Игра

Ещё ни разу в жизни Учиха Саске не проводил так бесцельно два дня. Обед воскресенья отразился тупой болью в голове, неприятным зудом кожи, прокуренными волосами и надоедливыми вопросами. Проведя безвылазно целый день в своей комнате, он безрезультатно пытался сопоставить все услышанное и увиденное, как-то связать всё, рассортировать по полочкам, упорядочить заметки, распутать клубок ядовитых змей, которые своими раздвоенными языками вот уже несколько дней осязали его мозг. Но сегодня умственные способности младшего Учихи взяли отпуск, оставив ему дерганую интуицию и конскую дозу никотина. Ближе к полуночи трезвость ума и здравость рассудка соизволили вернуться, но стало ещё хуже – сигареты кончились, жажда усилилась, мысли становились все бредовей. В итоге Саске понял, что ему скучно. Странно! Он всегда знал, чем будет заниматься в следующую минуту, составляя чёткий график на каждый день. Отвергнутый ежедневник уже несколько дней обижено покоился на столе, но исправлять эту небрежность Учиха не хотел. Ему было скучно, но не от того, что не было чем заняться, а от того, что было не с кем. Да, он сходил с ума! Ему хотелось снова от души посмеяться над безудержным Инудзукой, попытаться вникнуть в ход мыслей лентяя Нары, притронуться к тайнам Кейгенов, ощутить на себе теплый невинный взгляд Узумаки. Да, именно взгляд! А ещё прикосновение, совсем легонькое, чтобы загорелая ладонь нежно сжала его призрачные пальцы, чтобы жесткие волосы ласково покалывали его кожу, чтобы искусанные в кровь губы страстно шептали его имя… Утро понедельника было ещё хуже. Постыдный эротический сон заставил невозмутимого Учиху Саске довольно долго принимать контрастный душ и даже подумать о том, чтобы позаботиться о своем состоянии стояния лично, но мысль сразу же была отвергнута. Он никогда не дрочил, не дрочит и дрочить не будет! По крайней мере, сегодня… Мать снова пыталась о чём-то поговорить, но так и не решилась, очевидно, на трезвую голову её язык упорно противостоял импульсам мозга. Осенний дождь мелко смазывал картину дня, навевая скуку. В университете все шло своим чередом: Таюя направо и налево не щадящим матом раздавала отработки; какой-то очкатый Хмырь пытался обучить основам первой медицинской помощи; придурковатый Огурец, вещая о неизвестной силе юности, заставлял исполнять сотни несуразных упражнений; милая Шатенка несла бессвязный психологический бред. Отношения в компании тоже были в норме: Шика дрых, Киба ржал, Наруто улыбался, Кайл молчал, Кая не было. Почему? Младший Кейген ответил, что брат занят какими-то делами. Какими? Вопрос деликатно замяли. В общем, домой Саске вернулся мокрым от грозового дождя, раздосадованным из-за скучного дня и злым на самого себя. Но за окном был «ещё не вечер», о чем предупредил, вошедшего на кухню в поисках чего-нибудь съестного Саске, вид окутанной алкогольной аурой матери - Почему не на работе? – Саске было непривычно видеть её дома в такое время, да ещё и пьяной в хлам - Нам нужно поговорить, - заплетающимся языком произнесла Микото - Проспись для начала, - Учиха решил по-быстрому удалиться - Мне страшно, - почувствовав, что сын остановился в дверном проёме, женщина продолжила. – Мы так вами гордились. Вы были так похожи. Весь мир мог бы упасть к вашим ногам - К чему это? – мать впервые за пять лет заговорила с ним о брате - Ему было тогда не на много больше, чем тебе сейчас. Он был уже взрослым. Ему с легкостью давались правильные решения. Ты так стремился сравниться с ним. Тебе было так больно, когда он ушел, что ты стал таким же, как он - Не смей нас сравнивать! - Помнишь, как ты пришел домой с огромным синяком под глазом, тогда ты сказал только ему, что тебя избили, и он начал с тобой тренироваться. А помнишь, как ты сердился, когда не понимал задачи по математике, тогда он занялся для тебя репетиторством. А помнишь, когда ты промочил ноги и заболел, тогда он всю ночь не отходил от тебя, меняя компрессы. Он никогда не подпускал нас к тебе. Он всегда считал тебя своим и только своим - Это было давно - Для меня это было вчера. А потом, помнишь, он ушел. Ты хорошо помнишь тот день? - Даже лучше, чем хотелось бы - А ты знаешь почему? Почему он бросил нас…, тебя? - Потому что ему так захотелось - Помнишь, как за ним пришла полиция. Они его обвиняли. Помнишь, в чем? - Да. Но доказательств не было. Его в той перестрелке не было - Был. Отец. Он подключился к делу. У него были должники. Они… уничтожили нужные улики - …? - Знаешь, почему он пропадал ночами? Знаешь, почему он замкнулся в себе? Знаешь, почему он изменился? Он стал работать на… на… мафию, - мать впервые за весь разговор посмотрела на сына - Нет. Это не так! – Саске отказывался верить - Так. Несколько месяцев отец следил за ним. У него уже была своя группа. Они были чистильщиками, то есть убирали ненужных якудзе людей - Заткнись! Зачем мне всё это!? - Ты изменился. Ты замкнулся в себе. Ты стал пропадать по ночам. Ты… - следующая фраза должна была превратиться в вопрос, на который Саске ни за что не хотел отвечать. Поэтому он ушел. Микото снова плеснула в стакан мутной жидкости. С каждым годом Саске всё больше и больше становился похожим на Итачи. Но она надеялась, что младший сын никогда не пойдет по стопам старшего. Похоже, она ошиблась. Ей было страшно. Дождь прекратился, и небо немного прояснилось, но не для Саске. Он гнал машину, не разбирая дороги, не щадя колес и не заботясь о правилах. Догадывался ли он. Наверное. Особенно, когда узнал, что брат знаком с Кейгенами. Это же ничего не доказывало. К отцу часто обращались люди с сомнительной репутацией, но данный факт не делал его убийцей. Дремлющая ненависть дернулась наружу, когда он осознал, что брат соврал ему - «Он ушел не по тому, что хотел начать самостоятельную жизнь, а потому что был должен работать на мафию. Именно должен, ведь никто добровольно не захочет убивать людей, разве что психи. А брат никогда не был психом, он был расчетливым. Значит, эта связь была нужна ему для чего-то. И даже если это так, если, уходя, он знал, тогда почему он пообещал вернуться, почему так смотрел на меня возле ринга, почему не сказал ни слова при встрече? Отец… Мать… Брат… Все эти годы они обманывали меня, считая маленьким и глупым. Я всегда был Саске! Всегда! Но они видели во мне лишь отражение Итачи. И теперь, когда мать говорила со мной... Нет! Она говорила не со мной, она сказала мне то, что вот уже пять лет хотела сказать брату. Я всегда был – тень Итачи!» Машина остановилась возле уже знакомого дома в новом элитном районе Токио. Сейчас это был не самый лучший вариант, но коль железный конь принес его сюда, Саске не собирался отступать. Было слишком много вопросов, на которые мог знать ответ Кейген. Но Учиха понимал, что так просто он свои карты не раскроет, а значит нужно действовать осторожно, нужно ему подыграть. Саске чётко слышал, что из-за закрытой двери рвется музыка, но ему вот уже несколько минут никто не соизволил открыть. Разворачиваться и уходить ни с чем было не в стиле Учихи, поэтому он нагло нажал на изогнутую ручку. Было бы проще, если бы дверь оказалась запертой, но нет же… Она бесшумно пропустила незваного гостя и так же бесшумно отрезала путь назад. Невесомая лирическая музыка одинокой гитары доносилась из комнаты Кая. Саске решил, что раз он уже здесь, то нужно действовать и приоткрыл дверь. Старший Кейген в просторных домашних штанах и белой рубашке сидел на своей чёрно-красной кровати и со знанием дела перебирал золотистые струны такой же чёрно-красной гитары. Саске оценил приятную расслабляющую музыку, немного грубоватый бархатный голос, а потом прислушался к словам. Они были ему не знакомы, что свидетельствовало об авторстве играющего. Саске удивился ещё больше, когда до него дошел смысл слов песни: Туман опустился на город, И темень накрыла дома, Повеял из севера холод – На улице только она… В квартиру заходит устало, Небрежно бросает пальто, И в жизни её всё достало – Не любит девчонку никто. Никто не звонит ей, не пишет, Никто не пришлёт смс, И как-то трагично всё вышло – Утратили к ней интерес. Из шкафа достала вина полбутылки, Налила неполный стакан, До дна осушила всё пылко – Пила за любовь и обман. Сквозь слёзы набрала номер, И слышит секунду спустя: «Сейчас абонент не доступен», - Отбой нажимает, грустя. Балкон освежил её ветром, Лукаво моргнула луна, И вдаль, увлеченная светом, Как птица метнулась она… Проснулась – бутылка пустая, Темно, не звонит телефон – Она в этой жизни устала, Устала и хочет домой - Как раз вовремя – музыка оборвалась внезапно, застав Саске врасплох. – Я уже собирался начать без тебя Учиха сразу же оценил вид, откладывающего гитару Кая. Усталость. Вот что он видел. Синяками под ресницами Кейген мог сравниться даже с Гаарой, а бледностью кожи – с Саске. Но, тем не менее, его движения оставались уверенными, а глаза – горящими - Не знал, что ты играешь - «Мог бы придумать что-то и получше», - мысли брюнета всегда отличались от слов - Ты ещё много обо мне не знаешь. Ты же не собираешься на тренировку в этом? – и тут до Саске дошло – он невольно оказался в не нужном месте в не нужное время, к тому же в костюме - У меня не было времени переодеться - «Блядь! Он же подумает, что я так спешил сюда, что даже не заехал домой!» - Можешь взять вещи Кайла. Я подожду Саске довольно быстро подобрал нужную одежду – спортивные штаны и просторную майку, – которая имела легкий цветочный ореол. Брюнет поморщился – почему-то вспомнился манящий шоколадный аромат Кая и интригующий грейпфрутовый запах Наруто - «Из натурала в бисексуалы. Паршиво» Кай уже ждал его в гостиной - Мы что здесь будем заниматься? - «Прозвучало как-то глупо» - Нет. Пошли, - они покинули квартиру и, пройдя немного далее по коридору, вошли в другую. Возможно, когда-то это было жилое двухкомнатное помещение, которое теперь превратилось в одиночное поле боя – только голые стены и несколько стоек с оружием - Нам принадлежат все квартиры на этом этаже, - ответил Кейген на немой вопрос, разуваясь - Не проще было бы купить дом? - В одном доме всё, как на ладони. А так можно отгородить от гостей ту часть жизни, о которой им не обязательно знать. Начнем с контактного боя Саске был очень даже не плохим бойцом, но с Каем было трудно состязаться. Удары были молниеносными и неожиданными. Приходилось все время быть начёку. От удара соперника с разворотом в прыжке удалось уклониться. Несколько быстрых выпадов руками он смог блокировать. Его же подсечка обернулась сальто партнёра назад. В ход пошли ноги – их длинна была его преимуществом, но нанести ощутимый удар Каю не удавалось. Удар левой ногой – захват ее соперником – наклон с перенесением тяжести тела на опёртые о пол руки – удар правой ногой из-под низа с разворотом – мимо, но левая нога свободна – шаг вперед с наклоном корпуса – в полуобороте прошел под рукой противника – захват руки – залом руки – Кай, прижатый к его торсу спиной – сильный удар из-под низу ногой в лоб – мелкие звездочки - Хорошо, Саске. 1:0 в мою пользу. Возьми по две катаны, - гордость Учихи пострадало пищала, но в тот же момент и злорадствовала, ведь с холодным оружием он был куда опасней Метал скользил друг о друга с приятным звоном. Саске вошел в азарт потому, что после несколько минутного сражения противник начал уступать. Это был его шанс. Обманный манёвр справа – скрещенные катаны противника блокированы – взмах слева – перёд белой рубашки Кая теперь свисает ненужной тряпкой, обнажая тугие витки бинтов вокруг стройного тела - 1:1, - тяжело дыша, говорит Саске, оценивая кремовою кожу живота противника и содрогаясь при виде достаточно широкой повязки, скрывающую чуть ли не полтела Воздух клокочет между ними. Кай ускорил удары, заставляя Учиху отступать все далее к стене, но Саске тоже не лыком сшит: оба лезвия между лезвиями противника – ниже кисти руки сжаты вместе – значит, попался – круговые вращения руками – руки Кая отброшены в стороны – удар ногой в грудь – мимо. Вдруг Кейген побежал в противоположном направлении, а Саске в порыве сражения за ним. Кай не останавливается - «Он что собирается врезаться в стену? Его дело! Вперед!» Следующие, что успел заметить Учиха, это картинка из голливудского боевика: босые ноги с легкостью прошли метра два по стене в то время как он уже не мог быстро остановиться; соперник в сальто, казалось бы, повис в воздухе, пронзая его высоковольтной молнией чёрных глаз, он лишь сумел инстинктивно прижаться к стене, когда ощутил двойную боль вдоль спины - 2:1, - с придохом констатировал голос возле уха. – Предлагаю пока что закончить Саске никогда и ни за что не остановил бы бой в проигрыше для себя, но тянущая боль остро царапала спину. Он потянулся к ноющему месту и наткнулся на что-то горячее и скользкое. Кровь… - «Сходи в душ, а потом я обработаю раны. Он произнес эти слова так буднично, будто это я порезал палец, а не он полоснул меня. Хотя чего ещё можно было ожидать от будущего члена Совета. Зачем вообще такому человеку, как он, знакомство с такими, как мы? Хотя, он так страстно произнес 2:1, и волосы и него такие мягкие, и губы такие влажные, и запах такой сладкий. Интересно, какой он ориентации?» Саске неудобно поёжился, одевая на слегка мокрое тело, боксеры. Мало того, что сегодня его разбудил стояк, так теперь ещё и ткань шелковых трусов однозначно указывала на очевидный факт – он возбуждался, думая о парнях - Иди сюда, - показывая на место поперед себя, сказал уже переодетый Кай, сидя по-турецки на полу в гостиной Саске, раздетый по пояс, сел спиной к Кейгену. Он уже осмотрел в зеркале ванной последствия спарринга. Ничего страшного там не было, просто две легких царапины вдоль позвоночника, но обработать их перекисью не мешало, чем и занялся Кай. Странно, но одна рука парня была горячей, как раскаленная спираль, а вторая холодной, как арктический лёд. Его прикосновения к коже были очень легкими и приятными, вызывая совершенно неуместное сейчас покалывание в низу живота. Саске приглушенно зашипел, когда порезы воспаленно защипали - Больно? Сейчас, - и Кай обжог дыханием и без того зудящую кожу, вызывая на ней мириады «мурашек». В данной ситуации брюнету нужно было бы отстраниться, обругать и уйти, но вместо этого лишь, прикрыв глаза, он запрокинул голову назад. Уж лишком новым и неведомым было это ощущение. В следующую секунду он почувствовал, как дыханье сменилось отрывистыми поцелуями вдоль позвоночника, перемещаясь все ближе к шее - «Нужно врезать этому извращенцу. Врезать этому… Врезать… Ах!» - Саске и не заметил, как поцелуй со спины переместился за правое ухо и сменился легким укусом, сразу же зализанным влажным горячим языком. Дыхание обветрило ушную раковину, а желанный язык начал исследовать ее изгибы. Обжигающие-ледяные руки требовательно опустились на плечи, поворачивая брюнета на 180 градусов. Мягкие тонкие губы прижались к его полураскрытым губам. Кай бережно прихватил своими губами нижнюю губу Саске и медленно потянул на себя, потом проник языком под верхнюю губу, слегка прикусив ее зубами. Горячая рука нагло сжала подбородок, а язык Кейгена юрко проник в податливый рот Учихи, заставляя язык последнего вырисовывать невообразимые не возбужденному человеку полукруги вокруг сигаретно-кофейного органа. Сознание туманилось. Саске желал одного – прикоснуться к скрытой под плотными витками бинтов мужской, именно мужской груди… - Кай...? – Саске готов был разорвать непрошеного гостя, коим оказался Кайл, гневно сверлящий взглядом застуканную парочку. Старший Кейген спокойно отстранился и, накинув на раздосадованного Учиху рубашку, ровным голосом произнес - Спасибо, Саске, за спарринг. Пока, - брюнету ничего не оставалось, как неудовлетворенно поджать «хвост» и, прихватив вещи, покинуть приглянувшуюся квартиру. - Это было слишком опрометчиво с твоей стороны, - Кайл явно негодовал, следя взглядом за тонким потоком дыма вишневой сигареты - Всё под контролем, - холодно, сдержано, чётко - Он видел бинты - Их все видели - Будут вопросы - Значит, нужно поведать правду Саске с трудом доехал до дома, на его губах всё ещё горел незапланированный поцелуй. Это был его первый опыт с парнем. Было приятно и… целостно. Да, именно так. После этого поцелуя внутри не было пустоты, которая оставалась после слюнявого лобзания с девушками. Хотелось применить полученные знания на Узумаки… Как только щелкнул входной замок, в прихожей появилась Микото. Настроение Саске сразу же громко провалилось в бездонное ущелье - Ты вернулся? – мать выглядела взволнованной - «Думала, уйду, как Итачи» - А что не видно? - Что-то случилось? - «Случилось! Я целовался с парнем!» - Нет, - Саске быстрым шагом направлялся в свою комнату - Что это? – голос Микото дрожал - «Наверно, кровь проступила сквозь рубашку, когда я прижался спиной к сидению машины» - Ничего - САСКЕ! Раньше брюнета раздражало то, что родители никогда не заходили в его комнату: отец – брезговал, мать – боялась, но сегодня данный факт спас его от не нужных объяснений. Немо взирая полуночные тени, Саске обгладывал события минувшего дня. Открывшаяся правда хаотично дергала нервные окончания пальцев. Он осознал, что всё это время его знаниями о брате манипулировали(да, родители были ещё теми сволочами); что Итачи на самом деле был хладнокровным убийцей (хотя времени прошло достаточно для того, чтобы он смог продвинутся по скользкой лестнице преступного мира); что он был бисексуалом (хотя, до недавнего времени он не замечал за собой влечения к парням). Но, не смотря на все скопившиеся факты, он так и не сделал то, зачем всё-таки зашел в квартиру Кейгена – он не задал ему интересующие его вопросы. - «Завтра я обязательно спрошу Кая об Итачи… И об этих чудовищных бинтах…», - это были последние мысли, прежде чем Саске погрузился в сон. Но Кай не пришел, ни завтра, ни послезавтра, ни послепослезавтра… Его не было целую неделю.