Cielo morto, viva il cielo

ДЕЛА СЕМЕЙНЫЕ: ПРИМО В поместье они приехали уже за полночь, усталые, голодные и грязные; с истрепанными нервами, и буквально валились с ног. Дома их встретила Росинта, вышедшая непосредственно к вратам в поместье, и сразу же начала осматривать Босса. Однако, единственное, что сейчас беспокоило Сиэло, это плохо заживаемая рана в легком, которая так и норовила снова напомнить о себе. Женщина удивилась, узнав о существовании подобных коробочек, способных лечить столь страшные и практически неизлечимые ранения. Тогда Тсунаеши достал из кармана кольцо Солнца класса В, доставшееся ему от последнего его противника с двойным атрибутом Дождя и Солнца, и подал его доктору. – Росинта-сан, если вы сможете зажечь пламя посмертной воли в этом кольце, я найду вам коробочку Солнца. Но вместо того, чтобы сразу надеть и испытать подарок Босса, доктор долго его рассматривала, а затем решила исследовать. Виторио с неподдельным интересом рассматривал новых членов семьи, и если Марко он знал давно, то человек, похожий больше на бомжа, вызывал тошноту и от взгляда на него, и от аромата, источавшегося гостем. Босс, на попытку расспросов только поднял руку, останавливая подозрительного Санна. Агнеске было велено привести в надлежащий вид Жюльена, а Росинте проверить его здоровье, чем женщины сразу же и занялись. На этом Сиэло решил закончить на сегодня, и отправился отдыхать, пожелав всем доброй ночи и приятных снов. Комната встретила своего хозяина полумраком и прохладой, казалось, пустота осязаема и её можно потрогать руками. Идти в душ желания не было, поэтому скинув прилично потрепанную куртку, которая несколько дней назад красовалась новой этикеткой, и сразу отправилась в мусорное ведро, и не раздеваясь, Тсунаеши опустился на кровать, заснув спокойным сном уже через двенадцать секунд. Но снов Боссу Эстранэо не снилось, лишь пустота, поглощаемая чистым оранжевым Небом. Непонятный гул и лязг металла нарастал, закладывая уши с непривычки, аромат смерти остро бил по обонянию. Время от времени раздавались крики и возгласы, приглушаемые стонами поверженных и обреченных на долгую мучительную смерть. Словно призраки проходили сквозь туман цвета Неба, рассыпаясь в прах выйдя на свет. Все закончилось также быстро, как и началось, и теперь Сиэло стоял посреди ясной пустоты, а далеко внизу полыхало пламя Неба, словно Адское, поглощая все картинки, проплывавшие с разных сторон. – Это история Эстранэо, – Тсунаеши вздрогнул и начал озираться по сторонам, но владельца мелодичного голоса не обнаружил. – История? Ты Примо Эстранэо? – прокричал он в пустоту боясь что этот некто не услышит его. – Да, я Примо Эстранэо Мария Магдалина. – Святая? – выдохнул подросток с некоторым трепетом. – А ты думаешь, почему новые члены семьи приносят клятву именно на моем образе? – Значит, кольцо Эстранэо признало меня, как Босса? – решил все-таки выяснить некоторые моменты Тсунаеши, чтобы быть уверенным, что он не ошибся. – Ты восемьдесят первый Босс Эстренэо, семьдесят седьмой, кто смог зажечь пламя Неба на кольце, и шестьдесят девятый, кто смог пробудить кольца Эстранэо и попасть сюда. Спрашивай, – Примо Эстранэо словно читала мысли новоиспеченного Босса. – Что это? – подросток указал вниз, на пламя пожирающее образы. – Это твое пламя, поглощающее прошлое. Видимо, ты не желаешь принимать наши поражения и ошибки. – Да, не желаю. Если то, что мне известно о предыдущем поколении Эстранэо правда, то я не желаю такую семью. – Все правда, – со вздохом пояснила Примо. – Ты хочешь покинуть семью? – Нет, я желаю чтобы Эстранэо стала такой семьей в которой всем будет тепло и уютно, – последние слова вырвались помимо воли Тсунаеши. Подросток не понимал, почему произнес именно эти слова, ведь он желает сделать Эстранэо сильной, способной защитить себя и своих подчиненных. – Ты растерялся? Ты хотел сказать что-то другое? – Да, но... – Не нужно думать, прежде чем сказать, восемьдесят первый Босс Эстранэо, здесь все твои мысли и желания я вижу без прикрас. Ты не сможешь соврать, даже самому себе, – если бы сейчас Примо Эстранэо показалась собственной персоной, то на её лице наверняка сверкала бы злорадная улыбка а-ля тридцать два. – Почему я здесь? – Ты сомневаешься, достоин ли быть Боссом Эстранэо. – Да, я сомневаюсь смогу ли я стать хорошим Боссом для семьи на которую скоро объявят охоту. Ведь я преступник, и уже скоро враг догадается, где меня искать. – Семья - это не название, семья - это люди и связи между ними. "Росинта-сан это уже говорила", - подумал подросток. – Но лишь Босс способен создать и удержать связи между людьми, – тем временем продолжала вещать Примо Эстранэо. – Никто никогда не сможет заменить Небо, что окружает и сближает атрибуты силы. Лишь Небо способно понять всю боль и горечь утраты частички семьи, и лишь Небо способно восполнить утрату. Голос продолжал вещать о Небе и его способностях, об истории, что учит нас, о предназначении и мудрости веков. Казалось, проходили не часы, а дни, года и столетия, а он все слушал и слушал. Затем до чуткого уставшего слуха начал доноситься совсем другой голос, тоже женский с акцентом. – Агнеска! – вскрикнул Сиэло, резко садясь на кровати. – Босс? Ваш завтрак, – девушка указала на прикроватный столик, где стояли омлет, молоко, к которому его стала приучать Росинта сетуя на здоровье Босса и пара тостов. – Да, – кивнул подросток вспоминая свой сон. Хотя в том, что это был именно сон уверенности не было, но все же. – Хороший был сон, – загадочно улыбнулся Сиэло. – Где Ланчия? – Стоит у вашей двери, кажется сеньор Ланчия хочет с вами о чем-то поговорить. *значит, я верно все понял. Я довел Ланчию-сана до ручки своей непредсказуемостью, * подросток покрутил кольцо Босса на пальце рассматривая его будто впервые видит, и глубоко вздохнул на завтрак ему предстоит тяжелый разговор с Ураганом. – Тогда пускай Ланчия войдет. Мужчина действительно был не похож на себя. Кажется он не спал с тех пор как они уехали за второй целью, и ночь по возвращении Ураган тоже провел без сна. – Босс…. – Присаживайся, Ланчия-сан, – Тсунаеши указал на уже законное место своего Хранителя – кресло у окна. – Агнеска сказала что ты чем-то озабочен, - подросток все еще не мог привыкнуть и решить кого как называть. – Да, Босс я бы хотел вернуть вам кольцо Хранителя Урагана Эстранэо, – мужчина протянул реликвию подростку, но тот начал жевать омлет с тостом, и запивать все это молоком, как не в чем не бывало. – Ланчия-сан, неужели я создаю столько проблем, что даже ты не можешь справиться? – Б-босс, нет! Не в этом дело! Просто, я, не подхожу для такой роли. Я не могу вас защитить, я не могу зажечь пламя на кольце. Подросток чуть было не подавился, когда услышал эту маленькую исповедь. – Ланчия-сан, ты никогда не сможешь зажечь пламя на кольце, если будешь сомневаться в себе, во мне, в семье. – Босс! Я... – Нет, Ланчия-сан, я знаю, что ты мой Ураган. И знаешь, – Тсунаеши внимательно посмотрел на своего первого подчиненного. – Я никуда тебя не отпущу, никогда. После этого разговора Сиэло решил поторопиться с остальными Хранителями. Он был более чем уверен, что Туманом станет Рокудо Мукуро хоть это и доставит массу проблем, неудобство и споров. Этого иллюзиониста не примут просто так в семью, которую он по сути уничтожил, особенно Ураган. Нанизав оставшиеся кольца Эстранэо на цепочку, ту саму, что когда-то берегла кольцо Неба, он вернул её на шею в надежде, что реликвии сами укажут на Хранителей. Молния нашлась уже на первом этаже. Марко сидел на лестнице и откровенно скучал. Босс не приказывал ему по возвращении ничего, и юноша не знал, чем себя занять. Пока Ураган, как он понял, правая рука Босса, ему не доверял, все остальные старались быть максимально вежливыми, но при этом не сказать ничего лишнего о семье, а Виторио, который по слухам должен находиться здесь, он вообще не видел сегодня. – Скучаешь? – Тсунаеши не нашел ничего более умного, и после минутного размышления решил сразу перейти на “ты” и максимально дружеский тон. Чего от этого парня ждать, Сиэло не знал. Слишком уж Марко не предсказуемый, словно молния. – А? – официант вздрогнул и подскочил на месте услышав за спиной голос Босса. – Я… – Будь моим Хранителем, – выпалил Сиэло прежде чем смог обдумать сказанные слова.