Расизм и ревность

- Вставай. Болезненный толчок в бок. Черт, как все ноет. Мышцы не слушаются совершенно. Стэн стонет и пытается перевернуться на спину. Получается не сразу, потому что плечо онемело, а шею ломит. Глаза моргают, приоткрываются, оглядывают темно-зеленую обивку обшарпанного дивана и белую грязную стену за ним. - Если сейчас же не поднимешься, я вылью горячий кофе тебе на голову. Снова тычок под ребра. Все тело вздрагивает. Стэн все-таки поворачивается на спину, чувствуя крепкий запах кофе. Моргает. Что вчера было? Крейг ведет его за руку по темной улице. - Да ты совсем обдолбался, Марш, - смеется он, а сам все время облизывает губы и часто моргает. - Предки не спалят? - Мы ж не домой идем, еблан. - Ну да… Кенни ты тоже в свой гараж таскал? - Отсоси, не твое дело. - Отсосу, - обещает Стэн и смеется, дергая спутника на себя. Они целуются среди улицы, и Такер больно кусает губы Стэна, а потом резко отталкивает его. - Не здесь же, мудила… Парень пытается содрать с себя почему-то липкий плед с дурацким тигровым рисунком. Он у Крейга в гараже, на разобранном старом диване. Он четко помнит, что Такер уснул вместе с ним, обнимая. Мысли путаются, голова гудит, в горле отвратное ощущение. Хочется есть и пить. Особенно пить. Внутри как будто все через мясорубку. Они вваливаются в гараж, Стэну кажется, что ворота гремят слишком уж сильно, но Такер не обращает внимания. Все в доме уже спят, а это место принадлежит только Крейгу, потому что теперь авто родителей стоят в новом гараже, а этот используют, как склад, а заодно и как место для потрахушек и пьянок. Такер толкает Марша к стене и до боли сжимает его скулы, целуя жадно и нагло. Стэн не отбивается, его разум так затуманен, что боль почти не чувствуется, хотя по губам уже бежит кровь от укусов. Руками он срывает куртку и шапку с Крейга, лезет ему в штаны. Крейг хватает Стэна за руки и швыряет на диван. Одним ударом ноги спинка откидывается, явно уже привыкшая к такому, и парни падают вместе на выцветшую зелень обивки. - Я тебя выебу, я тебя выебу… - хрипит Крейг на ухо. Стэн только подставляется, помогая снимать с себя джинсы, футболку и все остальное. Почему-то чертовски заводят грубые, даже жестокие руки Такера. Он хватается всюду, оставляет синяки и следы от пальцев на бедрах, на боках, на руках и груди, а на плечах и шее еще и укусы. Вкус крови кажется таким сексуальным, когда парни целуются. - У тебя в заднице еще никто не бывал, да? – голодно скалится Крейг. – Будет бо-ольно… Оба смеются, Крейг коленом переворачивает Марша на живот и дергает на себя, заставляя встать на колени. Тычет членом между ног, но Стэн зажат, и Крейг матерится и сует внутрь свой любимый средний палец. Марш вздрагивает, но Такер крепко держит и шипит, угрожая. - Если дернешься, горло перегрызу! И Стэн замирает, позволяя в себя проникать. Это так охрененно непривычно, но член стоит, и хочется, чтобы это не прекращалось. Длинные пальцы Такера сжимают бедра так сильно, что боль в самой заднице почти не ощущается на фоне. А в голове так легко и радостно… Крейг насаживает Марша на себя, а потом упирается ладонью в его затылок, вдавливая в старую подушку. Стэн почти не может дышать, он выгибается, раскрываясь перед вдалбливающим его в диван Крейгом, а сам беззвучно смеется и сжимает руками свой член. Стэн с трудом садится. Паршиво и неприятно ощущать свою задницу. Босые ноги задевают холодный пол. На бледной коже по всему телу проступают черные отметины синяков. Где вся одежда, интересно? Перед ним стоит Крейг, полностью одетый и с двумя большими картонными стаканчиками в руках. На них написано «Кофе Твика». - Через десять минут выходим. - Куда? – Стэн давится собственным голосом и кашляет надрывно, сдирая горло. - В школу, уебок. Они лежат на диване, укрывшись пледом. Оба смотрят в потолок и передают друг другу косяк с травкой. Стэн все время кашляет, в легких словно черная дыра, зато в голове столько идей, столько счастья… - Заебал кашлять, мудак, - бурчит Крейг. - У меня, вообще-то, астма, так что отсоси. Дым висит над ними, и в его очертаниях Марш видит дохера интересного. - Тебя это отпустит, - вдруг говорит Такер. Он встает на четвереньки и нависает над Стэном, заглядывая в помутневшие синие глаза. - Одержимость этим засранцем Маккормиком. Стэн удивленно таращится. - Как меня отпустило, - продолжает Крейг и затягивается самокруткой. – Я тогда думал, все, пиздец, а потом понял, что если много-много трахаться и обдалбываться, то все можно забыть. И уже похуй, кто там на твоем члене. Он снова затягивается, наклоняется к Маршу и выдыхает дым ему в рот. Стэн снова кашляет, глотая горечь, а Такер падает обратно на спину рядом и ржет хрипло и истерично. - У тебя он тоже первый… из парней? – спрашивает Марш, откашлявшись. - Не-а… - Такер улыбается, вспоминая. – Первым у меня был Томас… - вдруг резко он мрачнеет и грубо толкает Стэна. – Иди нахуй, не твое дело. Я ебал его, а он так грязно ругался, когда кончал. Парни смеются оба. Тошнота мгновенно подкатывает к горлу, стоит только попытаться встать. Крейг сует в руки обжигающий стаканчик. - Пей. Стэн послушно пьет, все еще плохо соображая. Язык жжет, а еще зверски щиплет искусанные окровавленные губы. Удивительно, но от нескольких глотков становится легче. Увидев, что Марш делает, что говорят, Такер расслабленно садится рядом и отпивает из своего стаканчика. Потом ногой вытаскивает из-под дивана трусы и джинсы Марша. - Одевайся. Вчера ночью он был не таким неразговорчивым… Стэн думает, что это словно были два разных человека. Днем Такер мрачный и почти незаметный, а ночью – похотливый и жестокий… - Ты обещал мне отсосать, - скалится Крейг. Косяк уже давно докурен. Парни лежат и целуются, лениво шаря руками в паху друг у друга. Крейг переваливается через Стэна и тянется к своей куртке. Снова та баночка с таблетками. Марш открывает рот, позволяя затолкать себе белый кружок почти в самое горло, а потом облизывает длинные пальцы, нагло проникающие в его рот. Крейг тоже закидывается таблеткой, а потом приподнимает голову Стэна и садится на его грудь. Марш улыбается и облизывает головку. Такер стонет и дергает бедрами навстречу. Стэн тянется к одежде, поднимает джинсы, и из заднего кармана выпадает свернутый белый листок. Стэн хмурится и подбирает его, гадая, что за хрень. Разворачивает. «У меня все в порядке. Не ищи больше. Надо будет, сам найду. Еще раз увижу в сауне – пожалеешь. Ты обещал за мной не таскаться». Парень сглатывает, мигом приходя в себя. - Крейг, - хрипло говорит он и протягивает записку. – Откуда это у меня? Такер смотрит, взгляд его бегает по кривым строчкам. Он тоже узнает почерк Маккормика. - Не ебу. Одевайся и идем. Крейг встает, Стэн хватает его за куртку. Такер вскидывает средний палец и откидывает от себя руки Марша. - Такер, твою мать! - Я сказал – не знаю. Может, Кенни был в клубе и сунул тебе это в карман, пока мы обжимались. Логично. Тогда все было так расплывчато, что Марш мог бы и не заметить. Кенни – мудак. Вместо того, чтоб записки совать, мог бы лично явиться. - Ну, - Крейг пинает Марша в голень, попадая точнехонько по багровому кровоподтеку. Стэну ничего не остается, кроме как встать, одеться, одним глотком допить кофе и выйти на улицу вслед за случайным любовником. *** Девочки класса так и не разговаривали с Кайлом, считая его виновным во всех своих бедах. Даниэла хмуро косилась и перешептывалась с Истер и Венди. До звонка оставалось около двух минут, а Стэн так и не явился до сих пор, а у него ведь были все тетради Кайла с выполненными домашними работами. Картман вел себя так же по-хамски, как и всегда, словно вчера между ними ничего не произошло. Все это зверски напрягало, отчего Кайл все сильнее раздражался от каждой приевшейся уже шуточки жиртреста. Кенни тоже так и не объявился, и от него не было ни слуху ни духу. Каждый раз, когда Брофловски вспоминал о том, что виной всему этому был Картман, в голове поселялось недоумение, как же он вообще мог вчера допустить такое. Но стоило лишь на мгновение мысленно вернуться в то время, как в сердце возгоралось пламя страсти. Которое тут же гасло, стоило Картману открыть рот. - Эй, жид, если будешь так напрягаться, то песок из вагины посыплется, - Эрик жевал сырные шарики, громко шелестя пакетом. Кайл хмуро посмотрел на жиртреста, и лицо его сделалось еще мрачнее. - У меня нет вагины, - членораздельно произнес он, глядя в насмешливые карие глаза. - А откуда ж у тебя вечно такое херовое настроение? Я-то думал, это от критических дней… Или что, евреи всегда такие? - Картман, ты бесишь меня, ты это понимаешь? - Я всего лишь пытаюсь поддержать разговор, кошерный ты мой, - хмыкнул Эрик невинно. – А то того и гляди ты взглядом парту продырявишь. Придется твоей жирной мамаше раскошеливаться на новую, а ведь все знают, что жиды… - Завали пасть, сгусток дерьма! – Брофловски вскочил, не в силах сдерживаться. Вокруг все затихли, с любопытством уставившись на парней. Кайлу было плевать. Он подскочил к парте жиртреста и ткнул его пальцем в плечо. - Еще хоть слово о моей семье и национальности – и хрен еще я позволю тебе вытворить такое, как вчера, ясно?! Кто-то позади присвистнул, кажется, Клайд. Токен протянул что-то насмешливое, Бебе зашептала на ухо Венди, обе захихикали. Кайл покрылся румянцем, осознавая, что перешел границы и забыл о том, что они не одни. - А что, мы перейдем к чему-то большему, мой милый Ка-айл? – Эрик откровенно простебался, совершенно не стыдясь одноклассников. Его на самом деле забавляла эта ситуация. – Так я давно сказал, что твоя жопа мне принадлежит. Может, пора мне ее получить? Брофловски хлопнул ладонью по парте Картмана, решив, что раз уж все равно все в курсе событий, то и похер; он схватил Эрика за ворот и потянул на себя, уставившись прямо в наглые глаза. - Да я скорее сам тебя разложу прямо на этой парте, мудак, чем когда-нибудь позволю тебе прикоснуться к моей заднице! - У-ху! – воскликнул Донован. Его поддержал Токен, Кевин и Дуги, и в придачу половина девчонок. Они захлопали в ладоши и стали сыпать выкриками типа «Давай, Кайл!», «Покажи, какой ты мужик!», «Не стесняйтесь, приступайте!». - Твою ж мать! – прошипел Брофловски и выпустил куртку Эрика. Тот растянул лицо в улыбке, поправляя куртку. - Это мы еще посмотрим, пархатый сукин сын. Кайл гневно зыркнул на него и уселся за свою парту. Потом совсем отчаялся и опустил голову на руки, пряча лицо. Теперь весь класс будет судачить о них в пять раз больше. Какого хрена жиртрест его вечно провоцирует? Что ему не живется спокойно? Прозвенел звонок. Кайл поднял голову и увидел, что в класс входят Стэн и Крейг. Странно, но парню показалось, что у них обоих совершенно одинаковые лица: мрачные и бледные. Только у Стэна, к тому же, были разбиты губы, а скулы пестрели синяками. - Чел, что с тобой? – вскочил Брофловски как раз тогда, когда Марш проходил мимо него. - Я в порядке, - буркнул Стэн странно хрипло. - Да у тебя все лицо… - Кайл замер, замечая, что и участки шеи, которые были видны из-под куртки, тоже повреждены. Выглядело так, будто парня душили и… кусали? - Сказал же, все отлично, - Стэн потер переносицу и отвел взгляд. В класс вошел учитель, призывая всех сесть на места. Марш угрюмо увалился на свой стул и растянулся по парте. - Домашка, - зашептал ему Кайл. Стэн свел брови, не понимая, чего от него хотят, а потом сделал виноватое лицо. - Я забыл дома, прости, чел. Кайл возмущенно вздохнул и отвернулся. Он точно вытрясет из друга правду. Все в порядке, как же… *** На перемене Кайл первым делом подошел к Стэну. Оба получили дополнительные задания за то, что не сдали домашнюю работу, и Брофловски был намерен узнать, какого хрена Стэн явился на занятия вообще без своего рюкзака. То, что он не ночевал дома, было очевидно. То, что пришел вместе с Крейгом – тоже. Вывод напрашивался сам собой. - Чел, что с тобой происходит? – обеспокоенно Кайл навалился на стену у шкафчиков, сложив руки на груди. Марш мрачно открыл свой шкафчик, надеясь найти в нем хотя бы учебник для следующего урока. - Ничего. - Ага, конечно, - саркастически кивнул рыжий. К ним подошел Картман, как всегда влезая в разговор. - Да что тут непонятного, всю ночь подставлял зад Такеру, поди еще и обдолбался чем-нибудь. Стэн даже не посмотрел на жиртреста, молча показав ему фак. Кайл вытаращился. - Чувак, не веди себя, как зомби! Оттого, что он тебя покусал, ты не обязан превращаться в Такера номер два! - Чел… - Стэну вот реально было похер на то, что вокруг происходит. Хотелось только, чтобы его оставили в покое. – Серьезно, отвали. - Ты что, вправду с ним?.. - Да ясное дело, чего ты еще спрашиваешь? – внес свою лепту Эрик, насмешливо пялясь на синяки Марша. - Завались, жиртрест, - отмахнулся еврей. – Стэн! - Кайл, блядь, - брюнет выронил книгу, которую только что достал с полки, нагнулся за ней, демонстрируя багровые следы от пальцев на оголившейся пояснице, и угрюмо посмотрел на лучшего друга. – Я сейчас не в состоянии разговаривать. Давай потом. - Когда? Что произошло? Он тебя заставил? - Нет, - буркнул Стэн, сжимая переносицу пальцами. – Слушай, я не ночевал дома, предки не знают, где я, можно я сегодня тоже у тебя посплю днем? А то в таком состоянии я не хочу с ними разговаривать. - Ну, заеби-ись… - протянул Эрик, скрещивая руки на груди. – Ты до каких пор будешь спать в постели моего парня, хиппи обдолбаный? - Картман, засунь себе в жопу свою ревность, - Кайл закатил глаза, но Стэн проигнорировал его реплику. - До тех пор, - ответил он Эрику, - пока не начну снова спать по ночам. - И что ж тебе мешает, засранец? - Я искал Кенни. - То есть, пока этот нищеброд не объявится, ты будешь таскаться за Кайлом? – сделал вывод Картман и сощурился. - Иди нахуй, - вздохнул Марш, снова вскидывая средний палец. Теперь он прекрасно понимал Крейга. Когда всю ночь глотаешь дурь, куришь и трахаешься – потом так хочется всех послать… И самый простой способ сделать это – вскинуть руку и соорудить несложную фигуру. Неужели Такер всегда так жил? Конечно, в детстве у него были другие причины, чтобы не спать по ночам, но факт оставался фактом. Впрочем, сейчас в голове была каша, и мысли вязли в ней и терялись. Стэн зевнул, широко открыв рот, и почувствовал, что незажившая еще ранка на губе снова закровоточила. Слизнув кровь, он отвернулся от друзей и пошел в сторону кабинета литературы, с трудом переставляя ноги. Все тело ломило, будто бы ночью его прокручивали через мясорубку. Кайл угрюмо смотрел парню вслед, пытаясь понять, что происходит с лучшим другом. - Как думаешь, как у них это вышло? – задумчиво спросил он Эрика. - Да кто их знает, - Картман чуть пожал плечами. – Оба сохнут по нашей знаменитой шлюхе, а он возьми и пропади… Вот и нашлись собратья по несчастью. Брофловски зыркнул на одноклассника с нескрываемым раздражением и треснул кулаком ему в плечо. - Вечно ты херню всякую собираешь, мудак. Пошли лучше в класс, скоро звонок. Картман сделал серьезное лицо. - Не могу, мой пархатый пупсик, - Кайл брезгливо скривился, и Эрик заржал. – У меня важные дела. - Какие это? – напрягся рыжий, подозревая очередной заговор. - Не твое дело, - усмехнулся Эрик, снисходительно приложив пятерню к голове Кайла. - Тогда… до вечера? - Боюсь, мой похотливый еврей, я буду занят до поздней ночи. Так что, придется тебе поскучать до завтра. Пронзительные зеленые глаза подозрительно смотрели из-под нахмуренных бровей на то, как жиртрест сует вещи в шкафчик, запирает замок и поворачивается к нему. Хитрое выражение лица едва уловимо на одно лишь мгновение стало нежным и заботливым, когда Картман наклонился к Брофловски и чмокнул его в уголок губ. А потом в карих глазах снова заплясали озорные чертики. - Пока, Ка-айл. - Пока, Картман, - рыжий сложил руки на груди. Проследить бы за этим говнюком, а то еще бед натворит… Однако зазвенел звонок, и парень решил, что хватит уже все свое внимание уделять жиртресту. Вляпается в неприятности – его проблемы. Лучше присмотреть за Маршем, который явно сегодня не в состоянии позаботиться о себе сам. Брофловски вздохнул и направился в класс.