Брак по расчету.

Разбитая губа…кровь по всей рубашке…кровоточащая рана на левом локте…хищный и злобный взгляд… Только это Тифа и увидела перед собой, прежде чем нервно соскочить с кровати. Сон улетучился моментально, глаза застыли только на человеке, стоящем на пороге комнате, готовый порвать любого в клочья. -Кададж? – пробежалось в голове девушки. Сердце застучало с бешенной скоростью, рискуя выпрыгнуть из груди, ведь этот дикий взгляд парня, наполненный ненавистью, ничего хорошего не предвещал. Сильверхед-младший повернулся в сторону двери, и так громко ею хлопнул, что подпрыгнула на месте не только сама Тифа, но и, казалось и вся мебель, вплоть до того, что люстра над головой девушки зашаталась, и чуть не упала. А парень в свою очередь развернулся лицом к своей будущей жене, не спуская с нее своего холодно-убийственного взора. Тифа сглотнула слюну, не отрывая глаз от лица Кададжа. На его губах вдруг почему-то заиграла ядовитая улыбочка, от которой холод пробежался по телу. -Смотрю разложилась здесь. – начал парень с некой мерзкой усмешкой. Внешне он сейчас не выглядел спокойным, и напоминал затишье перед бурей. – Уже почувствовала себя хозяйкой, небось? – ядовитый голос сменился тут же на холодный и угрожающий. – Сама комнату нашла, или проводили? – такой же холодный тон. Локхарт перевела глаза на рубашку жениха, бегло пробежалась по каплям крови на его воротнике, груди, и затем на локоть, где образовалось огромное кровавое пятно. С губы также сочилась кровь. А когда девушка подняла глаза, и заглянула в нереально зеленые напротив, то застыла как статуя. В них ничего кроме как обжигающей обиды и ненависти не читалось. Он был словно вулканом, готовым вот-вот взорваться. -Ч..что произошло? – по слогам проговорила Тифа, теребя ткань платья у себя на бедрах. В голове никак не могло уложиться, что могло произойти с парнем, который часа два назад был совершенно здоровым как бык без единой царапинки? Ответа на вопрос не последовало. Кададж также оставался на месте и прожигал глазами Тифу, и судя по его выражению лица, он готов был ее уничтожить, и стереть в порошок без остатка. Девушка уже окончательно занервничала. Будущая сноха главы семейства Сильверхедов мысленно представила себе картину, что ее медленно несут в деревянном гробу, а на могиле надпись белыми буквами: «скучаем и скорбим». Да и какой может быть повод сейчас? Что Тифа сделала опять не так, или не то, что сейчас находится на волоске от смерти? Ибо по жестам, взгляду, разговору и состоянию Кададжа, он не на шутку зол. Только вот от чего? Нервно сглотнув слюну, Локхарт попыталась не ухудшать ситуацию для своего же блага. Истериками, слезами и огрызаниями явно положительного результата ждать было бесполезно, поэтому девушка сделала еще одну попытку узнать хотя бы что такого случилось, раз дело дошло до крови и ран? -Почему ты весь в крови? – голос предательски дрогнул под напором испепеляющего взгляда в пару шагов от себя. Снова тишина в ответ. Даже атмосфера в комнате разрядилась до такой степени, что трудно стало дышать, тело будто окаменело, и не хотелось двигаться. Да еще и эта тишина с неизмеримой силой давила на уши, заставляя сердце биться в два раза быстрее обычного. Пусть он кричит, издевается, читает мораль о своей ненависти, но Бога ради путь не молчит и не смотрит так! Дрожь пробежалась по телу, холод сковал все кости, колени начали подкашиваться, мозг искал выхода из этой ситуации. Он молчал, продолжал разъедать только одними своими глазами, и убийственным выражением лица. Да еще и кровь…запах крови, доносившийся до Тифы, внушал ей в голову, самые разные и ужасные мысли, от которых волосы становились дыбом. -«Из-за нее…из-за нее я только что потерял лучшего друга…Плевал на боль. Плевал на все! Виновата ты…Из-за тебя Тифа Локхарт, моя жизнь постепенно превращается в сущий ад! Зачем ты появилась в моей жизни? Зачем ты вообще пришла? Почему черт вас всех дери, я родился именно в этой проклятой семье? Почему я не могу ничего за себя решать? Почему меня как бабу женят без согласия? Почему для отца важны лишь гребаные деньги и чертова репутация? А…а как же я? Как же мои чувства? О них кто-нибудь задумывался? Кому-нибудь есть до этого дело? Почему? Почему именно ТЫ?!» Глаза парня расширились, наполнились злостью. Губы сами по себе расплывались в кривую линию, напоминающую оскал тигра. -Скажи… - осевший голос Кададжа раздался в этой тишине, не хуже грома. – Кто мне даст ответы на мои вопросы? – звериный взгляд не давал возможность Тифе сказать ни слова. -«Вопросы? – где-то пробежалось в подсознании девушки. – Какие вопросы?» -Молчишь? – вновь этот нагнетающий ужас голос: грубый, без единой нотки на жалость. – ОТВЕТЬ МНЕ НА ВСЕ ВОПРОСЫ! Разъяренный вой «дикого зверя» разнесся по всей комнате, что даже стеклянные полки в шкафу зашевелились от страха. Локхарт судорожно обхватила себя руками, ища тепло у собственного тела. От его голоса, от его отчаянного крика, душа ускользнула в пятки…слезы невольно подкатили к глазам. Почему он черт побери высказывает все ей? Она одна виновата? -Не кричи!!! – Тифа в порыве безысходности выкрикнула, и слезы было уже не остановить. Ком мерзкими лапами сдавил горло, в груди больно закололо. – Мы в одной лодке! Почему ты винишь во всем меня?!! Я, как и ты стала жертвой!!! На ее истеричные выкрики, Кададж быстро оказался около девушки, и со всей силой схватил за плечи. Ему стало плевать, что он этим сделал больно обоим: и себе(из-за локти) и ей. А точнее он был не в состоянии думать о последствиях, и сравнивать свою силу с ее. Испуганные карие глаза, встретились с разгневанными зелеными. -Замолчи немедленно! – прошипел парень, сильнее сжимая тоненькие плечи девушки. Тифа даже не могла пошевелиться, с диким ужасом наблюдая за тем, как зрачки этого «зверя» расширяются, становясь бездонно черными. Резкий мужской одеколон, смешанный с запахом крови, тут же пробивает нюх, и девушка чувствует весь жар тела парня, об которого можно было ошпариться. -Пусти… больно! – жалобно скулит Тифа, но Кададж ее не слышит, намертво сцепившись за плечи. Он только сильнее сжимает нежную кожу, не давая возможности не только вырваться, но и отвести глаза. -А мне не больно?! – отчаянный крик, раздается на все помещение. – Мне не больно после того, что я потерял?! Кададж уже перешел не просто на повышенный тон, он яростно орал, тряс девушку за плечи, шипел ей прямо в лицо, обжигал своим «огнем», и был на гране безумия. В душе – пурга, в глазах – злость, а на сердце боль… -Пожалуйста отпусти… - девушка прошептала слабым голосом, чувствуя что боль в плечах раздается по всему телу, мерзко пуская там корни. А Кададжу плевать на это. Да, ему плевать. Только не плевать на то, что где-то в глубине души, что-то кричало ему остановиться. Возможно, только благодаря внутреннему барьеру, сдерживающему неконтролируемого себя «зверя», Тифа сейчас еще жива и здорова. Неизвестно сколько еще времени Кададж просто стоял молча, и всматривался в такие глубокие и карие глаза девушки, наполненные слезами. Неосознанно и постепенно, железная хватка стала ослабевать, тело начало остывать, дыхание восстанавливаться, разум приобрел свойство думать разумно, гнев временно отступил. Сделав пару шагов от девушки, наконец, отпустив ее, парень отвернулся, медленно докоснувшись до раненной локти, давшей о себе знать. Кровавое пятно только растеклось по всему рукаву рубашки и мелкие капельки стали капать на пол. -Сделай мне подарок до…свадьбы, – сухо говорит Кададж, вместо должного извинения или хотя намеков на раскаяние. Само слово «свадьба» было ему до тошноты противно. – Не попадайся мне на глаза. Видеть тебя не хочу. С этими словами, парень спокойно открыл дверь, которую со всей силы захлопнул недавно, вышел, и на удивление бесшумно ее прикрыл. После его ухода, сердце Тифы как на иголках вздрагивало от каждого звука, удаляющихся шагов. Медленно опустившись на колени, Локхарт взвыла, подобно пурге. Боль в плечах никак не унималась, а красные следы говорили сами за себя. Завтра обязательно появятся синяки. Да и это было собственно неважно. Боль в сердце в сто раз была хуже, даже, наверное, хуже самой смерти. Девушка поняла, что помощи ей ждать не от кого, от судьбы бежать было бессмысленно, жизнь навсегда связана с человеком, который так сильно ее ненавидит, что готов убить, расправиться беспощадно как хищник со своей добычей. О каком разговоре с ним может идти речь? А договор подавно? И если этот сегодняшний инцидент, оставит жуткие картины в голове, которые будет с трудном вспоминать, раны, которые будут напоминать о его гневе, то Тифа не будет злиться на него, хоть будет и опасаться: он как и она, зверь загнанный в угол, не знающий как быть. «Как строить свою жизнь…с ним?»