Среди руин

Дом Семь-Пень-Дыра представлял собой настолько жалкое зрелище, что Рита сначала подумала, что они завернули не туда. Серое потрёпанное временем здание отдалённо напоминало сиротский приют. Граффити было буквально везде, балконы держались на честном слове, мусорный бак был всего один и тот был переполнен. Горьянов телепортировался минутой позже Шито-Крыто и теперь недоверчиво поглядывал на бумажку с адресом бывшего однокурсника. Рита заглянула ему через плечо. « г. Бердск. ул. Земляничная. д. 4. кв. 44.» Рита невольно фыркнула. Она, конечно, как и другие была наслышана о том, что иногда академик Сарданапал специально подсовывал ученикам такие дома. Для приобщения к народу, так сказать. И теперь Семь – Пень - Дыр явно стал жертвой случая. Хотя, Рита больше склонялась к тому, что заявка Дыра попала в загребущие руки Поклёпа, который после одного случая люто ненавидел главного богача Тибидохса. Демьян ещё раз окинул взглядом дом и цокнул языком. - Да, не-е-е… Не мог он здесь поселится, Рит. Это же Пень! Он со своей чистоплотностью даже на километр не приблизился к этой помойке! Рита качнула головой в знак согласия. Привычку Дыра всё дезинфицировать она слишком хорошо помнила. Когда тёмные собрались для какого-то мероприятия в её комнате. Рита там принципиально не убиралась, считая, что магам вообще убираться не следует. Пень, зашедший первым, так изменился в лице, что Рите потом три ночи снился (правда, с клыками и красными глазами). На улице по-прежнему было жутко тихо и для полной картины, по мнению Риты не хватало только перекати-поля. Ребята помялись немного надеясь на чудо, но к их большому сожалению никакого Семь – Пень – Дыра на горизонте не было. Тяжело и решительно вздохнув, бывшие однокурсники направились к дому. Никакого домофона или любого другого средства защиты на двери не наблюдалось. Видимо на Земляничной была полная гармония, и воры, забредавшие на эту улицу в поисках наживы, с горя вешались. В подъезде пахло так, как-будто тут совсем недавно умерла собака, а после ещё штук десять. На страшно обшарпанной лестнице Горьянов споткнулся целых шесть раз, а Рита восемь, но даже это суровое испытание не изменило их решения. Горьянов, привыкший к специфическим запахам вокруг себя, шёл вперёд упрямо и непреклонно, как лёдокол. Рита поднималась за ним с не меньшим упрямством. Она уже мысленно несколько раз сглазила Дыра, и теперь ей просто было необходимо привести свои мысли в исполнение. На двери квартиры №44 одиноко висел ароматизатор-ёлочка. Коврик, порванный в нескольких местах, призывал вытирать ноги. - Пень точно повесился, - угрюмо констатировал Демьян. Рита была солидарна с Горьяновым. Если не повесился, то уж точно застрелился. Тот Семь-Пень-Дыр, которого она знала с самого первого курса, скорее бы отправился в Дубодам, чем жил здесь. Переглянувшись, бывшие однокурсники постучали. За дверью послышались шаги, чертыханья и через минуту перед ними предстал Семь-Пень-Дыр. Рита не заметила особенно сильных изменений, разве что, парень стал выше и худее. Ёжик тёмных волос, хитрющие карие глаза. Да, это определённо был Пень. - Какими судьбами? – спросил он, не здороваясь. - Я задыхаюсь, Пень. Ещё две секунды и тебе придётся подыскивать мне могилку с видом на террариум, милый. – заявила Рита, отталкивая Семь-Пень-Дыра и заходя в квартиру. *** Первого взгляда было для Риты достаточно, чтобы понять – Пень не изменил себе. Всё было идеально во всех смыслах. Лишённая изысков мебель, кристально-белые занавески, стол без единой пылинки. Дыр тут явно не вешался, скорее домработница. Стол, стоящий посередине, служил одновременно и для работы, и для трапезы. Экономия и рациональность так въелись в сущность Семь-Пень-Дыра, что даже на явной помойке он мог вполне спокойно существовать с комфортом. По случаю прибытия гостей, Пень моментально убрал все бумаги со стола и поставил чайник. Вскоре на опустевшем столе уже красовалась тарелка с печеньями и конфетами, а в огромные кружки-бульённицы, Пень налил чай с душицей. - Итак, как я уже спрашивал, дорогие гости, какими судьбами в наши дальние края? – спросил Дыр, наблюдая за поглощением своих запасов. - Письмо, - лаконично ответил ему Демьян. - От Медузии, - решила внести немного ясности Рита. - Серьёзно? Я то думал, что это наш лопоухий комментатор опять мутит воду. Неужели Медузия соскучилась по нашим многосглаженным лицам? - Ага, Пень. Спит и видит, как всё тёмное отделение водит с ней хороводы вокруг Тарараха. – мрачно сказал Демьян, хрустя крекером. Он до сих пор с содроганием вспоминал дни, проведённые в теле сороконожки по вине Медузии. Рита фыркнула. Ей тоже вспомнился именно этот случай. Она как раз шла в свою комнату, когда странная сороконожка с убийственной аурой переползла ей дорогу. - Нет, Медузия точно больше любит светленьких. Приглашать тёмных сама она бы никогда не стала. Тут что-то другое… - начала рассуждать Рита, но Пень внезапно перебил её. - Тяжёлое положение дел в магическом мире? Неужели… - Дыр нахмурился и начал теребить мочку уха. Он делал так только, когда сильно переживал. Рита нахмурилась и взглянула на Демьяна. Тот в первый раз понял её без слов и обратился к Семь-Пень-Дыру. - Тебе что-то известно? Пень ещё несколько раз пробежал глазами послание Медузии и, отхлебнув чая, ответил. - Немного. Сейчас я работаю в компании, которая занимается поставками магических перстней в разные уголки России. С недавних пор компания на грани банкротства, потому что новых магов не могут найти. Вернее, перехватить. - Перехватить? То есть они сбегают? – нахмурился Демьян. Пень покачал головой. - Нет. Кто-то забирает их раньше магических школ. Нет магов – не нужны кольца. Всё проще простого. Некоторых, правда, успевают забрать, но таких меньше половины. Магщество Продрыглых Магций пытается всё замять, поэтому даже мне известно очень мало. Ещё участились нападения на мирных жителей. Я имею ввиду в волшебном мире. Находят всё больше трупов. Нет зацепок. Вообще ничего. У жертв всё на месте, а значит это не грабитель. У них лишь один удар в голову заклятием, поэтому версия с сумасшедшим маньяком отпадает. Пень замолчал и отпил из кружки. Он явно больше ничего не знал, и Рита, неплохо знавшая Дыра поняла, что именно неизвестность во всём этом его особенно раздражает. Её, честно говоря, это тоже бесило. Рите захотелось вылететь в Тибидохс немедленно.