Брак по расчету.

-Как я мог...как...как мог... С тех пор как Кададж вернулся в коттедж прошел почти час. Как он добрался до дому - не помнил, помнил то, что все вокруг выглядело как в немом кино, где все слилось в огромное черно-белое пятно. Ничего не сказав отцу, проигнорировав его какие-то нелепые требования, Сильверхед заперся в ванной, напоминавшую из себя царские харомы, и встал под холодный душ. Прохладная вода никак не остужала тот огонь, что пылал внутри, не освежала хаотический поток мыслей в голове, не отрезвляла от недавних событий, не помогала смыть с себя все то дерьмо, в которое он вляпался. Кададж просто не мог поверить в то, что натворил, в то, что не отдавая себе отчета так грязно поступил, уничтожил ту хрупкую нить между Тифой, которую он так пытался удержать. Неужели на этом все закончится? Неужели на этом все и остановится? Есть ли шанс на прощение? Да и о каком прощении может идти сейчас речь от Тифы, раз Кададж больше всего на свете сейчас ненавидел самого себя и чувствовал не просто последним козлом, а сущей сволочью, которая не достойна ни любви, ничего. Облокотившись спиной о холодную поверхность кафели, Кададж подставил свое лицо под холодные струи. В голове по-прежнему творился хаос, вырисовывались самые различные картины, вспомнилось абсолютно все: Тифа, ее слезы, угрозы, которые так нравились Кададжу, вспомнилось то, как он ее любил доводить до истерик, ее нервные срывы, все те слова, которые она говорила, ее голос, карие глаза, алые губы, поцелуй, та страстная ночь, ее просьбы вернуться...Все эти воспоминания были окутаны ярким пламенем и горели в огненной печи, будто их скомкали в один лист бумаги и выбросили гореть. Действительно..., на этом все? Простояв под душем еще некоторое количество времени, Кададж все же вышел из ванны. Просьбы, точнее крики от отца открыть дверь остались проигнорированы, звонков от американских бизнесменов постигла та же учесть, все бумаги, что лежали на столе были отправлены в камин. -Я должен услышать ее, хотя бы знать, что такой, как я еще ей нужен.. - Бегло пробежалось в затуманенных мыслях парня, и он скинув все входящие звонки, среди которых был звонок от Энжелы, набрал номер Тифы. Послышалась приятная мелодия вместо гудков, и через несколько секунд абонент ответил: -Ало? Кададж? Извини, что отвечаю на телефон Тифы, но она только что наконец-то уснула. - Виноватым голосом проговорил мужской голос, и этого хватило чтобы Кададж понял кто это. -Опять ты? - Рыкнул парень, нервно наматывая влажную светлую прядь волос на палец. - Какого хрена ты еще в нашем доме? Рено печально вздохнул, никак не реагируя на такой холодный тон в линии. -Я...я не заслуживаю прощения. - Подавлено сказал Рено, ставя Кададжа немного в тупик. -Что ты натворил, ублюдок? - Нарастающим тоном шикнул парень, глядя на суровое собственное отражение в зеркале. -То, чего не стоило... - Промямлил рыжий по-прежнему виноватым, бесцветным голосом, не замечая того, как двусмысленно прозвучали его слова. -Ты охренел?! Я тебя убью, слышишь! - Кададж заорал так, что парню на том конце провода пришлось отодвинуть телефон от уха. -Успокойся. Это не то о чем ты подумал! - Опешил Рено, приходя в себя, только сейчас понимая в полную меру с кем разговаривает по телефону и что несет. -Блять, говори живо, что с Тифой? Разбуди ее, я должен ее услышать! - Приказным тоном рыкнул Кададж, от чего по телу Рено пробежались мурашки, а глаза он не знал куда деть, то и делая, бегло шарясь взглядом по комнате. -Я ей разболтал о смерти Клауда. Я не должен был этого делать, однако я не смог! Я кретин знаю, полный, идиот и мразь, но с Тифой все хорошо! Винсент и Юффи приедут, мы организуем похороны. Кададж на несколько секунд умолк, переваривая информацию, которая никак его не радовала, а лишь наоборот добавляла масло в итак уже раскаленную сковороду. -Слушай сюда, внимательно. - Мрачно кинул Сильверхед, что-то записывая на бумагу. - Во-первых, выметайся к чертям из нашего дома, и чем дальше, тем лучше. Во-вторых, бери Винсента, Юффи, кого хочешь, и организовывайте все сами без участия Тифы. В-третьих, я сегодня же вылечу в Токио, и в четвертых чтобы сегодня же тебя не было в доме. Испарись, исчезни, иначе я тебя убью. Это все. -Чувак, я... Протяжные гудки говорили сами о себе. Вызываемый абонент отключился, а Рено не теряя ни минуты рванул в комнату Тифы. *** -Тифа, проснись! Тифа! - Рено слегка потряс девушку за плечи, и она как на механизме сонно открыла глаза, и сразу же отвернулась от турка, не желая его видеть. -Уходи, видеть тебя не хочу. - Промычала в подушку Локхарт, пряча свое лицо и красные от слез глаза. Рено сделал глубокий вздох, после чего присел на край кровати. -Тифа, я знаю, ты сердишься, я скрыл правду. Но Кададж... - Рыжий и договорить не успел, как Локхарт соскочила с места, стоило лишь услышать его имя. -Что с ним?! - девушка уставилась на друга, как удав на кролика. Если он опять соврет ей, или что-то утаит, видит Бог — она его прибьет. -Тифа! Кададж звонил, сказал что вылетит в Токио, Тифа, это же радостная новость! - Воскликнул Рено, наблюдая за тем, как девушка резко подскочила с кровати как попрыгунчик, меняясь в лице и в настроении мигом. -Это правда?!! - переспросила Локхарт, не веря ни своим ушам, ни в чудо, которое только что произошло. Сердце забилось так отчаянно и сверхбыстро, что дышать получалось через раз, внутри все скрутило от чего-то приятного и невыносимо страшного одновременно. Захотелось закричать толи от радости, толи от собственной же глупости, чего девушка так и не решилась сделать. -Да. Я сегодня же съеду. - Рыжий вновь почувствовал себя виноватым, и решил что ему и правда пора сваливать от сюда, и как сказал Кададж, чем дальше, тем лучше. - Тифа, еще раз прости. Локхарт проводила Рено взглядом полных эмоций, и ни о чем не думая, упорхала на кухню, забыв обо всем на свете, ведь такая новость выбила из головы практически всё. Все ушло на задний план, Тифа чувствовала себя как никогда хорошо, как никогда счастливо и глупо. Как последняя влюбленная школьница она начала в спешке вытаскивать из холодильника абсолютно свежие и нетронутые продукты, и начала творить из них шедевр, заодно умудряясь пританцовывать под музыку и подпевать. *** -Зачем я лечу? Как буду смотреть тебе в глаза? Еду лишь для того, чтобы увидеть? Чтобы гребанные слова какой-то шарлатанки не ранили тебя дважды? В кого ты превратила меня, Тифа Локхарт... Если честно, чтобы сейчас отказаться, здесь в самолете, Кададжу понадобилось очень много усилий. Самой страшной проблемой был отец, который угрожал, махал перед лицом своими контрактами, упреками о бизнесе и тому подобной выгоде о себе любимом. Но стоило Кададжу заикнуться о хреновом состоянии Тифы Локхарт, смерти лучшего друга, пыл Ясухиро Сильверхеда поубавился в двойне. И пока он решал отпустить ли сына в Японию или нет, Кададж снял со счета необходимые деньги и молча слинял. Так еще и не было билетов, все места были заняты, пришлось уламывать какую-ту старушку поехать рейсом в пятницу. Та сначала отмазывалась, возмущалась, не хотела, но получив приличный конверт в руки, сразу же дала зеленый цвет. И если бы не Рено, если бы не та новость, что он по-прежнему в их доме, по-прежнему не может жить без приключении и притягивает к себе беды, а также и тех, кто находится рядом с ним, Кададж вряд ли бы решился вылететь сегодня в Японию. И в этот момент стало как-то фиалетова на то, что это бизнес отца, на то, что он поставил его в неловкое положение среди партнеров, на то, что совершил ужасный поступок, даже на то, что сейчас ужасно болела голова, и хотелось век проваляться в постели, ведь главное — это прибыть в Токио и остаться там. Хотя бы ради того, чтобы если на прощение нет шанса, то хотя бы увидеть ее. 9 часов спустя. На часах показывало 12 часов ночи. Тифа примерно подрасчитала время приезда мужа в Токио, и поэтому не покладая рук, не смотря на тяжесть в животе и в спине, приводила дом в порядок. Получалось ужасно медленно, на все не хватало времени и рук, но это делало девушку счастливой, впервые, за последние недели, которые она провела в слезах и угрызениях совести. -Боже! Забыла все вытащить из холодильника и накрыть стол! О Боже! - В панике, Локхарт отбросила от себя веник, и поспешила на кухню, рискуя ненароком свалиться с лестницы. Вытащив из холодильника все то, что она приготовила собственноручно, Тифа принялась со счастливым выражением лица сервировать стол, аккуратно расставляя тарелки в нужном порядке, как ее и учил когда-то отец. Честно говоря, девушка увлеклась готовкой настолько, что приготовила как-будто не на двоих, а на целую роту. Да и стол получился уж слишком «населенным»: 5 видов салата, 6 видов холодной закуски, 4 вида рыбных блюд, 2 полные вазы с нарезанными фруктами, кучу тарелок непонятно для чего, а в заключении две огромные свечи с красивой подставкой. Хотелось бы встретить приезд Кададжа в компании друзей, отца, чтобы было шумно и весело...хотя бы раз, только уж много НО. Сейчас был далеко не повод, чтобы собираться вместе, и что-либо отмечать. Похороны как - никак на носу....От одних только мыслей, Тифу передернуло, и ее лицо немного помрачнело, глаза заблестели от набегающих слез, захотелось плакать... -Нет! Забудь...не сейчас. - Самой себе процедила Локхарт, вытирая слезы, и принимаясь распаковывать мешок с салфетками. В дверь раздался звонок. Неожиданно и негаданно. Тифа выронила из рук пачку с салфетками, и как одревесневшая приросла к одному месту, забыв как дышать. Сердце не просто забилось, как бешеный мотор, оно готово было выскочить наружу; телом охватила приятная дрожь, от которой начали трястись коленки, руки, голос. В ушах стало невыносимо больно, в груди сердце отплясывало чечетку, а душа от передозировки эмоции покинуло тело, превратив его в цемент. Звонок раздался еще раз, и Тифа как механический робот направилась к двери, схватившись за сердце только ради того, чтобы оно случайно не выпрыгнуло. Отворив дверь, точнее открыв сразу несколько замочных скважин, Тифа зажмурилась, боясь открывать глаза и что-нибудь сказать в честь приезда. -Хм, а если я маньяк какой-нибудь? Спрашивать надо, прежде чем открыть. Локхарт медленно приоткрыла глаза, узнав до боли родной и знакомый голос, и так и застыла на одном месте, просто приковавшись к его изумрудным глазам, которые на фоне горящей лампочки во дворе, светились действительно как изумруды. Верить в реальность не хотелось, земля сошла с орбиты и ушла из под нос, вселенная и все вокруг потеряли всякий смысл, сущность, ведь ОН тут, живой, целый, невредимый, настоящий, родной... -Не смотри так, я не достоин этого взгляда. - Мысленно послал ей это Кададж, не смея отвести глаз, хотя по идее должен был. Он так хотел сейчас подойти к ней, обнять до хруста костей, попробовать заново на вкус ее губы, погладить выступающий живот, прошептать то, что он как ненормальный сорвался с этой проклятой Америки, чтобы оказаться рядом, но не мог. Он ни за что этого сейчас не сделает, ведь не имеет право даже прикоснуться к ней, после того, что сделал. Ему нет прощения. -Ну здравствуй. - Чуть насмешливо поприветствовал Сильверхед, напяливая на лицо привычную маску, будто ничего и не было, будто они и не планировали начать все заново. - Вот я и тут. Можешь не бредить теперь своими предсказаниями. - Он закрыл дверь, волокя за собой довольно тяжелую сумку. - Рено ведь уже тебе сообщил, что я приеду? И он кстати еще тут? Тифа была в этот момент далеко от этого места. Она ничего не слышала, не ощущала, просто замерев на месте, не смея двигаться. В глубине души она так надеялась, что вот-вот он подойдет, обнимет, и она сможет сказать о том, что безумно скучала все это время, что безумно рада его видеть, что больше никуда не отпустит, а взамен этому, он просто прошел мимо и все. Как-будто чужие люди, как-будто ничего и не было. -Тифа? - Чуть слышно позвал ее Сильверс. Он прекрасно понимал ее состояние, чувствовал всем своим телом ее дрожь, волнение, слышал как сердце отбивает сверхбыстрый темп, но опять же но. -Я рада тебя видеть. - Немного растеряно начала Локхарт, убирая длинные пряди за ухо, и быстро направилась в сторону кухни, где залпом выпила большую кружку воды. Никогда она еще так себя не чувствовала, одно только присутствие Кададжа рядом сейчас вызывало внутри столько всего...не передать словами. Как только Тифа скрылась за поворотом кухни, парень то и мог сделать глубокий вздох, оперевшись руками о стену. У самого внутри творилось черти что, все перемешалось, смешалось и перемешалось еще раз, дважды. От такого волнения, что заполнило тело сейчас, думать о чем-то было крайне сложно. -Для кого это все ты приготовила? - Подал голос Кададж, минутами спустя заходя на кухню следом за Тифой, где она сидела за столом и ужасно нервничала, хоть и глупо пыталась делать вид, что абсолютно спокойна. -Готовила все к твоему приезду...для кого же еще. - Дрожащим голосом пояснила Локхарт, впецившись в вилку. - Я правда, так счастлива... -Я не имею права на все это. - В слух выпалил парень, оставаясь в дверном проеме. Локхарт подняла свои глаза на мужа, не понимая почему он это говорит...почему так ведет себя, за место того, чтобы выглядеть счастливым и чувствовать то, что и она. -В смысле? -В прямом Тифа. Не имею права. - Кададж закрыл глаза, огромным усилием воли заставляя себя не заплакать, как последней тряпке. - А если честно, я узнал, что ты не пьешь лекарство и часто нервничаешь. Еще и Рено в дом пустила. Вот и решил приехать, чтобы ты тут сильно не наглела. - Не зная для чего и зачем, но Сильверхед все же сказал это, произнес эти жестокие слова, хотя должен на коленях стоять и извиняться сейчас. -Только лишь ради этого? - По слогам спросила Тифа, разжимая ладонь, понимая, что все ее старания, переживания, слезы — зря. -Если бы ты знала ради чего я приехал... - Пронеслось в мыслях, где был сплошной туман. - Давай не будем нашу с тобой встречу истериками встречать? Я в душ и спать. Утром поговорим, там и решиться наше будущее. - Ничего не сказав более, парень просто вышел из кухни, так и не переступив порог, и не разделив ту радость, с которой Тифа все это приготовила и ждала. Что сейчас чувствовала Локхарт — лучше не чувствовать никому. Сердце словно вырвали из груди варварским способом, смяли в клочок бумаги, растоптали его, плюнули в душу, уничтожили все, что когда-то было. Для чего теперь слезы? К чему были все эти слова? Что теперь делать? За что цепляться? Стоит ли верить во что-то лучшее после всего что только что было? Он не только ранил по самую душу, он оборвал что-то внутри такое, что пять минут назад еще существовало, радовалось, нервничало и любило. -Хватит. Всему есть предел. Это был последний крик моей души. - Твердо, мрачно проговорила Тифа, и не притронувшись к еде, быстро зашагала к себе в комнату, где не задумываясь ни над чем, начала собирать вещи, на ходу вытирая слезы, которые было уже не остановить. Упаковав свои вещи в две небольшие дорожные сумки, Локхарт спустилась в зал, где быстро набрала номер загородного такси, затем спустила вниз свои сумки, нацепила на себя легкую осеннюю куртку и начала дожидаться. Внутри было невыносимо больно, слезы никак не переставали литься, уже было трудно дышать, густая пелена застилала глаза, так хотелось все разбить на куски от вида праздничного стола, который выглядел призрачным и непритронутым. -Я не понял, ты куда собралась на ночь глядя? - В шоке спросил Кададж, выходя из душа, пробегаясь беглым взглядом по сумкам, и по одетой Тифе, которая упорно пыталась заставить себя не плакать. -Не имеет никакого значения уже. - Монотонно процедила Тифа, собираясь открывать дверь и уйти из дому. Кададж сорвался с места, преграждая путь жене, закрывая дверь обратно. Он никак не мог сообразить и понять, что нашло на Тифу, которая буквально 10 минут назад выглядела, как смущенная девчонка перед мальчиком. -Тифа, ты с ума сошла?! На улице ночь, идет дождь! -Дай мне пройти!!! - Грозно вскрикнула Локхарт, делая вторую попытку выйти из дома. И во-второй раз дверь перед ее носом захлопнулась, и теперь Кададж прижал ее к стене, нависая всем телом. -Думаешь я тебя отпущу? - С шумом произнес Сильверхед в миллиметре от губ жены. Та невольно вздрогнула, уперевшись ладонями ему в грудь. -С меня хватит, я долго терпела, я ухожу!! Немедленно дай мне пройти! - Тифа перешла на самые высокие тона, и если бы рядом были «живые» соседи, они бы все проснулись. -Не отпущу, даже если ты сама меня попросишь об этом. Девушка заметно стихла, поднимая глаза на парня, видя в них некую аристократическую тоску и грусть. А эти слова не хуже цепи приковали ее к нему. -Хватит играть со мной... Я не игрушка. - Почти вымолила Тифа, продолжая вглядываться в его зеленые глаза, которые на такой опасной близости магнитили, вовлекали в свой плен. -Да, ты не игрушка — Согласился парень, уже просто мечтая ее поцеловать, ее губы в несколько миллиметрах так и манили это сделать, так и просили о поцелуе. - Ты для меня намного больше. -Я больше тебе не верю. - Заявила мрачно девушка, пытаясь высвободиться. -Все равно не отпущу. - Прошептал Кададж, продолжая держать жену в своем плену. От такой близости, начало понемногу сносить крышу. Если бы не кучу обстоятельств и проклятых «но», Тифа давным давно была бы не здесь, зажатой между стеною и парнем, а в его спальне. -Мы же хотели начать все заново, так почему ты по-прежнему ведешь себя так? Тебе так нравиться меня мучить? - Локхарт уперлась со всей силы в грудь мужу, вцепившись ногтями ему в кожу. Предательские слезы никак не хотели останавливаться, собственный же голос дрожал как осиновый лист. Сильверхед проигнорировал боль, и спустился вниз, обняв девушку за живот, приложив ухо. Зачем он это сделал — не знал, но так захотелось. -Потому что я виноват перед тобой. - Совсем тихо прошептал парень, позволяя девушке выплеснуть наружу все накопившиеся эмоции. -Еще как виноват! Ты даже не интересовался моим здоровьем, ты даже не спрашивал кто у нас будет: мальчик или девочка, ты просто спонтанно приехал и вновь ведешь себя так, как раньше!!! На ее отчаянные крики, парень болезненно улыбнулся, поднимаясь с колен, и притягивая жену к себе. От такого необычного поведения, Тифа замерла в немом ступоре, а руки беспомощно опустились вдоль тела. -У нас будет мальчик, я знаю. Только не спрашивай откуда. И не спрашивай, почему я приехал...я тебе все равно не отвечу...А сейчас иди спать, завтра утром поговорим, и если ты решишь что на этом будет действительно точка, мы разойдемся...только тогда я тебя отпущу. Тифа немного отошла от мужа, не понимая суть его слов. Но судя по тону, разговор будет серьезным. И только она хотела что-то сказать, или спросить, Сильверхед приложил палец к ее губам, и слегка улыбнулся. -Т-ссс, не говори ничего сейчас. Просто иди спать. -Это какая-то игра? - Локхарт не понимала, ей было ничего не понятно, хотелось услышать ответ сейчас или узнать, что происходит. Но на ее вопрос, Кададж с легкостью поднял ее на руки, от чего Тифа слегка вскрикнула, и отнес в комнату. Затем он по последним звонкам отменил вызов такси, и поднялся в гостиную, где устало лег на диван, хватаясь за волосы. Только сейчас, парень понял, что ему так никогда хренова не было, и дело вовсе не в похмелье. Если он до этого старался не думать о том, как ужасно болела голова, то теперь боль отдалась с двойной силой. Единственной мыслью — это было как-нибудь заснуть, настроить себя на разговор, как-то сказать, не скрыть это, как делают многие неверные мужья. На лучший исход разговора он и не надеялся, поэтому чисто психологически готовился к разрыву после всего того, что было.