Прости, я его люблю... Но ты мой брат

Как тяжело, любимый, понимать, Что до конца не буду я твоею, Но это не мешает мне желать Тебя, и быть и ближе, и роднее, Чем для другого, кто моей судьбой Увы, уже давно себя считает, А я хочу всем сердцем быть с тобой! Я лишь об этом, милый мой, мечтаю! (с) В. Морозова

Кэтрин сидела в своей комнате, откинувшись в кресле и закрыв глаза. Она вспоминала тот день, когда Карлайл чуть не умер от клыков обезумевшего от жажды вампира. Боль пронизывала всё её существо, когда она вспоминала весь тот ужас от мысли, что брата больше нет. Это ощущение безграничной пустоты, выплескивающейся из тебя и заполняющее всё окружающее пространство… Кэт не переживёт этого ещё раз. Вампирша откинула голову на спинку кресла, припоминая давно сказанные слова. — Ты жив, значит, я жива, — сказала она вполголоса. Это правда. Кэтрин не покинет этот мир, пока брат жив. Она сделает всё, что поможет сохранить его жизнь, даже если придётся переступить через себя. Планы Вольтури ей были хорошо известны. Совершив перелёт, завтра вампиры будут в Сиэтле. А ещё через день уже состоится битва, и неизвестно, чем она закончится… Вампирша вздохнула, обхватив себя руками. Вольтури сейчас были внизу, «обедали», а она вернулась из леса и сидела у себя. Люди не должны были страдать от того, что она та, кем является. Жизнь сама рассудит, кто заслуживает наказания за свои грехи. В голове всплыла произошедшая давно сцена.

* * *

Стояла поздняя осень, и свечи были практически единственным источником света в церкви, оставляя бóльшую часть пространства в полумраке. Последние лучи солнца проникали сквозь цветные стёкла витражей, но они были очень слабыми и не могли проникнуть вглубь здания. Кэтрин сидела на скамье в самом конце зала, прикрыв глаза и слушая окружающий мир. Шуршание одежд послушников, убирающихся после службы, потрескивание свечей, тихие шаги, приглушённый шум улицы сквозь толстые двери и этот непередаваемый запах воска и каких-то трав. Служба закончилась около получаса назад, но девушка не хотела уходить. Церковь. Вера. Чистота. Умиротворение. Это были нераздельные понятия для неё, семнадцатилетней девочки. — Дитя моё, — мягко обратился к ней подошедший священник. Он был довольно стар, как ей казалось. В тёмных волосах было много седины, глаза были в окружении морщинок, которые двигались, когда он говорил или улыбался. Руки он спрятал в рукавах рясы. Больше рядом никого не было. — Я заметил, что ты каждый день ходишь сюда. Что тебя беспокоит? — в его голосе были тепло, спокойствие и толика интереса, позволительная для старика. — Святой отец, я больше не могу жить, — сказала Кэт дрогнувшим голосом, отвернувшись от мужчины и сжав зубы. —У тебя чистая и добрая душа, — возразил священник. — Поэтому ты должна жить. Расскажи мне, почему ты не можешь этого? — Мой отец не любит меня… — ответила она негромко, сминая ткань юбки. — Он порет моего брата за то, что тот помогает мне, защищает и любит. Мне больно из-за этого. Я боюсь, что когда-нибудь он умрёт, не выдержав побоев, и я останусь здесь одна… — она поёжилась, обхватив себя руками. Священник тепло улыбнулся и, подойдя ближе, положил руку на плечо, слегка его сжав. Кэтрин повернулась и буквально утонула в его лучистых голубых глазах. — Вы будите жить вечно, — произнёс он твёрдо. — Если нет брата, то и нет тебя. Он жив — и ты жива. Вы связаны кровью. Вы не умрете… — Кэт невольно кивала в такт его словам, не имея возможности оторвать от него взгляд. — А теперь иди, — он улыбнулся, поцеловав её в лоб.

* * *

Кэтрин моргнула, возвращаясь в настоящее — лес неподалёку от Форкса. Тогда её сильно поразили те слова, и она рассказала об этой встрече Карлайлу. Хотя священник был в чём-то прав, они стали бессмертными, вампирами… — Любимая, пора, — сказал Аро с улыбкой, приблизившись к ней. Она обожгла его взглядом, он которого улыбка сменилась усмешкой. — Я иду против брата, а ты меня называешь любимой? Тебе жить надоело? — едва слышно прошептала она, оскалившись. Тот хмыкнул и поднял руки, отступая на несколько шагов. — Кэтрин… — позвал Алек, осторожно приблизившись. — Всё, всё, я спокойна… Только не трогайте меня, а то я вас убью. А потом буду горевать из-за этого, — бросила она, и побежала туда, где Аро назначил встречу Карлайлу. Снег. Он похрустывал под подошвами, падал с задетых веток елей. Снова клан Вольтури будет стоять напротив Калленов, которых поддержат оборотни и несколько вампиров из других фамилий… — Они там, — сказала Кэтрин, чувствуя мысли тех, кто был «по ту сторону». Вольтури перешли на человеческую скорость шага. Кэтрин пошла самой последней. Никто не возразил, но Алек и Джейн кинули на вампиршу обеспокоенные взгляды. Кэтрин Я задумчиво шла во втором ряду, скрыв лицо глубоким капюшоном. Меня пугал один факт, о котором мне рассказал Маркус перед отъездом. Аро взял с собой Кинжал смерти. Это оружие было творением одного из вампиров, когда-то входившего в клан, ещё до моего рождения. Он создал оружие, которое даже при не смертельном для человека ранении убивал вампира. Тот вампир был одарённым, и Аро был очень расстроен, когда его убили какие-то фанатики во времена Инквизиции. Сейчас этот кинжал у Аро. И он воспользуется им, по крайней мере, постарается это сделать. Именно это оружие он выбрал, чтобы избавиться от Карлайла. Зато как «почётно»… Он убьёт моего брата, а следом за ним умрёт моё сердце. «Умрет он — и я умру вместе с ним… Святой отец, ты был прав», — мелькнуло у меня в голове. Я огляделась по сторонам. Я была единственной, кто надел капюшон. Да какая разница, по большому счету… В этот момент мы вышли на поляну, и я испытала ощущение дежа вю. Наверное, потому что видела похожую сцену в воспоминаниях главы Вольтури. — Вижу, ты подготовился, — сказал Аро, чуть растягивая слова и широко улыбаясь. — И ты тоже, — Карлайл нахмурился, оглядывая ряды Вольтури. Позавчера, когда я ждала свою семью с их «трапезы», мне позвонил Карлайл и попросил не идти с Вольтури. Он знал, что для меня тяжело следовать этому приказу Аро, и ему тоже было больно от того, что мы оказались по разные стороны. Я ответила ему, что не пойду, если он действительно этого хочет. Он облегчённо выдохнул тогда и повесил трубку, бросив перед этим короткое: «Спасибо». Прости, брат, что солгала. Но так будет лучше. Не знаю, для кого, но я утешаю себя этой мыслью. Я попросила забыть о моём присутствии Вольтури, ведь Эдвард мог «услышать» их мысли обо мне. Они так и делали, по крайней мере, старались. Хотя я всё равно поставила частичный блок на их мысли, которые могли выдать моё присутствие. Вампиры были преданы Аро, а на стороне Карлайла были его друзья. Жаль, что в этот раз битвы не избежать. — Почему один из твоих вампиров в капюшоне? — спросил Карлайл нейтральным тоном, сохраняя спокойное выражение лица. — Что, боится показать своё личико, а? — пошутил Эммет с ухмылкой. Я наклонила голову набок. Давным-давно я обещала брату не убивать членов семьи Калленов. Но я ведь не обещала не реагировать на оскорбления в мой адрес, верно? «Боль», — глядя на Эммета, подумала я, приподняв уголки губ в тени улыбки. — Джейн! — воскликнул брат, глядя на хрупкую блондинку. — Это не я, — усмехнулась та. Хотя она стояла сбоку от меня, я чувствовала её эмоции, хоть и не могла её видеть. — Вампир, сними капюшон, — сказал Карлайл, обращаясь ко мне. «Хватит», — прикрыв глаза, подумала я. Эммет перестал корчиться от боли и тяжело поднялся на ноги, с ненавистью глядя на меня. Карлайл окинул меня удивленным взглядом. «Поразительный вампир. Хотя, чему я удивляюсь. Аро всегда забирал себе одних из самых одаренных вампиров. Таких, как сестра…» — подумал брат с горечью. Я усмехнулась, радуясь, что моё лицо скрыто капюшоном. Читать мысли всё же полезное умение, особенно в подобных ситуациях. К несчастью, за своими размышлениями я не услышала, о чём продолжали говорить Карлайл и Аро, поэтому пропустила начало битвы. Удары, быстрые движения, перекаты, уклонения… Двое вампиров и оборотень погибли от моей руки, и я кинулась к следующему врагу-вампиру. Он был странным, что-то в нём было… неправильно. Этот вампир поймал мой взгляд и расслабленно встал на месте. Моя интуиция кричала, что стоит присмотреться к нему, насколько это было возможно в данных обстоятельствах, но я отмахнулась от внутреннего голоса, распалённая битвой. Когда я оказалась в нескольких метрах от него, он искривил губы в улыбке и произнёс: — Смерть. Давно не бьющееся сердце словно пронзили шпагой, и я буквально задохнулась от боли, схватившись за грудь. А он всё смотрел, не отрывая взгляд, как я опускаюсь на снег. В глазах резко потемнело, под пальцами захрустел снег. И я умерла.

* * *

Светло. Тепло. Спокойно. Я открыла глаза, пытаясь проморгаться. Свет буквально заливал всё окружающее пространство, слепя глаза. Мне не удавалось разобрать, что находится вокруг меня. — Где я?.. — спросила я в никуда, не надеясь на ответ. — Ты в церкви, дочь моя, — раздался сбоку знакомый голос. Я повернула голову. — Святой отец? Удивление было обоснованным. На расстоянии вытянутой руки от меня сидел тот самый священник, который жил более трёхсот лет назад. Всё та же ряса, волосы с сединой и лучистые глаза. Мы с ним сидел на скамье в той же церкви, только сейчас тут было намного светлее. И все предметы вокруг были кремово-белые. — Я умерла, — отстранённо произнесла я. Это была просто констатация факта. — Вы тогда сказали, что если брат жив, то и я буду жива… — голос перешёл в шёпот, но в нём, наверное, слышалась какая-то детская обида. Всё это время священник внимательно смотрел на меня, а когда я закончила, но тепло улыбнулся, подсев ближе. — Это так, Кэтрин Каллен. Ты не такая, как те вампиры. Ты сильнее их. Ты связана кровью с братом. Он жив, и ты жива. Воспользуйся этим преимуществом, дитя… — он взял меня за локоть и, заставив подняться, кивнул в сторону выхода из церкви. Я непонимающе глянула на него, но подчинилась, направившись к огромным деревянным дверям. Обернувшись, чтобы что-то спросить, я обнаружила, что там никого нет. Священник исчез. Как? Связана с братом… Я дошла до дверей церкви и потянула тяжёлую створку на себя. Она словно не желала поддаваться, но я была упрямее. Раздался скрип, и я словно со стороны увидела заснеженное поле, неподвижно лежащую девушку и вампира, склонившегося над ней. И я вспомнила…

* * *

«Странно», — подумал Корв, наклоняясь над вампиршей с льняными волосами, раскинувшейся на земле. Она была мертва, но что-то толкнуло парня проверить, хотя его Дар никогда не подводил. Кэтрин резко распахнула глаза и схватила вампира за голову, оторвав её. В последние мгновения в его глазах мелькнуло удивление. Увернувшись от оборотня, попытавшегося напасть, Кэт вновь влилась в битву на выживание. Запах крови, смерти и страха. Они подстёгивали, возбуждали, пьянили, заставляя разум мутнеть. Быстрее, сильнее, резче. Убей… Убей всех врагов… Убей всех до одного… «НЕТ!» — Кэтрин, услышав этот мысленный крик, на несколько секунд остановилась, что чуть не стоило ей жизни. Расправившись со своим противником, вампирша обернулась в сторону, откуда раздался крик. Это оказалась… Лана, которая, увязая в сугробах, выбежала из леса. Между стволов мелькнула фигура Феликса. Лана махнула рукой куда-то и послала Кэт картинку, зная, что та увидит её при помощи телепатии. Распахнув глаза, светловолосая стала искать на поле битвы Аро и Карлайла. Словно в замедленной съёмке она увидела, как Вольтури достал кинжал и, не торопясь рассчитав траекторию, метнул его в Каллена. Кэтрин не успевала оттолкнуть брата с траектории его полёта, но кинулась к нему, чтобы успеть… Карлайл, убивший одного из Вольтури, почувствовал угрозу и обернулся. Внезапно на него налетел тот вампир в капюшоне и сжал в объятиях, вцепившись в одежду и странно дёрнувшись. Блондин откинул капюшон и увидел лицо Кэтрин, которая смотрела на него глазами, в которых отражалось небо. Из уголка её рта стекла струйка крови. — Прости… Я его люблю… но ты мой брат, — прошептала она, слабо улыбнувшись. Внезапно за её спиной появился Аро и выдернул кинжал из её спины. Карлайл узнал это оружие и испуганно посмотрел на сестру. Та попыталась улыбнуться, её ноги подкосились, и Карлайл, успев её придержать, опустил девушку на землю. Битва остановилась. — Сестра! — воскликнул Карлайл, беря её за руку. — Открой глаза! Кэтти! Нет, сестра прошу, не умирай… Прошу… — Кэтрин закрыла глаза, чуть сжав пальцы. — Священник сказал, — тихо проговорила она, — что мы связаны кровью… Но он ошибся. Мы с тобой просто брат с сестрой. Не больше и не меньше… — Тише, не говори, береги силы, — прошептал Карлайл, склонившись к её лицу. Кэтрин почувствовала, как на её лицо что-то капает. С трудом открыв глаза, она увидела, как по щекам брата стекают кровавые слёзы. Красное на мраморно-белой коже… Она с теплотой посмотрела на него, медленно моргнув. — Живи, и я буду жить, — сказала она и замолчала. Глаза закрылись. Карлайл После смерти Кэтрин прошла неделя. Вольтури исчезли сразу, как только она умерла. Джейн бросила на неё прощальный взгляд, но не посмела ослушаться Аро, приказавшего уходить. Сам вампир, когда глаза Кэт закрылись, ничего не сказал, просто склонив голову и забрав оружие. Он не любил показывать свои эмоции при всех. Сестру мы похоронили. Сожгли её тело, развеяв по ветру пепел. Она навсегда останется свободной. Моя семья не знала, как меня поддержать, а чувствовать их сочувствие, которое буквально витало в воздухе… Нет, это меня удушало. И сейчас я сижу в своём кабинете, разглядывая фотографию. На ней мы с сестрой вместе. Я сижу в кресле, а она, усевшись на подлокотник, обнимает меня. Мы смотрим немного не в камеру. Мы счастливы. Когда она стала вампиром, она показала мне весь мир. Мы были во многих странах. Где-то она нашла вампира, который мог ходить под солнцем, не выдавая себя, и скопировала его способность. Использовала она её, конечно, занятно — загорая на пляже… И теперь её больше нет. Нет той, что связана со мной кровью. Она рассказывала мне про ту встречу со священником в церкви, про его слова. Но он ошибся. Теперь мы на разных сторонах. Снова. И я одинок. Снова…