Всё проверяется временем (Рабочее)

Солнце заходило за горизонт, окрашивая небо в самые разные оттенки красного. На востоке появились первые звёзды, ещё не очень яркие. Ветер кружил по улицам, завлекая в свой волшебный танец листву деревьев. Годрикова Впадина всегда была такой: таинственной, манящей и волшебной. Каждый дом здесь был оригинален, не похож на других. Но остановимся на небольшом доме на окраине. Архитектор явно постарался, создавая данное жилище. Это, конечно, были не царские хоромы, но жители дома не жаловались. Ещё бы, аккуратно покрашенный в голубой цвет, не потускневший за десять лет существования дом казался кусочком неба. Рамы на окнах позолоченные с витиеватыми узорами в виде лозы. Ступени достаточно широкие, чтобы два человека могли свободно разойтись. Они вели к высокой белой двери, всегда радушно пропуская множество родственников и гостей. Если вы поднимете глаза наверх, то с восточной стороны увидите небольшой балкон, обвитый тонкими стеблями плюща. Рыжеволосая девушка, опираясь локтями на перила балкончика, рассматривала звезды на почти чёрном небе. К сожалению, из своей комнаты она могла наблюдать лишь за рассветом. Это тоже прекрасное явление, но именно закат всегда вызывал у неё восхищение. Это ведь так волнующе, видеть, как яркие краски постепенно сходят с неба, с деревьев, с травы, да со всего, окрашивая природу в темные тона ночи. Девушка разочарованно вздохнула, явно размышляя о чём-то печальном и ушла обратно в комнату. По виду комнаты было понятно, что в ней живет подросток, мечтающий о свободе от родительских наказов, о первой любви, о поездках по миру. Короче, обыкновенный подросток XXI века. Комната в зелёных тонах, небольшая, но уютная. В ней царил «творческий» беспорядок, как выражалась сама её хозяйка. Если бы не книги, лежащие на прикроватной тумбочке, то можно было подумать, что здесь хозяйничает сорванец или просто непослушный ребенок. Тишина и покой этой скромной обители были разрушены резко ворвавшимся туда черноволосым юношей, кричащим что-то и размахивавшим руками. — ЛиЛу! ЛиЛу! Там Ал такое придумал! — округлив глаза, проорал паренек. — Джеймс, прекрати кричать! И вообще, я ничего не хочу знать про изобретения Алана! Мне прошлого раза хватило, — Лилиана грозно смотрела на брата, уперев руки в бока. Вылитая мама. — Ну, Лилс, пожалуйста. В последний раз, — пообещал Джеймс. Сейчас он выглядел так комично со своей взлохмаченной прической, щенячьими глазками и сложенными в умоляющем жесте руками, что ЛиЛу невольно рассмеялась. Не говоря ни слова, она прошла мимо брата и открыла дверь со словами: — Вперёд! Подвиги не ждут! — и побежала вниз. Спустившись на первый этаж, она повернула к двери, а, оказавшись на улице, зашагала к маленькому сарайчику. Подойдя к нему, рыжеволосая подождала Джеймса и три раза постучала. Это был секретный пароль. Конечно, какие родители будут рады, если узнают, что их дети проворачивают «тёмные» делишки. Дверь открыл светловолосый парень, оглядевший пришедших оценивающим взглядом, будто решая пустить их или нет. Серые глаза источали холод, но ребята знали, что это напускное. На самом деле он хороший парень. — Привет, Скорп. Ты что здесь делаешь? — как можно более небрежно спросила ЛиЛу, хотя её сердце пропустило несколько ударов, и дыхание сбилось. — Отец отпустил к вам на несколько дней, — пропуская их внутрь, ответил Скорпиус. — Где-то дракон сдох, что твой папочка не стал возражать, — хмыкнул Джеймс. — О, ёжик! Ты что-то сказал? — Я Алану скажу, чтобы тебя к мадам Помфри отправили, когда в Хогвартсе будете. У тебя со слухом проблемы… — Ребята, тише! Я не могу сосредоточиться, — раздраженно прикрикнул на друзей Алан Северус. Разговоры тут же стихли, и юноша оказался окружённым тремя заинтересованными подростками с горящими от предвкушения глазами. Ал что-то усердно ковырял в странной штуке, похожей на кусок метеорита. — Ал, что это? — настороженно поинтересовалась ЛиЛу. — Это артефакт, — благоговейно произнес средний сын Поттеров. — Он работает по принципу Маховика времени. Ну, так предполагается. Я тут поработал с ним чуть-чуть. Естественно, не без помощи Джеймса, и теперь он может перемещать не одного человека, а нескольких людей на определённый промежуток времени. Допустим, захочу я нас перенести в утро сегодняшнего дня, нам всего лишь нужно будет взяться за руки или за любой другой участок тела, главное, чтоб контакт был, я произнесу заклинание и, вуаля! Понятно? — Более-менее, но где ты его нашёл? — не отрывая глаз от камня, спросила девушка. — Да мы с мамой недавно на Косой Аллее были. И пока мама новую мантию искала, ну, вы понимаете о чем я, я сбегал в «Бергин и Боркс» и купил это, — объяснил, как само собой разумеющееся, Ал. Три пары глаз неверяще уставились на него. Тёмно-карие - Джеймса. Медовые - Лилианы. Серые - Скорпиуса. — Что? Что я такого сказал? — Какого Мерлина ты был в магазине чёрной магии? — проревел игрок сборной «Гарпии» Джеймс Сириус Поттер. — Но там находятся самые интересные и волшебные артефакты мира, МИРА! — возмутился Алан. — Ты же знаешь, что это опасно, — начала причитать ЛиЛу. — Да ладно вам! Я там сто раз был, и ничего со мной не случилось. Я просто не верю, что ты, Поттер, там был, — спокойно сказал Скорпиус Малфой. — А что такого? И вообще, если вам что-то не нравится, то выметайтесь отсюда! — решительно провозгласил Алан. И вновь наступила тишина. Ребята молча стояли и ожидали, когда Ал назначит дату и время проведения эксперимента. Вдруг раздались тяжелые шаги, и Алан быстро накрыл артефакт клеенкой, достал карты и жестами приказал всем сесть. Поправив очки, съехавшие ему на нос, он достал колоду и одним движением руки разложил всё так, будто они играли здесь уже не первый кон. — Алан! Джеймс! ЛиЛу! Скорпиус! — кричал отец семейства Поттер, спаситель всего магического мира, бывший Мальчик-который-выжил и главный аврор. Гарри Поттер был уже давно не ребёнком, но зелёные глаза, всегда светившиеся энтузиазмом, могли утверждать обратное. На голове аврора почти не было седых волос, что было странным, с его-то работой. Мистер Поттер никуда не утратил свое вечное желание спасти кого-нибудь. Наоборот, оно лишь усилилось с годами. И поэтому, он сейчас спешил на помощь своим (и не своему) детям, которые, по его мыслям, попали в беду. И не важно, что один из твоих детей уже играет за команду Шотландии по квиддичу, что второй ребенок уже поедет в Хогвартс на седьмой курс, а твоя «маленькая» дочка — шестикурсница. — Пап, мы здесь! — крикнула ЛиЛу, удобнее усаживаясь на земле. Через минуту дверь в сарай была открыта с такой силой, что она чуть не слетела с петель. В дверях стоял обеспокоенный влохмаченный Гарри Поттер. — Пап, с нами всё нормально. Мы всего лишь играем в карты, — размерено и чуть устало объясняла Лили. — Вы уверены? — уверенный кивок со стороны детей. — Я что сказать хотел… Мама зовет вас домой: уже поздно, и на улице темно. А кое-кто боится темноты. Мистер Поттер смотрел на свою дочку. Он всегда удивлялся, как она была похожа на Лили Эванс. Те же рыжие, горящие пламенем волосы, тот же носик, вздёрнутый вверх, даже улыбалась ЛиЛу точно так же, обнажая ряд белых зубов с чуть выпирающими клыками. Только недавно он осознал, что его маленькая дочурка стала уже взрослой шестнадцатилетней девушкой. — Ну, папа. Я уже не маленькая и не боюсь таких глупостей, — фыркнула девушка. — И вообще, пойдем, а то мама волноваться будет. Она первая зашагала на выход. За ней последовали все остальные. Оказавшись на улице, ЛиЛу поёжилась от холода. Через секунду она почувствовала теплые мужские руки на своих плечах. — Замерзла? — Немного. Пойдем, пап, — протянула рыжеволосая, утягивая отца за собой. — Я хочу чай. Мы же попьем все вместе? — Конечно, дорогая. Но если Скорпиус не захочет, то не заставляй его. Он же наш гость. — Пап, прекрати. Он не такой уж аристократ до мозга костей, который пьет чай лишь в четыре часа дня из фарфоровой чашки на украшенной позолотой скатерти в компании таких же снобов, как и он. — Как же я раньше не догадался? — спросил сам себя Герой Войны и рассмеялся, а затем к нему присоединилась Лилиана. Попав в дом, они сразу же направились на кухню. Там уже сидела миссис Поттер и попивала только что заваренный чай. Её светлые волосы упали на лицо, за что немедленно были отброшены назад. Она подняла серо-голубые глаза на детей и улыбнулась. — Розалия, ты прочитала мысли нашей дочери, — улыбнулся Поттер-старший. — По-другому и быть не может, — мягко улыбнулась женщина и поцеловала мужа в щёку. Да-да, вам не показалось. Гарри Поттер не женился на Джинни Уизли, но по-прежнему дружил с ней и со всем семейством, теперь включающим и Гермиону, и два её приложения, появившихся благодаря Рону. Как говорится, они не сошлись характерами, хотя что-то я в этом очень сомневаюсь. Но полноценную историю вы узнаете от самих участников чуть позже. Усадив детей на кухне и предоставив им полную свободу действий и выбора, родители ретировались в спальную комнату. ЛиЛу взялась обслуживать своих братьев и друга. Разлив зелёного чая с киви и клубникой, она поставила на стол вазочку с печеньем, зефиром и шоколадными конфетами, приобретенными в маггловском супермаркете. Пока она занималась сервировкой, мальчишки договаривались, где уложить Скорпа. — Ребят, мне действительно не важно, в чьей комнате я лягу. Главное, чтоб не на полу, — говорил Малфой. — О, так ты можешь и в комнате ЛиЛу лечь? — спросил Ал, усмехаясь. — Я не против, но наш дорогой Джим будет волноваться, — парировал Скорпиус и приобнял Лилс, отчего та залилась краской. — Мавфов, это нэ смифнов, — попытался пригрозить Джеймс, но из-за обилия печенья в его рту это получилось не очень. — Так, Скорпиус ляжет в комнате Алана на кушетке. Я пойду расстилать кровать. А вы допивайте чай и тоже отправляйтесь спать, — наказала всем девушка. Парни переглянулись, но не посмели ей возразить. ЛиЛу зашла в комнату брата и достала из шкафа чистое постельное белье. Кое-как она разгребла кушетку от валявшихся на ней вещей Ала, заправила постель и отправилась к себе. Придя в комнату, гриффиндорка заметила, что на пуфике сидит парень. Парень, чей голос заставлял её плавиться, как масло на сковороде. Парень, чей взгляд создавал в ней бурю эмоций. Парень, чьё прикосновение оставляло невидимый след на её коже надолго. Скорпиус Гиперион Малфой. — Что ты тут забыл? — спросила шестикурсница почти твёрдым голосом. — Пришёл спросить тебя кое о чём, — хитро сощурив глаза, парень стал подходить к Лилиан. — Г-говор-ри, — пропищала она. — Не найдется ли у тебя время на то, — Скорп стоял в нескольких дюймах от девушки и накручивал её медную прядь на палец, — чтобы дать мне одеяло? — Тьфу, Малфой! Ты всегда такой идиот? — сердито спросила Лилс, отойдя от него на несколько шагов. — Только в присутствии красивых девушек. Лили смутилась и отвернулась, надеясь, что Скорпиус не заметил румянца на её лице. Достала из-под кровати одеяло и протянула его другу. — Зачем тебе сейчас оно? Тепло ведь, — недоумевала ЛиЛу. — С детства мёрзну, — коротко ответил Скорп. — Ммм, ясно. — Спасибо, — поблагодарил Слизеринец и слегка прикоснулся губами к щеке девушки, а затем тихонько ретировался. Поттер еще долго стояла в ступоре, но потом побежала и прыгнула на кровать. Так она и заснула, держа в руках подушку и думая о Скорпиусе. ЛиЛу надеялась, что он не распознал её настоящих чувств к нему, уже давно не дружеских. Что ж, не будем мешать нашим героям наслаждаться миром Морфея и закончим повествование на этом моменте.