Любимая птичка

Мозенрат не сразу заметил изменения в поведении Ксеркса, а когда заметил, то уже было поздно. Угорь летал, увешанный какими-то цветами. Именно запах цветов и заметил некромант. - Что это так воняет? - возмутился Мозенрат, находясь в своей лаборатории и делая какое-то зелье. Некромант отвлекся посмотреть на своего фамильяра и замер шокированный. Угорь весь был увешан цветами, а взгляд его был мечтательным. Справившись с шоком от того, как выглядит любимая рыбка, некромант нахмурился. - Что это значит? Ксеркс! Изволь объясниться! Угорь мечтательно произнес: - Ты о чем? Я не понимаю, Мозенрат. - Об этих цветах! И твоем виде! - Ах, это... Просто... - и угорь подлетел к окну, напевая какую-то мелодию. Мозенрат был, мягко говоря, удивлен. - Ты случайно не пил ничего из моих зелий? - спросил Принц Темных Песков у своего фамильяра. - Нет, - ответил угорь, смотря в окно мечтательно. - Рыбка моя. Что же случилось? - Мозенрат не на шутку обеспокоился таким поведением Ксеркса. А в Аграбе, во дворце, Абу покатывался со смеха. А причиной этого была гора цветов и послание, выложенное частями мамелюков, адресованное Яго. "Мой милый птенчик. Как же я скучаю без тебя. Надеюсь, мы скоро увидимся. Твоя рыбка." Попугай покосился на обезьянку. - Ну да. Конечно. Очень смешно, - фыркнул попугай и попытался разрушить послание, выкинув части мамелюков, чтобы этого не увидел Аладдин с принцессой или, что еще хуже, Джин. Было достаточно, что Абу над ним смеется. И все же, Яго не мог не признать оригинальности послания. И, выкинув последнюю кисть мамелюка, с нежностью посмотрел в окно в сторону страны Темных Песков...