Любовь должна быть в каждом сердце...

Сначала была боль… Боль настолько сильная, что Унами пришлось сдерживаться, чтобы не закричать прямо здесь, в комнате, где мирно спал ничего не подозревающий Сейя. Хотелось выть от боли на луну, как это делают волки, но девушка крепко сжала зубы, чтоб ни один звук не вышел из ее горла, загнав все свои эмоции в угол. Унами оделась и выбежала из квартиры, тихонько прикрыв за собой дверь. Девушка ворвалась на подземную стоянку и, запрыгнув на свой мотоцикл, вихрем унеслась от дома, в котором спали ее разбитые надежды. Впереди был только ветер… Странно, но сейчас, сидя здесь на высокой телебашне (Унами не захотела ехать на свое любимое место возле моря, она не желала портить последнее радужное воспоминание, связанное с морем), когда, наконец, могла дать волю своим чувствам, боль была такой же всепоглощающей, вот только когда она открывала рот, вопль, все еще душившей ее и разрывающий на части ее душу, уже ни за что бы на свете не слетел с ее уст… (возможно виноват был ветер, охладивший ее запал). Печаль и ярость пришли к ней почти одновременно, и этого двойного натиска девушка не смогла выдержать, она уже готова была спрыгнуть с башни, когда ей в голову пришла совершенно иная мысль, и, не долго думая, девушка достала у себя из сапога нож и отрезала всю свою пышную копну волос: золотистые струны посыпались с башни, Унами бы очень хотелось, чтобы вместе с ними ушла бы и ее боль и любовь к человеку, спящему в ее пастели, но, увы, это было не так просто… Так и не проронив ни одной слезинки и не дожидаясь восхода солнца, она отправилась к Крису, к другу… Конечно Крис был очень удивлен ранним визитом девушки в три часа ночи, но больше всего его повергло в шок то, что она сделала со своими роскошными волосами, которые именно он так бережно выкрашивал накануне съемок клипа в желтый цвет, однако первым, о чем он спросил, было: - Что Он сделал? - Он назвал Ее имя во сне, после того как мы провели две ночи вместе, - как бы безразлично сказала девушка, - но все это не столь важно, - сразу же переключилась на другую тему Унами. – Крис, ты не мог бы подровнять мне волосы и выкрасить их в прежний цвет, тем более, что они стали короче, так что, я думаю, времени это займет намного меньше, чем в прошлый раз, - извиняющимся тоном сказала девушка. - Хорошо, только я сначала заварю нам кофе. И да, в таком случае, ты будешь должна мне сегодня танец на баттле, - парень довольно улыбнулся, услышав резкое фырканье девушки. - Что ты намерена делать? – спросил Крис после того, как разрешил проблему девушки с волосами; теперь на него смотрели два потухших небесных глаза, обрамленных белыми волосами, чуть длиннее, чем у Хотару. - Я… Ну, я тут обдумала все и решила ничего не говорить пока Сейе, не знаю, почему, но пока не хочу, возможно, это было всего лишь во сне… - Крис внимательно изучал ее глаза: - Ясно, не хочешь делать себе еще больнее… - Вероятно, да! Ладно, спасибо тебе большое, я пошла тренироваться перед баттлом, а то уже в девять часов выступление, следовательно, осталось каких-то пятнадцать часов. На полдороги домой у девушки зазвонил телефон: - Мисс Кицуно? - Да… - Здравствуйте, вам звонит директор школы… - Эмм… - У меня к Вам небольшая просьба, не могли бы вы представлять нашу страну на олимпиаде по математике, которая будет происходить в Аргентине? Просто мисс Мицуно отказалась, и мистер Коу тоже, а вы следующая по списку. Вылетать надо завтра… - Стоп, меня заинтересовало ваше предложение, но давайте я лучше сама заеду в школу, и вы мне все расскажите, - сказала Унами, а про себя подумала: «Вот он - мой шанс». - Крис, заказывай билеты, мы с тобой завтра летим в Аргентину, – сказала Унами в трубку телефона. - Класс, как раз там пройдет финальный танцевальный баттл, я только что об этом узнал, – девушка лишь закатила глаза. – Заказывай билеты на себя и меня, всего ДВА билета. - Не волнуйся, до двух я считать умею, - весело сказал Крис. - А я пока разомнусь, раз дома все равно никого нет, - сказала Унами, направляясь в комнату с тренажёрами. Девушка не заметила, как она перешла от тренировки к избиению боксерской груши. Она чересчур увлеклась и не увидела расшатавшегося крепления на потолке. Унами еще раз хорошенько ударила, и груша с лязгом сорвалась с петли и, разбив ближайшее стекло, вылетела в окно. Сейя уже начинающий привыкать к тому, что просыпается на утро он один, что его очень бесило, решил пройтись по улице, и как раз, когда он возвращался домой, буквально над его головой послышался звук разбитого стекла; подняв голову, он увидел, что на него падает что-то большое и темное, но уже через пару секунд это что-то исчезло в белой дымке и словно испарилось куда-то. «Что это? Атака демонов, или это опять Братья Тьмы?..» - внезапная догадка озарила его, и он бегом рванул к квартире Унами. - Конфетка... Унами? Милая, с тобой все в порядке? – спросил Сейя, заходя в комнату, откуда валил густой столб бетонной пыли. Девушка стояла вся в пыли и с каким-то неверием смотрела на свои руки. – Унами… Девушка перевела свой удивленный взгляд на Сейю, взгляд ее начал проясняться, в нем мелькнула молния какой-то боли, которую парень так и не понял, а затем взгляд ее глаз стал ласковым и наполнился озорством. - Да, все в порядке. - Тогда марш в ванную, ты вся в пыли. - Не хочешь составить мне компанию? - Ты еще спрашиваешь, конечно хочу, но только сначала смой с себя пыль. - А ты мне поможешь? – спросила Унами, закрывая дверь в разгромленный спорт зал. - Ага, сейчас, только закажу пиццу. Кстати, ты что, сделала новую стрижку? - Да, нравится? - Пока не знаю… «Прости меня, Сейя, но я так больше не могу, нам надо разобраться в том, что мы чувствуем друг другу, и лучше всего это сделать на расстоянии друг от друга…» - гласила коротенькая записка, оставленная девушкой на столе. Унами взяла свой чемодан и направилась к двери, она обернулась и посмотрела на улыбающегося во сне парня: - Я люблю тебя, Сейя Коу, и желаю тебе удачи… До встречи! Они танцевали великолепно, казалось, в танце соединились два одиночества, два безответно влюбленных человека, они понимали друг друга без слов и жестов, а лишь одними глазами, им не надо было говорить друг о друге ничего, они и так все знали… Так их сковывала одна и та же тайна: люди, которых они любили... Любимая Криса умерла много лет назад, так много, что он уже почти не помнил, как она выглядела, а помнил лишь свет, исходящий от нее, этот свет был похож на тот, каким светила Унами, вот только и девушку судьба не пощадила. У людей много тайн, и у Унами и Криса много загадок для других людей, вот только друг от друга у них нет тайн – они верны друг другу до конца, ведь они лучшие друзья… - Пока, город цветущей вишни, - прошептала Унами, сидя в самолете, и наблюдая в иллюминатор за уменьшающимся городом. - Не волнуйся, все будет хорошо, - сказал Крис, обнимая девушку одной рукой и кладя ее голову себе на плечо. - Как же все-таки хорошо, что на этой планете ты выступаешь в роли человека, а не… - зевнула Унами. - Да уж… - промурлыкал с тихим вздохом Крис. А где-то на семнадцатом этаже спокойно спал Сейя, и с его губ слетели запоздалые слова, которые уже некому услышать: - Унами, любимая... Конец первого тома.