Солнечное божество

- Я редко привожу сюда гостей…- проговорил смущенно Лиам, словно ему было очень стыдно приводить в чистую квартиру таких гостей.- Извините… - Ну что ты,- махнул рукой Дилан.- У тебя здесь очень хорошо… Чисто. А у нас постоянно то стены в каше, то игрушки в коридоре. Так что по сравнению с нашей берлогой, это просто рай. - Вы опять меня смущаете? - Я правду говорю. Может, я и альфа, может, я и не святой, но тебе я никогда не совру, клянусь честью. И вообще, хватит звать меня на ‘’Вы’’. Я этого не люблю. Так что зови меня просто по имени. Каждый раз они заводили этот разговор, но почему-то юный стажер совершенно не желал вспоминать об этом наставлении, и каждый раз все начиналось по новой. А быть мистером Беррингтоном ему совершенно не нравилось. - Тайлер, осторожно. И ничего не трогай. Лиам никогда не знал папиного тепла, не знал, каково это, когда внимание уделяют лишь одному ребенку, а не всем по очереди, не знал, как это можно было есть одному за столом, ни с кем не переговариваясь и не меняясь тарелками. Это теперь понятно, что так делать не положено. А тогда они делили все между собой, начиная от капусты и заканчивая бульонами. Но глядя на то, как сейчас тот, кем он так сильно восхищался, обращается со своим сыном, он не смог заставить себя не улыбаться. С приходом другого человека в квартире стало намного шумнее и светлее, несмотря на то, что молодой человек давно научился жить один и привык, что его никто не ждет. - Агу!- мальчик подбежал к Лиаму, пристально глядя на него. Тот ответил ему улыбкой, но она казалась скорее одинокой и грустной, нежели радостной.- А! - Что случилось?- поинтересовался омега, присаживаясь перед ребенком на корточки.- Ты что-то хочешь? Тайлер поднял руки, неотрывно глядя на хозяина квартиры так, будто думал, что Лиам – это лишь плод их воображения, и он исчезнет, если отвести от него взгляд хотя бы на секунду. - Похоже, он от тебя без ума,- пояснил Дилан, подходя поближе.- Тот шоколад, что ты подарил ему в прошлый раз, он так и не хотел есть, пока я не пообещал, что мы встретимся снова. - Правда? Какой милый мальчик. - Ты не первый, кто так говорит. Итак, посмотрим, что можно приготовить из тех продуктов, что мы приобрели. ‘’Вообще-то Вы приобрели…’’- поправил мысленно молодой человек, подхватывая ребенка на руки и направляясь следом за мужчиной с пакетами. Дилан предложил сам приготовить что-нибудь, дабы порадовать своего спутника блюдами своего приготовления, хотя его кулинарные способности оставляли желать лучшего. Потому они заехали в магазин, и впервые Лиам понял, какое это счастье, катить тележку с постепенно появляющимися в ней продуктами, разговаривать с идущим рядом человеком и спрашивать, чего бы он еще хотел. А в ответ получать пусть и простое, но обнадеживающее: ‘’Можно.’’ А можно было все, начиная от маринованного мяса и заканчивая кукурузой, рисом, креветками и шоколадом. Так они не заметили, как набрали несколько пакетов с фруктами, соком и разными вкусностями, хорошо, что их не пришлось нести до дома, хотя идти было довольно близко. - Я взял булочки, можно самим сделать гамбургеры. Будешь? - Мы и так купили достаточно много. Думаю, что-нибудь придумаем,- ответил Лиам, усаживая малыша на стул, чтобы он мог видеть, что делает его отец. - Это верно. Ты ел когда-нибудь рис с креветками? - Нет. - Туда еще немного мидий нужно и кальмаров… А специи у тебя есть? - Да, для любых блюд. - Это хорошо…- пока писатель освобождал пакеты от продуктов и загружал ими холодильник, хозяин квартиры переоделся, нашел в шкафу два фартука, хотя никогда ими не пользовался, но так хотя бы мистер Беррингтон не испачкает одежду. - Я, конечно, не кулинар, но сделать глазунью тоже смогу,- вещал альфа, бросая на сковородку рис, креветки и кальмаров.- Хотя по сравнению с готовкой Алана мне еще расти и расти. - Мистера Беррингтона, наверное, учил папа. Да? - Никто нас ничему не учил,- ответил Дилан немного хмуро, однако его настроение переменилось, когда Тайлер внезапно весело засмеялся, хлопая в ладоши, и потянулся к Лиаму. Его забавлял этот омега, теперь в фартуке, хотя никто из них никогда такого не надевал. - Извините… - Не нужно извиняться. Давай покажу, как это делается. - Нужно перемешать. - Да, но следи, чтобы ничего из сковородки не выпало…- проговорил писатель, накрывая руки Лиама своими и медленно перемешивая содержимое, начавшее покрываться золотистой корочкой. Из-за специй по кухне начал распространяться пряный аромат, так что по ошибке можно было принять блюдо за готовое.- Вот так, осторожно… - У Вас хорошо получается. - Неужели ты так и не начнешь называть меня по имени? - Лучше не стоит…- движения стали медленнее, и стажер посмотрел на стоящего за его спиной мужчину. Их лица были почти на одном уровне очень близко друг к другу, так что они могли ощущать дыхание друг друга. - Что-то не так?- спросил Дилан, когда молодой человек внезапно отвернулся, дергая головой так, словно его сильно оттолкнули. - Ребенок… Нужно присматривать. - Ты прав. Так что давай я закончу с готовкой, а ты поиграй с ним, если хочешь. - Я не могу так!- ответил внезапно Лиам.- Я же здесь… Это Вы в гостях! И не обязаны готовить мне! - Я готовлю для нас всех. И вообще, дай мне хоть немного тебя порадовать,- велел альфа с улыбкой. - Вы и так меня балуете. - Не говори ерунды. - Но это же так. - Мне приятно делать хоть что-нибудь для тебя. ‘’Вы ошибаетесь…- подумал грустно стажер, опустив голову.- Вы совершенно не знаете, что я за человек. Если мы с Вами еще сблизимся, я стану эгоистичнее и Вы больше меня видеть не захотите…’’ - Аг! Уага!- проговорил ребенок, усаживаясь на диван рядом с хозяином квартиры в гостиной. - Давай я тебе почитаю, хочешь? - Уа!- ответил с улыбкой Тайлер, устраиваясь поудобней. Он любил слушать истории, неважно, кто их читает, будь то папа, дядя или Лиам, который тоже постепенно начал становиться частью этой странной семейки. Может, мальчик и был пока совсем мал, однако понимал, что папа крайне заинтересован в этом человеке, а он в свою очередь уделял много внимания и ребенку тоже. А сам хозяин квартиры впервые читал что-то кому-то вслух, его слушали, на кухне тоже было тепло от того, что там находился еще кто-то… Странное ощущение, особенно для того, кто и не надеялся, что может быть иначе, и всегда жил один. С тех пор, как от него избавились, выбросив во взрослую жизнь, он жил в гордом одиночестве, однако после шумного приюта, где никогда не удавалось побыть одному, где не знали, как это такое возможно – не видеть каждую минуту дня другого ребенка, оказалось, что одиночество было пугающим и чуждым. Первое время Лиам совершенно сходил с ума, боялся по ночам каждого шороха, но со временем привык. А теперь рядом с ним еще кто-то… - Так, все готово! Сейчас еще мясо будет готово!- объявил Дилан из кухни. - Хорошо,- ответил омега, когда Тайлер вообще расположился на его руках. - Там еще в ванной лампочка перегорела, так что я поменяю. Есть замена? - Может, лучше вызвать электрика? Оказавшись на кухне, Лиам и Тайлер услышали, как что-то хрустнуло, а потом с высоты с грохотом что-то свалилось так что пол содрогнулся. - Мистер Беррингтон!- окликнул в ужасе омега, когда перед ним предстал со стулом в руках со сломанной ножкой знаменитый писатель.- Все в порядке? - Миссия выполнена. - Это хорошо,- кивнул тот.- Я уж испугался, что Вы покалечились. - Не, я парень крепкий. Впервые за несколько лет Лиам снова сел за стол с кем-то, Дилан старался развеять скуку и неловкость веселыми разговорами, Тайлер у него на руках весело смеялся, хлопал в ладоши и порой мешал папе есть. Неужели может быть что-то лучше, чем не остаться одному хотя бы на один вечер. Когда альфа увидел, что Лиам и Тайлер, обнявшись, заснули на диване, пока он сам мыл посуду, которую испачкал во время готовки, то сразу понял, что нужно делать. Отняв телефон, он пошарил взглядом по довольно обширной домашней библиотеке, где были и разные школьные грамоты и из колледжа, оказалось, омега очень любил большой теннис, а еще среди всех этих изданий нашел одну книгу в синем переплете, которая была ему знакома. Улыбнувшись, он полистал ее немного, а потом на первой странице увидел надпись, которую тоже узнал. ‘’Моему единственному понимающему читателю,’’- было выведено его же собственным почерком. Моему единственному… А потом наконец вспомнил ту самую встречу с читателями, где один мальчик, на которого он даже не посмотрел, начал говорить ему о том, как сильно ему понравилась его первая книга и что он написал чистую правду. Тогда-то он и оставил этот автограф, а потом благополучно об этом забыл. А Лиам помнил! И восхищался им дальше. Что ж, теперь он не намерен отпускать своего единственного. Хотя он пока ему не верит. Ну ничего, время еще есть… - Похоже, Дилан сегодня не придет ночевать…- проговорил Алан, возвращаясь в комнату. То, что мистер Морган начал наведываться к нему домой, чтобы омеге не было одиноко, стало чем-то привычным, хотя порой они все же выбирались погулять, детям ведь полезно гулять на улице. Оуэн оказался таким нежным, заботливым, иногда переживал за Эвана даже больше родного папы, не упуская из вида и своего спутника тоже. - Ну,- пожал плечами мужчина, когда в него въехала пущенная ребенком машинка.- Если он с Лиамом, то этого и следовало ожидать. - Ты неправ. С ними же Тайлер. Я не думаю, что у них там… - Твой брат такой несерьезный? - Ты даже не можешь себе представить, какой он ответственный! Если он что-то пообещал, то всегда выполнит свое обещание, он так заботится о Тайлере, хотя был шанс, что это не его ребенок, он… - Все-все, я понял,- альфа поднялся с пола и, подойдя к блондину, обнял его.- Прости. Я не хотел тебя обидеть. - Вы просто еще не знаете друг друга. Я уверен, если бы вы подружились… - Я не имею ничего против твоего брата. Однако порой его стремление тебя защитить меня пугает. Создается такое впечатление, что он вообще не желает, чтобы рядом с тобой появился еще кто-то, кроме него. Вопреки ожиданиям, Алан не начал вырываться, не начал кричать и доказывать обратное, а лишь неуверенно улыбнулся. Как часто его улыбка становилась решающим аргументом в споре, как часто он уговаривал брата последовать его решению, а не другому. - Он беспокоится обо мне. Теперь он насторожено относится к любому альфе, который находится рядом со мной. Он столько для меня сделал. Он всегда поддерживал меня, всегда защищал меня, ни разу не было такого, чтобы я попросил о чем-то, а он не выполнял. Когда он решил бросить работу и стать писателем, я делал все, чтобы он не отчаивался, ведь его первая работа вызвала много критики. Но Дилан не сдавался. Ради нас. Ради меня, ради Тайлера… А потом и ради Эвана. Алан успел убедится, что друзья приходят и уходят, любимые предают, а вот семья, кровная связь, никуда не денется. Хотя порой и те, кто должны любить тебя по определению тоже могут причинить боль, но родители и брат всегда были рядом с ним. Конечно, папы не так, а вот брат всегда оказывался рядом, даже когда того не требовалось. Наверное, потому омега вырос таким неуверенным и пугливым. Всегда привык полагаться на Дилана. - Ну, если он такой, то мог бы сразу примчаться домой, попроси ты его об этом, да? - Да…- кивнул блондин.- Но я такого не сделаю. Дилан и так многим пожертвовал ради меня. И Лиаму он нравится, наверное. Надеюсь, они будут счастливы. - А что насчет тебя?- спросил Оуэн, взяв ребенка на руки и усаживаясь на диван. - Что я? - Что ты планируешь делать в будущем? Алан открыл рот, чтобы ответить, но так ничего и не сказал, понимая, что может сказать нечто, что будет потом понято неверно. В его планы входило женить брата, продолжать работать, чтобы Эван ни в чем не нуждался, устроить его в школу, в колледж, потом университет, а там уже омега не планировал. Мало ли, что произойдет. - Я так далеко не загадываю,- ответил он.- А ты? - Похоже, Эвану пора спать,- проговорил Морган, поднимаясь.- Не возражаешь, если я его уложу сегодня? - Если он не будет плакать… Больше альфа не слушал. Мальчик и так сегодня много играл, ползал, смеялся и кушал, так что ему вполне уже можно отправляться спать. Они встречаются каждый день на протяжении уже трех месяцев, вроде бы они уже пара, да только почему Алан до сих пор не может понять элементарных вещей? Как и ожидалось, малыш уснул на удивление быстро. Пребывая в гостях своих женатых друзей, он мог часами наблюдать, как бедный загнанный работой и домом омега не мог уложить ребенка, носясь с ним из комнаты в комнату. Тогда он решил, что его пара никогда не будет работать. Он зарабатывает вполне прилично, так что порой тратить не успевает, все его время занято работой, а если его счет в банке не трогать еще пару лет, то хватит еще на одного ребенка и чтобы Эван поступил в самый лучший колледж. У его детей будет все, главное, чтобы мальчики сами решили, чего они хотят от жизни. - Заснул?- спросил немного испугано блондин, отрываясь от телевизора. Он его и не смотрел, просто задумался о своем. - Да. Он на удивление спокойный и послушный мальчик. - Это хорошо…- кивнул Алан, опуская голову.- Пойду чайник поставлю… - Я же просил, не убегай от меня,- велел Оуэн, дергая поднявшегося омегу обратно на диван, прижимая его к себе.- Скажи честно, ты вообще видишь свое будущее со мной? Или так и собираешься провести жить совершенно один? Некоторое время молодой человек молчал, вцепившись в его рукав. - Я… не знаю… - Чего ты боишься? Ты мне не доверяешь? - Доверяю! Правда! Но… мне страшно… - Что тебя пугает? Скажи, и я развею твои страхи. Разве он не обещал, что тоже будет защищать это милое создание, похожее на маленький солнечный лучик? Он упрямый, сильный духом, все старается делать для других, забывая о себе, но разве нет человека, способного позаботиться о нем, показать ему любовь и заботу, которую тот заслуживает? - Я… Боюсь, что стоит мне влюбиться… И все рухнет. - Почему? Почему все должно рухнуть? - Я… неуверенный. Не самый красивый, не богат. Да еще и с ребенком на руках. И однажды ты можешь понять, что достоин большего, чем такой, как я… - Почему ты принижаешь себя? Это все из-за Генри? Но я – не он! Если я сказал, что люблю тебя, значит, я люблю тебя! И я буду рядом с тобой, буду оберегать тебя, ты никогда не будешь чувствовать себя одиноким или брошенным! Ни ты, ни Эван. - Я знаю, что ты не Генри!- ответил омега.- Но… - Я ждал тебя три месяца. И до этого. Посмотри на меня, я тоже человек. У меня тоже много плохого, так что я не уверен, что ты когда-нибудь ответишь мне взаимностью. - Не говори так! Ты мне тоже нравишься!- ответил блондин, подаваясь вперед и хватая своего собеседника за ворот рубашки.- Но… А что, если наши отношения поменяются? Что, если твое мнение обо мне изменится? - Оно не изменится. У меня тоже есть слабости, я тоже не идеален. Но я приму все, что ты мне откроешь. Если только ты будешь рядом. Оуэн подался вперед, слова ничего не изменят. Человек так устроен, что не всегда говорит то, что думает, многое скрывает, пусть сейчас он говорил чистую правду, но если он не приведет доказательства, его не примут, ему не поверят. Потому он прижался губами к чужим губам, сминая, лаская, проводя языком по нижней и по верхней, одна рука скользнула вниз, переплетая пальцы с чужими, а пальцами другой зарываясь в золотые волосы. Они оказались слегка жестковатыми, но никогда еще альфа не испытывал большего удовольствия, касаясь чьих-то локонов. Он целовал так, как умел, переплетая языки, лаская небо, забывая, как дышать, пока не почувствовал, как чужие пальцы скользнули вверх по рубашке и начали судорожно расстегивать пуговицы. Никогда еще так не проклинал чертовы пуговицы и ткань, мешавшую ему насладиться ощущениями чужих ладоней на своей коже. Раньше, когда они целовались, Алан лишь либо сжимал ткань его пиджака на груди, либо обнимал его за талию. Мужчина оторвался от таких сладких и желанных губ, чтобы посмотреть в серые глаза, засланные дымкой желания. Сейчас Алан выглядел так невинно и в то же время соблазнительно, с алыми от смущения щеками, приоткрытыми губами и шальным взглядом, что одного этого хватило бы, чтобы завести его. - Скорее…- велел блондин. - Успеем,- ответил Морган, снова припадая к губам своего возлюбленного, на этот раз с твердым намереньем стянуть с него домашний бесформенный свитер без горловины, открывающий тонкие ключицы и впадинку между ними. Альфа целовал его губы, уголки губ, шею, постепенно спускаясь ниже, касаясь языком ключиц. - Ах! Э… Эван может…- проговорил Алан неразборчиво, однако сам зарываясь пальцами в черные волосы и прижимая к себе ближе.- Прос… нуться. - Не проснется,- ответил Оуэн, стягивая с себя рубашку через голову, ведь сейчас совершенно не имело большой разницы, в каком виде он пойдет домой – в помятом или очень помятом.- Верно? - М-м!- протянул омега, когда чужое тело прижалось к его открытой коже, начиная дергать застежку на джинсах. Процесс пошел, так как за тканью появился небольшой выпуклый бугорок. Что ж, хотя бы завести его он смог.- А… - Не бойся, я не собираюсь тебя принуждать,- ответил мужчина, стягивая джинсы и одновременно целуя Алана. Тот сильнее вцепился в него, прижимаясь всем телом. Поцелуи снова спустились ниже, к ключицам, потом скользнули по груди, в то время как руки уже скользили по спине и нащупали самое чувствительное место омеги. Тот снова застонал, когда уверенные пальцы скользнули вниз по всей длине. - Н… А… - Не нравится? Мне прекратить?- спросил альфа между поцелуями. Своими движениями он показывал, что просто так остановиться ему не удастся, однако и принуждать своего партнера он тоже не собирался. - Н-нет… Я просто… Давно… - Тогда я все буду делать медленно…- ответил с улыбкой мистер Морган, снова обнимая и целуя омегу. Конечно, девственность ему не вернешь, да и зачем, если на свет появилось это милое светловолосое чудо по имени Эван. И пусть он не был первым, но он будет последним и единственным. Сейчас Алан принадлежит лишь ему одному. - Н-не надо… медленно… - Тогда нежно. Доверься мне, позволь быть с тобой… Сейчас и всегда. В ответ руки блондина лишь обхватили его за шею, неуверенно касаясь губ, якобы приглашая его к дальнейшим действиям. Оуэн снова углубил поцелуй, лаская чужую плоть, пока омега внезапно не содрогнулся, и в низ живота как будто брызнула теплая вода. - О Боже… Извини…- простонал Алан, пытаясь сфокусировать взгляд на чужих штанах.- Твои брюки… - Потом постираю,- ответил спокойно альфа, лаская чужие соски, на удивление маленькие и приятные. Может, ему и было за двадцать, но тело у него похоже на юношеское, такое нежное, невинное и довольно чувствительное. В какой-то степени то, что кроме Генри почти год назад его никто не касался, радовала его, но думать об ублюдке, у которого хватило наглости сделать ребенка и свалить, сейчас совершенно не хотелось. Он даст Алану больше, чувства, нежность, все, что у него есть. И уж тем более больше никогда не покинет его. Когда омега снова оказался готов к ласкам, поцелуи спустились ниже, к животу, горячий язык ласкал чувствительную и очень приятную кожу, так что обращать на другие вещи внимание совершенно не хотелось. Какое сейчас дело до испорченных брюк, если блондин сейчас так откровенно стонет и открывает ему всего себя. Руки скользили по телу, обнимали, ласкали соски, возбужденную плоть, бедра и ягодицы, слегка сжимая их как во время массажа. Алан подался вперед, чтобы мужчине было удобней, когда язык, оторвавшись от впадинки пупка, коснулся пульсирующей головки. - А… Нет! Там… грязно… - Ты же принимал душ, да? - Это… было… давно… А!- чтобы своими стонами не разбудить сына, омега прикрыл рот обеими руками, чем вызвал нежную улыбку у своего партнера. - Не бойся, все хорошо. Доверься мне. Алан хотел верить, ведь почти никто не обращался с ним так же бережно и нежно, как Морган, хотя с самого начала их знакомства их отношения оставляли желать лучшего. Кто бы мог подумать, что через столько времени язык Оуэна будет ласкать возбужденный член своего бывшего соперника. Мистер Стайлз до сих пор не мог решить, кого оставить, ведь они оба помогали друг другу, так что работа шла на высшем уровне. Но сейчас совершенно не время и не место обсуждать производственные дела, нашел время думать о подобном! Что делать, если два самых важных дела в его жизни – работа и Алан – пересекаются? Язык прошел по всему основанию, касаясь проступающей венки, уделяя внимание и головке, и основанию, касаясь мошонки, чем вызывал тихие приглушенные стоны. - У тебя есть что-нибудь? - М-м… Что? - Погоди немного. Ожидание казалось ужасно долгим, пока Морган не вернулся с баночкой крема для тела, которую нашел в душе. Зачем он нужен был, неизвестно, но Дилан подарил его братишке с другими принадлежностями, так что невежливо было отказываться. А уж пользовался омега им или нет, никто не спрашивал. - М-м… - Ты такой сладкий,- ответил мужчина, обнимая и целуя своего возлюбленного, касаясь его ягодиц и члена, терся об него своим, не менее возбужденным, после чего, впившись в чужие губы, начал понемногу подготавливать его. Один палец, оказавшийся внутри, вызвал лишь тихий стон, но омега не отталкивал, а сильнее прижимался к чужому горячему телу.- Подожди немного… Он просил довериться, и блондин старался это сделать, снова прикрывая рот рукой и закусывая кулак, чтобы не застонать в голос, когда кончик пальца коснулся его заветной точки, из-за чего по телу как будто заряд прошел. Он даже не думал, что тело может быть таким чувствительным к ласкам. Оуэн ласкал языком губы, мочки ушей, шею своего блондина, когда к первому пальцу присоединился еще один. Теперь Алан почувствовал себя не так хорошо, все его мысли были о мужчине, который теперь дарил ему свои ласки и тепло, и о том, как бы тоже доставить ему удовольствие. Не согласовываясь, они посмотрели друг на друга, прижимаясь сильнее, после чего забылись в страстном поцелуе. Пальцы без ошибки нашли нужную точку, боль сменилась удовольствием, однако с третьим пальцем снова вернулся дискомфорт. - Слишком больно?- спросил заботливо Оуэн, придерживая своего возлюбленного под спину. - Н… немного… Все… хо… рошо… - Я рад,- ответил тот с улыбкой, снова целуя свое чудо, так смело отдававшееся ему.- Потерпи немного. - Давай… Скорее… Поцелуй, требовательный и сильный, оставил засос на ноге, после чего пальцы исчезли, и Алан не удержался от разочарованного вздоха. Он же почти начал получать удовольствие от такого. Пальцы сменились чем-то большим и скользким, проникновение не было приятным, из уголков глаз омеги скользнули две слезинки, из-за чего Оуэн снова принялся покрывать поцелуями лицо и шею блондина, лаская чужой член рукой. Через несколько нерезких толчков он остановился, чтобы дать возможность партнеру привыкнуть к нему, продолжая целовать, шепча нежные слова и признания, которые, к сожалению, не достигали чужих ушей. - Я люблю тебя…- прошептал альфа на ушко Алану, обнимая его.- Все еще больно? - Н… Немного…- ответил омега.- Но… думаю… - Не торопись. У нас вся ночь впереди…- ответил мужчина, обнимая того, кто теперь безраздельно стал его и только его. Никто больше не посмеет прикоснуться к этому нежному бутону. - Эван… - Мы постараемся его не разбудить,- ответил Оуэн, продолжая целовать своего омегу, пока тот сам не подался вперед, чтобы показать, что можно двигаться. Несколько первых движений были неловкими, чтобы снова найти ту самую точку, которой потом Морган касался каждый раз, когда входил и выходил. Через несколько толчков Алан уже начинал стонать, закусывая губу или кулак, но требовательные поцелуи заставили его оставить это гиблое дело. - Я… сейчас… - Не стесняйся, тебе можно делать все… что заблагорассудится,- ответил альфа, целуя и лаская своего партнера руками, губами, языком, ведь все произнесенные сейчас слова казались ненужными, даже лишними. Он сделает все, чтобы его возлюбленный получил удовольствие, чтобы доверился ему, покажет все свои чувства, как бы смешно это не звучало. - А… М… А!- омега содрогнулся, бурно изливаясь, и так сильно сжал Оуэна, что тот тоже не успел что-либо понять, кончая вслед за ним. Потом, конечно, сил у Алана совершенно не было, потому альфе пришлось тащить его на руках в душ. Наконец ноги блондина окрепли, так что он сам мог стоять, когда потоки воды смывали с него все, что требовалось смыть. - Что-то случилось? Болит? - Н-нет,- ответил омега, утыкаясь лицом в сильную широкую грудь.- Мне понра… Да, понравилось. Ты был таким… - Каким? - Нежным… Но… омеги обычно беременеют от того, что мы делали. - Мне ли не знать,- ответил мужчина, зарываясь пальцами одной руки в золотые волосы.- Хотя я не против. Может, так ты скорее согласишься провести со мной всю жизнь. - Это долгий срок… Мало ли что может случиться… Голос у омеги был очень грустный, потому Оуэн схватил его, прижал к себе и снова впился в припухшие губы. Тот содрогнулся, но альфа ничего не собирался более делать, хватит и одного раза. Вымывшись, Морган закутал своего возлюбленного в полотенце и, подняв на руки, понес в комнату, где все еще сладко спал Эван, прижимаясь к большому медведю, которого ему привез папа с первой встречи с теперь уже знакомым дядей. - Вот,- ответил мужчина.- Видишь, он спокойно спит… Сможешь сам одеться? - А ты? - Утром поеду домой. Надо будет переодеться и постирать вещи. Не переживай, я все равно хотел отправить их в чистку, так что ты ни в чем не виноват. - Я заплачу… - Алан, я же сказал, все нормально,- отмахнулся его собеседник, придвигаясь поближе.- Лучше укутайся получше. Как ни странно, омега уснул почти сразу, обнимая ребенка, а Оуэн, стараясь мешать как можно меньше, устроился в банном халате на краю, чтобы предотвратить падение, мало ли. Теперь он чувствовал, что все стало на свои места, ребенок и папы спят вместе, и какая уже разница, что Эван не его сын? Кто об этом знает? - Доброй ночи…- проговорил он, обнимая омегу со спины и стараясь не придавить малыша, устроившегося у стенки и отгороженного от нее плюшевой игрушкой.