До готовности

- Читай-читай! - сунув в руки Ямамото обжигающе горячую кружку, Гокудера перегнулся через его плечо и резко чиркнул ногтем по экрану монитора. - Особенно вот отсюда и следующие четыре абзаца. Да, и вторую с конца вкладку, я там выделил нужное. Жёлтеньким. - Жёлтеньким, - Ямамото поднёс кружку к губам и едва не выплеснул её содержимое на клавиатуру — не слишком-то и чистую, но что-то сомнительно, чтобы душ из резко пахнущего клубникой химически-алого кипятка пошёл ей на пользу. - Ой! - Горячо? - по-своему расценил его возглас Гокудера. - Можешь прямо на сканер поставить. Ничего ему не сделается. - Угу, - Такеши на всякий случай отодвинул любезно поднесённое Гокудерой питьё подальше — чтоб не хлебнуть ненароком, зачитавшись. - Ужасно горячо. То же самое можно было с полным правом сказать о первом из четырёх рекомендованных Гокудерой к прочтению абзацев. Горячо настолько, что дальше Ямамото читать попросту боялся. Не говоря уже про «жёлтенькое» со второй с конца вкладки. - Если непонятное что-то, термин там, или на английском — спрашивай сразу, - пробулькал Гокудера в свою чашку, шумно отдуваясь, и наклонился ещё ниже. От его дыхания у Ямамото шевелились тонкие волоски на виске и сладко ёкало где-то в животе, непростительно отвлекая от содержания исключительно познавательных абзацев. Второй, кстати, и вправду оказался ещё забористей первого. Такеши малодушно зажмурился и посидел так немного, хоть и понимал, что увиденного не развидеть всё равно. - Гокудера, а это обязательно? - осторожно поинтересовался он, не открывая глаз, и с трудом перебарывая горячее желание прижаться к пыхтящему рядышком Хаято плечом и слегка потереться виском о его подбородок. - Что значит «обязательно», тупица?! - Гокудера аж подпрыгнул слегка от возмущения; хорошо, что свой чай он уже допил, а то быть бы Ямамото в ярко-красных пятнах не только от стыда. - Ты собирался этим без подготовки заниматься, что ли? - Я вообще не собирался ничем таким заниматься, - открыв глаза, Такеши тут же пожалел об этом: третий абзац начинался со «стимуляции простаты», а заканчивался и вовсе «аутофелляцией». Как ни крути, а это явно было что-то жуткое. - Не собирался?! - Гокудера, грубо толкнув его в плечо, заставил кресло с жалобным скрипом развернуться, и уставился на Такеши сверху вниз — злой, решительный и, как с некоторым замешательством заметил Ямамото, ничуть не менее разрумянившийся, чем он сам. - То есть на счёт «Люблю тебя» и «Давай встречаться» ты вчера пошутил?! - Не пошутил, - коротко мотнул головой Такеши. - Тогда чего ты ждал? - почти взвизгнул Гокудера, всё больше распаляясь. - Что мы будем за ручки держаться по дороге в школу? А на уроках сообщениями перебрасываться? В стихах! - В стихах не получилось бы, - сказал Ямамото неизвестно зачем. - Я стихи плохо запоминаю. - Загугли, ёпт! - Гокудера сжимал и разжимал пальцы, словно раздумывая, ударить его или сразу попытаться придушить. - Я думал, может, мы в кино сходим, - было очень непривычно разговаривать так вот, глядя на Гокудеру снизу. - Ну, или в парк. - В кино мы могли бы и так сходить! - прошипел тот. - Без всякой дурацкой любви! - Я тебя сколько раз звал, - «дурацкая» царапнула немного по сердцу, но Такеши мудро решил не обращать внимания. - Ты отказывался. Всегда. - Потому что фильмы вечно какие-то тупые были! - Мог бы сам выбрать, я же тебе предлагал. - Они всегда тупые! Всегда! - Гокудеру уже ощутимо трясло. - И парк тоже! - Тупой парк? - наверное, со стороны это выглядело издевательством. - Я тебе не девчонка, чтоб по паркам разгуливать! Цветочки нюхать! Одна искорка, самая маленькая, и Гокудера взорвался бы. Начал швырять динамит, разнёс комнату, покалечил если не сохранившего остатки выдержки Такеши, то себя уж точно. И были, наверное, такие слова, которые могли бы его остановить. Вразумить. Успокоить. И Ямамото, кажется, даже знал большую их часть. Просто нужно было сложить эти слова в правильном порядке. Собрать, как кубик Рубика. Ему всего лишь требовалось минуты три. Или хотя бы две. Гокудера, зажав между пальцами несколько динамитных шашек, уже откидывал крышечку зажигалки. Выскочить за дверь, входную отпирать некогда, скорчиться в углу тесной прихожей, прикрывая руками голову; потом, закусив губу, быстро останавливать кровь, проверять, есть ли переломы, прикручивать обрывками тряпок какие-нибудь палки вместо шины, звонить в больницу... Такеши качнулся вперёд — как был, сидя. Гокудера худой, обнимая его, невольно хватаешь самого себя за локти. Ямамото уткнулся лицом в остро пахнущую «Альпийской свежестью» (у них дома такой же стиральный порошок, огромнейший пакет, поневоле запомнишь) рубашку, вдохнул судорожно и во второй раз за вечер зажмурился. Да пусть взрывает. Никуда он не побежит. Секунды тянулись медленнее, чем в конце третьего урока геометрии подряд. Было тихо-тихо, только гудел размеренно вентилятор на процессоре, и Такеши отчётливо слышал, как суматошно колотится у Гокудеры сердце. Прошла вечность, потом ещё одна, но ничего так и не взорвалось. - Ямамото? - странным, каким-то жалобным голосом позвал сверху Гокудера. - Мм? - невнятно промычал Такеши. - Ты мне рёбра сломаешь сейчас! - Прости, прости, - Ямамото тут же ослабил хватку, но совсем отпускать Гокудеру не спешил. - Больно? - Щекотно! - Правда? - он доверчиво поднял голову, вглядываясь во всё ещё раскрасневшееся, но уже не слишком злое лицо Хаято. - Неправда, - буркнул тот, почему-то не отпинываясь и даже не пытаясь повыдёргивать Ямамото руки. - Немного больно. Чуть-чуть. Ты как медведь. Хватаешь вечно. - Прости. - Я думал, ты обрадуешься, - Гокудера сосредоточенно рассовывал динамит по карманам, словно не замечая, как Такеши осторожно, едва касаясь, гладит его по спине. - Что меня уламывать не пришлось. Что я сам. Ну, готов. - Это я не готов, - Такеши простодушно улыбнулся и чуть склонил голову к плечу. - Даже не думал ни о чём таком. Честно. - Романтичная ромашка Ямми-чан, - констатировал Гокудера, пряча в карман зажигалку. - Руку с задницы убери, и поживее. А то сейчас ещё пару десятков статей про суровую мужскую любовь найду. И реферат по ним писать заставлю. С иллюстрациями. - Я рисую как семпай, - Ямамото послушно сдвинул ладонь повыше. - Вот и не лапай тогда. - Я не лапаю. - И никаких прогулок в парке, - продолжил Гокудера тем же строгим тоном. - Ты опять полезешь с малышнёй в бейсбол играть. Или девчонки какие-нибудь пристанут, они вечно к тебе липнут, бесит. - В кино? - Может быть. Ничего не могу обещать. - Ребята из клуба говорили, в выходные в торговом центре тир открывается. - Вот, другое дело, - Гокудера несильно щёлкнул его по носу. - Может, отпустишь меня уже? - Неа. - А в глаз? - Валяй. - Я ведь могу. - Само собой. - Мне так и стоять тут до полёгу? - Но сидеть рядом на диване ты же не согласишься? - У меня и дивана-то нет, дурень. - На кровати? - Ямамото, - Гокудера картинно закатил глаза, - вот решишь, что твоя задница уже готова к новым впечатлениям, тогда добро пожаловать. Хоть на кровати, хоть на полу, хоть на кухонном столе. Хотя в первый раз на столе... слишком экстремально, мне кажется. - Задница? - озадаченно переспросил Такеши. - В смысле? - Ты статью вообще не читал, что ли? - подозрительно прищурился Гокудера. - Я начал только... - Тогда хотя бы логику включи, - Гокудера постучал согнутым указательным пальцем по лбу Ямамото. - Представь, как это может быть между двумя парнями... Ямамото представил. - Отставить представлять! - торопливо скомандовал Гокудера секунд через двадцать. - Пока у тебя мозги не вскипели, а то красный уже как я не знаю что. И вообще, хватит для первого раза обжималок. Есть хочу. Легко высвободившись из объятий Такеши, он придвинулся к столу и быстро защёлкал мышкой. - Надо посохранять всё, чтоб не искать в следующий раз, - пробормотал он, и сунувшийся было к экрану Ямамото немедленно упёрся взглядом в двух накачанных парней с фигурами, как у Сасагавы-семпая, вытворявших друг с другом такое... - Пойду бутерброды сделаю, - придушенным голосом сообщил он. - Угу, - Гокудера, не сводя глаз с экрана, навалился на стол. - И кофе ещё. Только слишком рано с плиты не сдёргивай, а то знаю я тебя. Вари до готовности, как Ханеума тогда показывал. - Хорошо. Ямамото отрешенно обозрел его туго обтянутый джинсами тощий зад и впервые задумался о том, что в их (пока чисто гипотетической) интимной жизни роли могут распределяться не совсем так, как сразу решил для себя Гокудера. Когда-нибудь они обязательно поговорят об этом. И, может быть, дело даже не дойдёт до смертоубийства. Когда-нибудь. Когда они будут готовы.