На опушке леса — у берёзы старой Смотрит из-под снега маленький цветок, Долго пробивался, потому усталый, Потому подснежником человек нарёк. И как только вырос маленький цветочек Из-под снега толщи, после вьюг и бурь, Срезу почему-то стали дни подольше, В воздухе запахла тёплая лазурь… Всё вокруг сменилось, засияло ярко, И улыбки дарят люди все вокруг, Днём уже бывает и тепло, и жарко, О любви и счастье говорим мы вслух. (с) Иван Михайлов
Кэтрин Я находилась в полудрёме, когда почувствовала, как моя кровать скрипнула, и меня обняли сзади. Улыбнувшись сквозь сон, я повернулась к человеку, устроив голову на его груди. — С добрым утром, — сказал он, нежно целуя меня в макушку. Я глубже вдохнула такой родной запах, теснее прижимаясь к брату. От него пахло ромашками и свежескошенной травой. — А вдруг отец зайдет? — спросила я, внутренне сжавшись. — Мне всё равно, — спокойно ответил брат. — Он же опять тебя пороть будет? — я, немного отстранившись, обеспокоенно посмотрела в его голубые глаза. — Ради тебя я всё переживу, — он улыбнулся и поцеловал. Я ему ответила, углубляя поцелуй. Да, это неправильно, но мы уже давно любим друг друга. Блондин, оторвавшись от моих губ, погладил меня по щеке и навис сверху, спускаясь поцелуями от шеи всё ниже…* * *
Лёгкие, крылатые, Как ночные бабочки, Кружатся, кружатся Над столом у лампочки. Собрались на огонёк. А куда им деться? Им ведь тоже, ледяным, Хочется погреться. (с) И. Бурсов
— Нет! Сестра! — кричал брат, изо всех сил стараясь догнать меня. — Кэтти! Я болталась на плече мужчины, который стремительно бежал в сторону леса. Через несколько секунд мой дом скрылся за стволами деревьев. Добежав до какой-то пещеры, мужчина кинул меня на лежащий у стены лапник. Я сжалась, боясь пошевелиться от страха. По моим щекам невольно потекли слёзы. Всё произошло слишком быстро, я не понимала, что сейчас будет… Похититель повернулся ко мне, неспешно подойдя ближе и присев передо мной на корточки. Я коротко вскрикнула, прикрыв рот рукой. Его глаза были кроваво-красные, в темноте казалось, что они светятся. Я вжалась спиной в каменную стену. — Что, малышка, страшно? — ласково спросил вампир, оценивающе оглядев меня. Я непроизвольно кивнула, заворожённо глядя на клыки, обнажившиеся при улыбке. — Отпустите меня… Пожалуйста… — Нет, извини, — промурлыкал он, взяв прядь моих волос и вдохнув их запах. — Я довольно голоден, поэтому и похитил тебя. Знаешь, не люблю есть у кого-то на виду, второпях, — он клыкасто улыбнулся. Я вжала голову в плечи. Он нахмурился. — Не сопротивляйся, так будет намного больнее. Рывок, острая боль в шее, чей-то крик, темнота… Очнулась я в той же пещере. Вампира нигде не было видно. Тяжело дыша, я ощупала шею. Следов укуса не было, но на коже был кровавый подтёк. На улице был поздний вечер, окрашивающий небо в фиолетовый цвет. Я вслушалась в темноту, пытаясь понять, здесь ли ещё мой похититель. Звуки леса буквально били по ушам. Через секунду у меня закружилась голова, а до моего носа донёсся запах. Очень вкусный запах. Не понимая, что делаю, я вышла из пещеры и побежала туда, откуда доносился этот восхитительный аромат. Я заметила, что деревья мелькают мимо меня намного быстрее, чем раньше. Что со мной происходит?.. Выбежав на поляну, я увидела раненого человека. У него была оторвана нога, и из неё толчками вытекала кровь. Человек уже был без сознания, и он меня не видел. Я вдохнула ещё раз и почувствовала, что я хочу попробовать эту кровь на вкус. «Что ты хочешь?..» Я резко остановилась в нескольких шагах от умирающего и моргнула несколько раз. «Боже, неужели я стала вампиром?..». Через силу сделав несколько шагов назад, я убежала от человека, хотя новые инстинкты требовали вернуться, а живот буквально скручивало от голода. По пути мне попался медведь. Его морда была в крови. Видимо, именно он и напал на того беднягу. Он заметил меня и угрожающе зарычал, встав на задние лапы. «У него же тоже есть кровь», — шепнул внутренний голос. Я напала на медведя, легко увернувшись от лап, и прокусила шкуру. В рот полилась тёплая солёная кровь. Животное заревело. Наконец чувство голода утихло, давая мне возможность подумать. «Брат…» — мелькнуло в голове. Я залезла на дерево, стараясь понять, в какой стороне деревня. По пути я случайно сжала ветку, толщиной с мою руку, и она хрустнула, сломавшись. «Надо контролировать свою силу». Примерно поняв, где я нахожусь, я побежала к дому. Была ночь. Собаки почуяли мой запах, и в деревне меня сопровождал их отвратительный лай, что мне хотелось зажать уши. У нашего дома росло большое дерево с раскидистой кроной. Оно уже давно переросло саму постройку. Я аккуратно залезла на него, затаившись напротив комнаты брата. Блондин сидел на полу, обхватив голову руками. Его плечи вздрагивали от рыданий. «Нет, не плачь, я здесь», — хотелось сказать мне. Я очень хотела подойти к нему. Влезть через окно и обнять. Но мой обострившийся слух уловил шаги на лестнице. В комнату вошёл наш отец и накричал на брата, почему тот не спит. — Я волнуюсь за Кэт. Её нет весь день. Мы должны найти её! — Его слова прервала рука отца, отвесившая такой подзатыльник, что брат ударился головой о собственные колени. — Одной нахлебницей меньше. Вы, ублюдки, вообще должны благодарить меня, что я вас не вышвырнул из дома! А теперь хватит скулить. Забрав единственную свечу, отец вышел, хлопнув дверью и заперев её на ключ. Брат, точно заводная игрушка, подошёл к кровати и укрылся тонким одеялом, сжавшись в комок вздрагивая. Я выждала около получаса, прислушиваясь к звукам дома. Наконец, отец лёг в своей комнате, долго ворочаясь, и я бесшумно открыла окно, скользнув в комнату брата. Он уже спал, хмурясь во сне. Подавив в себе желание укусить его и сглотнув вязкую слюну, я подошла к кровати и прошептала ему на ухо: — Я всегда буду защищать и любить тебя… Я погладила его по волосам, оставив на его подушке одинокую ромашку.