Я не могу без тебя

Жданов сидел в кабинете Кати, за ее столом, и просматривал документы, касающиеся холдинга. Уже четыре дня Андрей находился во Франции, и за это время ничего не изменилось. Достаточно было увидеть выражение лица Николая, чтобы понять насколько все серьезно. Как объяснил Зорькин, Катя оставила четкие указания, на случай, если с ней что-нибудь случится. В таком случае, опека над детьми и все дела холдинга, с согласия Доминик Дюбуа переходят к Андрею Жданову. Конечно Доминик была согласна. По семейным причинам она не могла вылететь в Париж, но помогала ему, чем могла, и так же горячо, как и он, молилась за Катю. Когда он зашел в госпиталь, где лежит мадам Дюбуа, Андрей надеялся, хотя бы увидеть ее. Однако к ней не пускали. Все что можно было, это смотреть на нее, опутанную датчиками и проводами, всю в бинтах, очень бледную, едва подающую признаки жизни, из-за стекла большого окна, ведущего в ее палату. Каждый день Жданов приезжал к ней, в надежде, что Катя откроет глаза и улыбнется, но шли часы, а положение не менялось. Чтобы близнецам было легче переживать болезнь матери, Маргарита осталась в доме Дюбуа вместе с Андреем, и, полностью посвятила себя внукам. Надо отметить, что к удивлению Жданова, дети сразу признали бабушку, да и деда, который прилетел первым же рейсом, после того как ему рассказали все, они полюбили всем сердцем. Ванесса много времени проводила с Павлом Олеговичем, они сразу нашли общий язык и хорошо понимали друг друга. Именно сейчас, в такое трудное время, детям была нужна крепкая, любящая семья. Вынужденный взять на себя обязанности по управлению холдингом, Андрей не подозревал, как велики размеры состояния Дюбуа. Сейчас, вникая во все дела, он не мог понять, как маленькая, хрупкая Катя могла управлять всем эти царством одна. Объем работы был колоссален, здесь не то, что вдвоем, целой командой не справиться. Ему еще казалось что в «Зималетто» много работы! Теперь, изучая документацию, Жданов понимал, что руководить холдингом мог только финансовый гений. Все было идеально. Неожиданно у Андрея зазвонил телефон: - Алло. Жданов. - Андрей, это Николай. - Я узнал. Есть новости? – Зорькин сейчас был в больнице у Кати, они менялись и по очереди были у нее. - Нет. Врачи ничего не говорят. Все без изменений. - Я проверил все документы. Вы с Катей молодцы, управлять так безупречно такой махиной! - Жданов, ты же в курсе, что служба охраны ведет свое расследование катастрофы? - Нет, ты мне об этом первый сказал. У них есть подозрения? - Не знаю, но сегодня ко мне приходил месье Бернард. - Кто это? – Андрей не понимал, к чему ведет Зорькин, голос которого был очень серьезным. - Это начальник службы охраны. Он просит найти Катины записи. - Какие записи? - Бизнес Дюбуа огромен, чтобы не забывать о тех или иных вопросах, которые надо решить, она вела записную книжку, там Катя всегда записывала, кто звонил, с какой проблемой, и когда и как она ее будет решать. - Для чего ему эти записи? - Я точно не уверен, - ответил Зорькин, - но думаю, что у службы безопасности есть какие-то подозрения. - Ты считаешь, что авария была подстроена? – Андрей был поражен. - Не знаю, но записи надо найти. - Хорошо, я поищу в Катиных бумагах, если найду – позвоню. Андрей откинулся на спинку кресла, пытаясь осознать услышанную информацию. Неужели его Катю пытались убить? Откуда такие подозрения? Может быть, она все еще в опасности? Надо усилить охрану в госпитале… Встав с кресла Жданов начал перебирать документы в поисках ежедневника Кати. Он был уверен, что то, что ему надо находится здесь, в кабинете. Закончив осматривать стол, Андрей достал ключ и открыл сейф. Среди документов и здесь не было ежедневника, но стояла еще большая коробка. Жданов достал ее из сейфа и открыл. В картонной коробке лежали письма, несколько пачек, перевязанных лентой. Посмотрев на даты, Андрей вытащил самое раннее послание и открыл. С первых строчек стало понятно, что оно адресовано ему. «Мой любимый Андрюша! Не знаю, зачем пишу тебе письмо, ведь ты его никогда не получишь. Сегодня началась моя новая жизнь, здесь во Франции. Ночь, она такая длинная, и совсем не получается уснуть. Когда я летела сюда, то поклялась забыть все, что было между нами, вот только как? Сердце умирает медленно, оно стучит все тише, словно шепчет мне о том, как ему больно. Боль разлуки и предательства убивают меня. В глазах стоят непролитые слезы, от потери любви, которой никогда не было… Улетая, я оставила тебе все, ради чего ты боролся, надеюсь, это сделает тебя счастливым. Я верю, что настанет день, когда я смогу все забыть, а пока не остается ничего, кроме как спрятать свою боль глубоко внутрь и улыбаться, вопреки всему…» Боже, это письмо Катя написала ему, в ту ночь, когда он съедаемый раскаянием и болью разлуки глушил свое горе в алкоголе, и, в пьяном угаре, не думал о той, кому разбил сердце. Андрей вздохнул и открыл следующее письмо: «Знаешь, я никогда не думала, что я красива. Сколько я себя помню, из зеркала на меня всегда смотрел гадкий утенок. Даже ты, не увидел во мне красоты, только средство вернуть себе «Зималетто». Мишель Дебре сделал чудо. Подходя утром к зеркалу я теперь вижу не дурнушку, в страшных круглых очках, а красивую, уверенную в себе женщину. Мечту любого мужчины. Жаль что ты этого не понял.» Руки у Андрея дрожали, когда он читал эти строки, пропитанные болью прожитых в насмешках лет. Ему раньше не приходило в голову, как Кате было трудно мириться с тем, что судьба не наделила ее красотой. Почему она считала, что он не увидел ее такой, какая она есть? Увидел, вот только поздно. Краска стыда залила щеки Жданова, когда он вспомнил, как напивался в стельку, только для того, чтобы поцеловать ее. Она казалась ему такой страшной, что вызывала дрожь, от мысли, что надо изображать пламенную любовь. Господи, как он мог быть таким слепым? «Знаешь Андрюша, Арман Дюбуа очень хороший человек. Добрый, спокойный. Он никогда не повышает голос, не требует от меня ничего сверх моих обязанностей. Он кристально честный человек, которому можно верить. Но он не ты… У меня большой, светлый кабинет, рядом с его, но даже сейчас, закрывая глаза, я вижу маленькую каморку, без окон, со стеллажами для документов, и, кажется, что вот-вот, из за стены я услышу твой ласковый голос: Катя, Катенька, Катюша…» «Да, он не я…» - Думал Андрей, - «Арман Дюбуа смог увидеть в тебе сразу то, что я понял так поздно, что ты настоящее чудо». Жданов поставил коробку на пушистый ковер перед камином, налил себе в стакан виски, сел на пол и продолжил читать: «Сегодня самый необыкновенный день. Жизнь преподнесла мне сюрприз, которого я совсем не ожидала. Как в ответ на мою тоску по тебе, небо послало мне ребенка. Дитя, которое я буду любить больше жизни, потому, что оно от тебя. Ты никогда не узнаешь о том, какой сделал мне подарок на прощание. Пусть ты не любил меня, зато я люблю тебя так сильно, что сердце замирает при каждом воспоминании о тебе. Теперь я смогу любить маленькую частичку тебя, нашего ребенка. Я верю, что малыш будет твоей точной копией, пусть он напоминает мне о тех днях, когда мне казалось, что ты меня любишь, даже несмотря на то, что это была всего лишь иллюзия…» Дрожащей рукой Андрей свернул письмо и достал следующее. Сейчас ему открывалась полностью душа той, которую он любит так сильно. Эти письма, выражали всю глубину ее любви к нему. Эта любовь придавала ему сейчас сил, давала надежду, что именно она, удержит Катю в объятиях жизни. «Я никогда не думала, что соглашусь на фиктивный брак…»Как фиктивный? Андрей не мог поверить, в то, что видел. «Арман самый лучший человек на свете, не его вина, что природа создала его таким… Я уверена, что он никогда не предаст меня, не обидит, и будет отцом моему ребенку. Жаль, что у него никогда не будет своих детей. Мы договорились, что я не буду ничего знать о его романах. Мы оба считаем, что тайная жизнь Армана должна оставаться тайной. Его возлюбленный известный человек, и им обоим выгодно, что Арман женится, так меньше будет сплетен по поводу его личной жизни. Зная как это важно Для него и Доминик, я пообещала, что унесу эту тайну с собой в могилу. Пусть так и остается…» Жданов не мог прийти в себя от удивления. То, что он сейчас прочитал, полностью переворачивало его представление о том, как Катя жила все эти годы. Оказалось, что даже выйдя замуж, она осталась верна ему. «Мой любимый Андрюша! Сегодня я вышла замуж… Все было как на настоящей свадьбе: белое платье со шлейфом, фата, обручальные кольца, и священник, который венчал нас. Хорошо, что по католическому обычаю, мое лицо было закрыто вуалью, иначе все увидели бы слезы в моих глазах. Нет, я не жалею, что согласилась, просто свадьбу я представляла себе иначе. Я мечтала что ты придешь ко мне с цветами, а я, буду ждать тебя в своей комнате в нашей маленькой квартирке в Москве. На мне будет белое платье, и в твоих глазах я буду видеть любовь… Пустое. Теперь я жена Армана Дюбуа, а все что связанно с тобой осталось в прошлом. Даже мой ребенок будет носить не твою фамилию.» Как же больно читать эти письма… В них описывается все, что происходило с ней. Катя откровенно говорит обо всем… В каждом слове – тоска… Как же он виноват перед ней… «Знаешь, сегодня я получила новый паспорт. Арман сказал мне, что новую жизнь надо начинать с чистого листа. Теперь у меня другое имя, гражданство, язык, и другой мужчина рядом…» Андрей вздохнул и открыл следующее письмо.«Андрюша! Я самый счастливый человек на свете! Сегодня рано утром, на свет появились наши дети! Хотя нет… Мои. Ты никогда о них не узнаешь, и не увидишь два личика сына и дочки, так сильно похожих на тебя. Когда они открывают глазки, я вижу в них отражение своей любви к тебе. В конце концов, близнецы плод любви, очень большой.» Жданов сложил письмо и прижал его к себе. Как же много времени они потеряли зря! Как ему хотелось, перенестись во времени и оказаться рядом с Катей в этот счастливый день, когда на свет появились Адриан и Ванесса. Он медленно перебирал письма, в них Катя описывала свою жизнь, успехи, первые шаги и слова близнецов, и любовь к нему, которая ни на минуту в ней не угасала… Внезапно его внимание привлекло письмо, пропитанное влагой. Сквозь тонкую бумагу, были видны подтеки чернил, размытых слезами, льющимися из глаз. «Любимый мой Андрюша! Не знаю как пережить эти страшные дни… Арман погиб. Мой самый близкий друг, человек которому я доверяла все свои тайны… Он понимал меня как никто другой. Как же так? Почему небо было так жестоко? Я не сразу поверила, когда мне сказали, что Арман разбился. Как теперь жить? Скажи… Я любила Армана, как друга, как брата… Он стал опорой в моей новой жизни, помогал мне преодолеть боль, усмирить чувства, которые управляют мной… Он был моей духовной половиной, мы понимали друг друга по одному взгляду… его больше нет. Как пережить эту потерю? Я не знаю.» Надо же… Она действительно глубоко любила его. Наверно Арман Дюбуа действительно был хорошим человеком, не зря, спустя столько лет, это письмо все еще хранит следы ее горя… Он сложил письмо и наугад достал следующее: «Прошло уже почти четыре года после смерти Армана. Андрюша, я уже не раз пожалела, что однажды пообещала ему, что в случае чего, не оставлю дело его жизни. Сохраню то, что он и его семья создавали веками и передавали из поколения в поколение. Конечно, все это должно было достаться Доминик, но, как она сама признает, ей не нужно ничего кроме «Парадиза», в этом она напоминает тебя. Она – творец. Ее вдохновение – мода. Весь остальной бизнес семьи не вызывает у Доминик интереса. Так что, всем, что есть и было управляю я. Это тяжелый труд. Каждый день, я целую детей, пока они спят, а потом сажусь в самолет или вертолет и отправляюсь проверять заводы, фабрики… Тем временем, незаметно для меня, мои малыши растут, не видя ни папу, ни маму… Это мучает меня сильнее всего, но никогда я не нарушу слово другу, который был рядом со мной, в самые трудные минуты жизни… Даже если для этого снова придется пожертвовать любовью, хотя, не думаю, что смогу кого-то полюбить, ведь прошло уже так много времени, а я все еще люблю тебя, вопреки всему…» Андрей перелистывал послание за посланием, и поражался силе духа той, что написала эти письма. Его Катя была мягче, добрее… Она любила мир и не помнила ошибки. Марианна совсем другая. В ней скрыта огромная внутренняя сила, которая помогла ей выстоять в самые трудные времена и стать еще сильнее. Она научилась одна бороться со всем миром и никому не давать спуску. Ради своей цели Марианна смогла похоронить любовь глубоко в своем сердце, чтобы никто не увидел, что это ее слабость. Дочитав последнее письмо, Андрей сложил все в коробку. Теперь ему было понятно все: любовь, обида, боль, переживания. Он смог ее понять и принять такой, какой Катя стала. Убирая в сейф коробку, Жданов оглянулся на часы, оказывается, он просидел почти всю ночь. За окном уже брезжил рассвет. Андрей подошел и открыл шторы. На подоконнике лежал ежедневник, вероятно, тот самый, который он искал. Он взял телефон и набрал Зорькина: - Николай, я нашел ежедневник. - Хорошо, я скажу начальнику охраны, он заберет, хотя теперь, это уже не так важно. – Андрей встревожился. - Что случилось? Что-то с Катей? Говори, не молчи же! – Голос почти срывался. - Да нет, с ней без изменений. - Тогда что? - Час назад звонил месье Бернард, он почти уверен, что катастрофа была подстроена. - Не может быть… - Потрясенно охнул Жданов, пытаясь переварить услышанное. - Да. – Мрачно заключил Зорькин. – Катю пытались убить.