малфой. Грейнджер послушно следует за ней. Сейчас не имеет смысла сопротивляться, да и нет возможности не покориться этой холодной, властной женщине. Они сворачивают в небольшую комнатку, обставленную со вкусом. Здесь тоже горит камин, но пахнет какими-то дорогими благовониями. На стенах пейзажи. На полках книжных шкафов, помимо книг в дорогих кожаных переплетах, бронзовые и фарфоровые статуэтки. ‒ Располагайся. ‒ Миссис Малфой усаживает ее в глубокое и мягкое кресло у камина, сама призывает поднос с чайником и чашками. Гермиона садится и внимательно следит за хозяйкой дома. Неужели эта чистокровная колдунья сможет ее принять. ‒ Я давно должна была сказать тебе «спасибо». Ты пожертвовала многим ради моего сына. ‒ Я люблю Драко, ‒ отвечает Гермиона. Она берет красивую чашку из зеленого фарфора с ручкой в форме змейки и делает глоток горячего чая с бергамотом. ‒ Спасибо за чай. ‒ Пожалуйста. Думаю, нам с тобой давно стоило познакомиться. Мой муж не одобрит этого, но я говорила с Драко. Он любит тебя, и я чувствую, что это не блажь. Значит, нам с Люциусом придется смириться с его выбором, если мы не хотим потерять сына. ‒ Я буду рада, если вы меня примете. Гермиона не хочет обсуждать, что если Волан-де-Морт победит, он не оставит ее в живых, и у Малфоев не будет необходимости принимать грязнокровку в семью. ‒ Но ты не искренне перешла на сторону Темного Лорда. Ты сделала это только ради Драко. ‒ Нет, я всей душой поддерживаю дело Темного Лорда, ‒ как можно тверже произнесла Гермиона. Здесь не стоит откровенничать. ‒ Но Драко не знает, что я стала Пожирательницей Смерти. Не говорите ему, пожалуйста. ‒ Думаешь, он бы не одобрил твой выбор? ‒ Да. ‒ Я не скажу, но твои опасения напрасны. ‒ Спасибо, миссис Малфой. Гермиона смотрит на женщину напротив, на ее выражение лица, словно все вокруг ей ужасно неприятно. Нет, никогда бы она не хотела такой стать. Эта жизнь не для нее. Но ведь рядом с Драко должна быть именно такая женщина, уменьшенная копия его матери. «Мне не нужно об этом думать, его женой все равно не стать!» - мысленно обрывает себя Гермиона. ‒ Я могу идти? ‒ Конечно, можешь. ‒ Нарцисса Малфой кажется удивленной таким вопросом. Грейнджер встает и покидает поместье, чтобы побыстрее оказаться в Хогвартсе, там хотя бы все знакомо.