"Happy end" наступает не всегда

Можно ли одновременно ненавидеть и любить человека? Можно. Проверено на собственном горьком опыте. Меня считают Ловеласом, покорителем женских юбок. Но, знаете, не я сам стал таким. Вся эта запутанная история идет с самого детства. Я не был подарком, признаю. Родители, наверное, ждали рождение Кайто II, а получился я, Акайто. «Бери пример со старшего брата, бери ноты выше, да не так, чуть пониже…» - Достали. Каждый день твердили это, пока, наконец, не отстали. Поняли, наверное, что из меня не вырастет такой идеал, как Кайто. Естественно, все внимание переключилось на старшего брата, а потом родился Тайто. Про среднего сына они и вовсе забыли. Господи, да подавитесь, мне ваша любовь была не особо нужна. Но я отошел от темы. Я говорил, что любовь – это дерьмо? Так вот, любовь – это та еще куча говна. Манящая, опьяняющая и подлая. В журналах пишут, что я Ловелас, что люблю только троих: Затсуне, Акиту и, мать его, Микуо. Что ж, эти репортеры почти правы. Мику. Она всегда останется для меня загадкой. Таинственная книга в моем книжном шкафу, которую так тяжело, но интересно читать. Она манит, дразнит, отталкивает, играет со мной. Любит ли меня? Не знаю. А я ее? Аналогично. Но эта девушка действительно удивительна, не такая, как все. И то, что Зейто, мой дорогой кузен, всегда меня на шаг впереди, мне чертовски не нравится. Кайто как-то сказал, что это ревность. Что ж, похоже, что да. Но эти рубиновые глаза, черные, словно крыло вороны волосы навсегда оставили отпечаток в моей памяти. А кто же я для нее? Перед собой она видит лишь Зейто, а я – парень, с которым можно пофлиртовать, а потом повернуться ко мне задом, а к кузену передом. Неру. Я не знаю, что там про нас нафантазировали, но мы никогда не были парой. Секс? Да. Но мы настоящие друзья, которые по-настоящему понимаем друг друга. Ее сердце полностью занято этим шпендиком Леном, а я не такой идиот, чтобы влюбиться в женщину, которая тебя никогда не полюбит. Просто, когда нам двоим одинаково херово, когда нас двоих снова отшивают любимые люди, мы находим друг в друге утешение в виде горячего, дружеского секса. Как бы глупо и грязно это не прозвучало, а действительно помогает. Намного лучше тысячи слов. Кто остался в списке? Микуо. Хатцуне Микуо. Человек, которому я могу сказать: «Люблю тебя». Пусть осознание этих слов пришло, чуть ли не после второй нашей встречи, вылетели они у меня слишком поздно. Что ж, думаю, об этом человеке мне следует задержаться подольше…