You don't stop me, baby

- Ты с ума сошел? - выдыхаю слова тебе в ухо. Сердце бешено колотится, руки потеют. Голова идет кругом. - Мы же в школе... - Раньше тебя это не смущало, - тяжело дышишь, целуешь мою шею. Приспускаешь рукав платья, обнажая худое плечо. - И нечего было так развратно сегодня одеваться. Да, здесь ты меня уел. Платье до колена, чулки с подвязками, которые ты даже не видел, пока не залез под юбку, - все это слишком зацепило, слишком завело тебя. Ты, очевидно, еле сдерживаешься, но молю, потерпи хотя бы до дома. Там я буду вся в твоей власти. - Но не посреди же коридора!.. - последняя гласная срывается на тихий предательский стон: твои горячие руки коснулись тонкой ткани белья. - А мы и не посреди, мы с краю, - улыбаешься и приподнимаешь меня, усаживая на черт знает зачем поставленные перила у окна. Устраиваешься между моих послушно раздвинутых ног и целуешь. Целуешь так, будто это последний наш поцелуй. Будто завтра ты уезжаешь или, того хуже, уходишь на фронт. Будто мы видимся последний раз в этой чертовой жизни, где без друг друга просто не протянем. Чувствую, как ты входишь в меня. Когда только успел расстегнуть брюки? Едва сдерживаю сладкий стон и утыкаюсь лбом тебе в плечо. Ну почему я такая слабохарактерная, не смогла воспротивиться тебе? Нас точно кто-нибудь заметит... Двигаешься нарочито медленно, входя и выходя почти полностью. Будто мучаешь меня, издеваешься надо мной, но знаешь, что если ускоришь темп до привычно быстрого, жесткого, грубого, я перестану себя контролировать. И хоть все уроки уже час как закончились, все разошлись по домам, а мы здесь лишь под предлогом дорисовывания стенгазеты, я боюсь быть замеченной. Как же потом объяснить людям, почему мы, два абсолютно незнакомых человека, с такой откровенной нежностью занимаемся сексом прямо в школе? Кладешь ладонь мне на лицо и целуешь. Легко, едва уловимо, время от времени прикусывая губы. Слабо стону тебе в рот, пытаюсь держать себя в руках, но разве это когда-нибудь было просто? От тебя и твоих прикосновений у меня просто сносит крышу. Хочется кричать и царапать тебе ногтями спину, чтобы ты запрокидывал голову назад и так возбуждающе шипел сквозь стиснутые зубы. Как в наш первый раз. Запускаю пальцы в твои волосы, целую, но ты почти тут же отстраняешься, и я чувствую, как твои мягкие влажные губы касаются моей шеи. Рука, до этого лежавшая на моей щеке, оттягивает и без того глубокий вырез платья и касается груди. От этих обжигающих прикосновений по коже бегут мурашки, заставляя меня непроизвольно выгибаться. Вцепляюсь пальцами в твои острые плечи, и ты чувствуешь это даже через толстовку. Морщишься, прижимаешь меня ещё ближе к себе и делаешь несколько довольно грубых толчков, заставляя меня на мгновение разучиться дышать, а потом, издав громкий стон, обессиленно облокотиться на тебя. Ты хрипло стонешь мне в ухо и с силой сжимаешь бедра руками, не давая отстраниться. Как хорошо, что я додумалась снова начать пить таблетки. - А я знаю, почему ты сегодня так оделась, - шепчешь ты. Тяжелое горячее дыхание приятно щекочет ухо, и я непроизвольно ежусь. - И почему же? - Два года, - ты прижимаешься своим лбом к моему и улыбаешься. - Два чертовых года ты одним своим взглядом заставляешь меня поддаваться животным инстинктам. - Ты первый начал эту игру, - усмехаюсь я и опускаюсь на пол. - Я пыталась тебя остановить, но... Вместо ответа ты лишь напеваешь строки из песни, которая прочно ассоциируется у меня с тобой, и, взяв меня за руку, ведешь вниз по лестнице. "You don’t stop me baby, please I tell you don’t stop me!"