Гадкий утёнок

Слишком давно омегу посещал такой глубокий и спокойный сон. Спать как младенец, это можно было сказать про него. Зато проснулся Марк в гордом одиночестве, зато тепло укрыт, а лоб ещё помнил поцелуй альфы. Он ушёл недавно, или уже давно..? Постель ещё хранила его запах, и запах Дориана тоже. Омега понимает, что скучает? Да, и Леонард тоже очень скучает по своему мужу. Дориан - неотъемлемая часть его жизни. Их жизни. Выбраться из постели не составило большого труда, омега даже её застелил, понимая, что голоден? Да, смертельно голоден! Живот жалобно заурчал. Умывшись, парнишка выходит из комнаты, замечая, как суетятся горничные, бегают, прибирают, носятся с новым постельным бельем и одеждой, относя всё это в отдаленную комнату в конце северного крыла поместья. Затем Грегори попросил омегу пройти к себе в комнату, Марк, конечно же, послушно пошёл, и только у лестницы заметил, как Леон радостно приветствует супруга. Дориан тут же обнимает своего красавца альфу, целует, и они о чём-то беседуя, переместились в гостиную. - Мистер Эссекс, - к омеге снова подошёл дворецкий. - Граф Дориан настоятельно просил, чтобы вы находились в своей комнате, сэр. - Но, - немного помялся мальчишка, - я проголодался, и думаю, спуститься в столовую... - Завтрак ожидает вас в вашей комнате, сэр, - ровным тоном повторил Грегори. - Прошу, - и положив руку на плечо омеги, повел того далее по коридору. - Амм... - попытался спросить Марк, глядя на бету. - Что-то ещё, сэр? - Я... Можно мне к Леону? - Граф Леонард занят, как и господин Дориан. Я передам им вашу просьбу. Что нибудь ещё, сэр? - Нет. Спасибо, - тихо ответил омежка. - Приятного аппетита, сэр. Если вам что-то понадобится, зовите прислугу и лично меня. - Хорошо. Спасибо. И вот, Марк снова остаётся один. В его комнате оказывается есть балкон! Он был завешан плотными золотыми шторами, теперь же он открыт. Там - на столике с мягким диванчиком, парнишку ждал очень сытный завтрак. Стоило увидеть вкусности, как снова заурчал живот. Омега в ту же секунду сидел под лучами тёплого солнца, на просторном застекленном балконе, поедая завтрак по обе щеки. С едой было покончено довольно быстро, и Марк уже начинал скучать. Раз его альфы заняты, то он им мешать не станет. Выйдя из своей комнаты, омега направился по коридору в сторону библиотеки, он хотел продолжить своё "обучение". Проходя мимо лестницы, шатен почувствовал на себе чей-то взгляд, затем обоняние улавливает новый запах? Да, пахло чем-то вроде сырости... Будто мокрое полотенце скомкали и забросили далеко в тёмный угол. После прозвучал голос: - Дориан, кто это? Марк оборачивается, замечая прямо за собой юношу. Омеге было на вид лет девятнадцать. Был на голову выше, плотнее телосложением, с короткими русыми волосами. Он сверлил парнишку своими темно-коричневыми, почти чёрными глазами. - Где, Эллиот? - донесся с низу голос альфы. - Здесь, наверху, - продолжал парень. - А что ты делаешь наверху? - граф поднимается, обнимая омегу, тот в свою очередь цепляется рукой за шею брюнета, тут же целуя того в губы. Марк не верил своим глазам, широко их распахнув от потрясения. - А... Это... - взглянув на парнишку, Дориан закусывает губу. - Ещё один омега, Дориан, - ехидно перебивает его "гость". - Я думал, что меня тебе хватает... И, - он снова презренно посмотрел на омежку, - не думал, что тебе нравится "такое", - ярко выделил последнее слово. - Тебя не должны интересовать мои дела, Элли. Он - очередная моя собственность. Сейчас - игрушка Лео. - Ясно, значит Лео нравится "такое". Ничего, я это изменю... - усмехается парень лукавым взглядом. - Не сомневаюсь. Иди вниз и налей себе ещё вино... - хлопнув русоволосого по заднице, Дориан отправляет того обратно в гостиную. Затем взгляд падает на ошарашенного омежку. - Я сказал тебе, сидеть в комнате, не так ли? - Да. Прости, - промямлил Марк, заглядывая в янтарного цвета глаза. - Я просто... - Так что ты делаешь здесь?! - резко поднял тон альфа, заставив парнишку вздрогнуть. - Марш к себе! Чтоб глаза мои тебя не видели! - указал пальцем в сторону двери. Марк виновато согнулся, и тут же убежал к себе, и только после минуты шока понял, что плачет? Да, горькие слезы стекали по щекам, а сердце больно щемило. С громким выдохом шатен падает на колени, плача от неудержимой боли внутри себя. Он не понимал тех чувств, что сейчас его терзали. Нет, он рыдал не от того, что на него накричали, не от грубости альфы разрывало его сердце. С печалью омега понимает, что ревнует. Ревнует сильнее, чем любит, или наравне с этим сильным и чистым, наивным чувством. Он не знал, как себя вести. Он снова один. Парнишка боялся покидать свою спальню аж до вечера, даже ужин ему принесли в комнату, и только ближе к ночи его опасения подтвердились, услышав протяжные, громкие, пошлые стоны, что исходили с нижнего этажа поместья. Он снова ошибся. Леонарда в тот день омега не видел.