Брак по расчету.

Тифа проснулась от собственного же отчаянного крика. Еще с минуту, Локхарт отрешенным взглядом, пялилась куда-то в пустоту комнаты перед собой, с огромным усилием воли приводя себя в чувства. По лбу стек холодный пот, стекая к подбородку, тело судорожно трясло как в лихорадке, руки нервно потянулись к голове, которая раскалывалась сейчас от неумолимой боли. «Еще не поздно...еще не поздно....» - Грозные слова из сна, эхом отдавались в воспаленным от мыслей мозгу, заставляя слезы невольно подкатывать к глазам. Никогда еще так в жизни, Локхарт ни за кого так не волновалась, и не боялась за чью-то судьбу, как сейчас. И ей совершенно было сейчас плевать на все те плохие моменты, на все те плохие поступки, связанные с Кададжом, она готова была все это забыть, все это простить, все это вычеркнуть из своей памяти как кошмарный сон, если бы это помогло, чтобы ОН вернулся... -О Господи, помоги мне пожалуйста... - В отчаяние взмолилась Тифа, сквозь слезы и боль, понимая, что на данный момент ей было уже не у кого просить помощи. Да и не хотелось. Не было желания, чтобы сейчас кто-то из посторонних людей знал, что происходит с ней, и с ее судьбой. На ватных ногах, девушка все же с огромнейшим трудом направилась к столу, на котором лежал мобильник. Часы показывали уже 6 часов вечера, и Тифа в глупой надежде надеялась на то, что ее муж за эти три часа включил сотовый. -Умоляю, Кададж.... - Про себя прошептала Локхарт, молясь на своего мужа, как на божество. Она просто так не желала отступать, не хотела чтобы в ее итак кошмарной жизни, что-то то и оборвалось. Поэтому дрожащими от холода пальцами, Тифа уверенно набрала нужный номер, с замиранием сердца и души ожидая ответ. Гудок. Какое счастье! Второй. Третий. Четвертый. -Ало? - Послышался в трубке очень нежный и сладкий молодой женский голос. Внутри Тифы как-будто что-то оборвалось, как-будто что-то вырвали с корнем, как-будто прошлись по самой душе, по самой ее сущности, растоптав ее, уничтожив. -Ало? Говорите. - Повторил этот самый голос чуть требовательней.... - Да как ты посмела ответить на мой звонок? - Прорычал очень знакомый голос на заднем плане, затем приятный женский голос, сменился раздражительным и нервным. - Тифа? Локхарт медленно опустилась на кресло, чувствуя что по щекам стремительно текут слезы, руки предательски дрожали еле удерживая телефон в руке, а внутри все неумолимо сжалось размером с футбольный мяч. -Тифа? - Повторил Кададж. - Это не то, что ты подумала. - Протараторил нервно он. - В этой чертовой Америке, все секретарши такие наглые и невоспитанные! Стоило мне отойти на пару минут, как Энжела подняла мой телефон. Тифа продолжала молчать, плевав на то, что позвонила первой. -Тифа... - чуть мягче позвал ее Сильверхед. - Я не вру. -Откуда мне знать, что не врешь? - Монотонно спросила Локхарт, вытирая слезы рукавом кофты. Сама же она не заметила то, что ее тон напоминал тон ревнивой жены, кем она себя сейчас и чувствовала. -Я может и сволочь, по твоему мнению, но не настолько... - В привычной манере изрек Кададж, закрывая дверь за собой, и оставаясь в огромном просторном кабинете тет-а-тет с женой. Локхарт молчала. На душе стало намного легче. Может быть и верилось в его слова с трудом, однако что-то внутри, что-то там, под сердцем, говорило что он не лжет, что не станет предавать, что возможно, дорожит. -А я смотрю, ты скучаешь, раз частенько звонишь. - В голосе парня послышались те же насмешливые ноты, что и прежде. От такого тона, от такой манеры, стало намного спокойней, намного привычней. Родней. Тифа вспыхнула как дважды переспелый помидор. Сердце пустилось в галоп, дрожь с двойной силой окутало тело и сознание, все мысли разом выбило из головы, все тревоги, печали, предсказания ушли куда-то далеко-далеко, туда, где им и место. -И что молчишь? Я сам должен разговаривать самим с собой? - Вздохнул Кададж, перекладывая трубку к другому уху. -Кададж. - Немного нервно буркнула Тифа, кладя одну руку себе на живот. - Пожалуйста, я умоляю тебя, приезжай. - Сорвалось с губ само по себе. Как на автомеханизме. Сигарета, которую парень хотел почему-то вдруг закурить, как в замедленном действии выпала из рук. Ее голос, такой молящий, такой отчаянный, такой неземной, как гром среди ясного неба прозвучал на том конце провода. Никогда еще такой..., Кададж ее не слышал. -Тифа? - Немного растерявшись, прошептал парень. - Опять предсказание? -Просто. Прошу. Вернись. Неважно, что будет после. Можешь меня потом хоть всю жизнь унижать, как и обещал когда-то, я буду хоть всю жизнь у плиты стоять и делать все по дому, но умоляю....просто...вернись. Никогда еще «гром», не казался таким неожиданно приятным явлением. Теперь покраснел и сам Сильверхед, сердце забилось с удвоенной скоростью, слова где-то застряли в горле, и потеряли всякое значение, сознание вознеслось высоко до небес, и растворилось там без остатка. -Ти-фа... - По слогам произнес Кададж, не свойственным ему мягким тоном. - Я, конечно, не заставлял тебя говорить это, но... Но, что если не вернусь? Что ты будешь делать? -КАДАДЖ! - Выкрикнула Локхарт, сама не понимая, что на нее нашло. Просто эти до боли жгучие слова, хуже пощечины ударили по лицу. - НЕ ГОВОРИ ТАК! -Ого, какая смена настроения. - Парень слегка усмехнулся. - Я же уже говорил тебе, что вернусь в декабре. Тифа, всего два месяца, и я вернусь. И поверь, когда я вернусь, ты заплатишь мне сполна, за мое воздержание. -Тогда может быть уже слишком поздно... - В отчаянии прошептала Локхарт, плевав на то, как двусмысленно прозвучало сейчас его заявление. -Тифа..., давай поговорим позже? Я тебе позвоню. - С этими словами Кададж отключился, убирая сотовый в тумбочку. Мало ли опять приспичит всяким ответить на его звонки. И от греха подальше. Сейчас, парню нужно было полностью собраться со своими мыслями, привести их в чувства, и просто побыть одному. За все эти два месяца, которые он провел здесь, в Америке, Кададж не испытывал ни облегчения, ни свободы, ни чувства отдаленности. Наоборот. Он хотел отдалиться от нее — взамен только скучал, думал, что на расстоянии будет легче — ошибался, решил, что возможно так будет лучше — ничерта. Все наоборот становилось хуже и хуже. Эта пытка стала хуже смерти. Каждый день. Каждый божий день, парень узнавал новости о своей жене через личного врача, которого нанял сам. Каждый день, он мог с облегченностью вздохнуть, когда с Тифой все было в порядке и норме. Каждый день, парень вел личный мониторинг три раза в день, и каждый раз проклинал себя за то, что не набирался мужества и смелости позвонить самому. Просто легче было играть невидимую роль «бездушной скотины», который даже не осмелился позвонить. И чтобы Аюми больше не навещала Тифу, тоже попросил Кададж у своего отца: боялся узнавать последние новости от нее, ссылаясь на то, что та может проболтаться. А зная девушек, Аюми могла. А так...личный врач, и деньги у того в кармане за молчание. И тут еще странное поведение Тифы. Кададж не мог понять того, что именно пыталась добиться его жена, уже второй раз прося вернуться. Парень свято верил в то, что та сейчас живет припеваючи, в тишине и в спокойствии, без постороннего давления. Однако такое поведение было странным, не похожим на нее, безумным. Даже было как-то приятно. А ее тон...ее такой отчаянный голос, ее просьба, подобна молитве, окончательно загнали парня в угол. Если бы даже и хотел вернуться в течении месяца, то не смог бы. Отец подписал какой-то контракт в американской компанией, послал туда Кададжа для «стажировки», и в течении двух месяцев, парень обязан был находиться там. Обнулит контракт или просто разорвет его — прощай деловые связи с американскими бизнесменами. Подводить отца не хотелось. Не для того тот пробивался к высокому статусу, чтобы его отпрыск все разрушил. Вот что делать теперь? Для Кададжа осталась непосильная задача. Но он решил все же остаться до конца, а после вернуться домой, и попытаться начать свою жизнь заново. Вместе с ней. Исправить ошибки еще не поздно, молодость при себе, главное вера. *** Восемь часов пробило на часах и за окном заметно стемнело. Пугающая темнота окутала дом молодоженов, и прогремел первый за этот день гром, настолько сильный и громкий, что Тифа испуганно укуталась одеялом, в страхе оглядывая серые, пустые стены своей комнаты. Раньше она почему-то казалась светлой, уютной, со спокойной атмосферой..., сейчас же все казалось иным, серым, тусклым, противным. Даже этот дом. Он слишком был огромен и «пуст» для одного человека. Тифа вздрогнула, когда рядом завибрировал телефон. Как ошпаренная она рванулась к нему, с детской радостью открывая крышку. Всего лишь смс-ка. Всего лишь от погодной станции. Все-то очередное штормовое предупреждение. Такое опасное явление погоды, а сейчас казалось такой мелочью... -Почему...почему ты не звонишь... - Тараторила Локхарт. Так хотелось закричать в этот миг. За окном покапал противный мерзкий дождик. Яркий огонь, трещавший в камине, не смог согреть девушку, которая мрачным взглядом смотрела на стекло окна. Раньше переживать одиночество получалось легче...незаметно...сейчас стало все намного сложней, запутанней. Ни Кададжа, ни Клауда спасти не получалось. На три смс-сообщения Страйфу, девушка получала один и тот же ответ: «Иди нахрен», на звонки блондин вообще перестал отвечать, считая свою бывшую девушку ненормальной и чокнутой. А больше она сделать ничего и не могла. И это мерзким червяком грызло душу. Казалось, есть надежда, есть шанс, но получая ответный удар в спину, ничего больше не осталось. -Кададж. Умоляю. Вернись. - три слова были отправлены ммс сообщением, с фото противной погоды за окном. -Я что-нибудь придумаю. Главное — береги себя. И... постараемся начать все заново? -Все, что угодно, если ты вернешься.