Соблазнение по Фрейду

Сехун, внимательно разглядывая очередную побрякушку в виде каких-то парных колец, отчаянно пытался вникнуть в смысл слов, которые Кай повторял ему, казалось, уже раза три. Плюнув наконец на это неблагородное дело, О под конец просто кивнул головой, бросая что-то вроде: «Я бы выбрал вон те, с фиолетовым камушком». - Ты и вправду так думаешь? – видя скошенный и подозрительный взгляд друга, блондин закивал головой, как болванчик, вызывая улыбку у последнего. - Можешь не стараться, я вижу, что ты витаешь в какой-то параллельной мне вселенной, - Чонин, заплатив за покупку, легко стукнул парня по плечу. О в ответ лишь извиняюще улыбнулся, смешно морща нос. Шатен в кои-то веки пригласил его погулять, а парень весь день только и делал, что думал о чёртовом плане Чанёля. Вот спрашивается, почему ему так не везёт в последнее время? - Я думаю, твоей девушке понравится, - в ответ на фразу Кай сразу же начал смеяться, наваливаясь на младшего и легко трепля его по голове. - Боже, Сехун-а, не надо делать такой скорбящий вид, будто бы ты предал меня, как Иуда, - на только открывшийся рот Сехуна Ким лишь взмахнул кистью в воздухе, указывая на карман пуховика блондина. - Тебе звонят, наверное, в третий раз, ответь уже. - Да. Что значит, почему не брал трубку? Представляешь, у меня тоже есть дела, хён, - О, замешкавшись, еле успел принять вызов, сразу же огрызаясь со своим собеседником. - Что? Я сейчас не могу. Бэкхён-хён с тобой? Но я сейчас с Каем… - услышав имя своего парня, Се закусил губу и принялся яростно обдумывать, как ему поступить в этой ситуации. Чонин, до сих пор наблюдавший за неловко переступающим с ноги на ногу парнем, горько вздохнул и отобрал телефон у младшего. - Чанёль-хён? Да, он будет у вас примерно через двадцать минут. Ага, я придам ему пинка для ускорения, конечно, хён, - Кай непринуждённо засмеялся, передавая мобильник угрюмому блондину. - Тебя уже заждались, - кореец легонько подтолкнул О вперёд, - и ещё, Сехун-а, ради бога, перестань строить из себя мученика вселенского масштаба, это привилегия Пак Чанёля. Мы встретимся послезавтра в универе, беги уже, - Ким, широко улыбнувшись, помахал рукой на прощание, получая в ответ всё такую же извиняющуюся улыбку. - И ещё, - шатен, сложив руки в импровизированный рупор, поглубже вздохнул и выпалил, - удачи в твоём нелёгком деле по совращению хёна! Когда блондин, испуганно дёргаясь от сказанных слов и на ходу размахивая руками, всё же скрылся из виду, оставляя Чонина одиноко стоять в постоянно движущемся потоке людей, парень, перебросив украшенную коробочку из одной руки в другую, обречённо вздохнул. - Чжинри, - Кай протяжно выдохнул в трубку, кутаясь в тёплый шарф, - ты примешь своего оппу сегодня на ночь? Как это зачем? Будешь утешать своего парня. Ну что значит с какого это перепуга? Меня, между прочим, друг променял, моё сердце разбито вдребезги, - парень театрально взвыл, наигранно всхлипывая. - А? Да, я ужу еду, жди меня, - услышав тяжелый вздох и ворчливое «ладно, можешь приезжать», парень от радости широко улыбнулся и направился в сторону станции. Ведь не одному же Сехуну строить свои отношения. *** - Сехуни, пока ты к нам шёл, твой бедный хён уже успел поседеть! – едва только О успел сесть за стол в кафе, переглядываясь с Бэкхёном, Чанёль снова завёл свою пластинку. - Что-то я седых волос не вижу, неужели так быстро перекрасился? – язвительно вставил Бён, немного хмуро скосив взгляд в сторону Пака. - Бекхёни, душа моя, неужели ты не видишь их? Ну вот же они, вот, - Пак, раздвинув пряди волос, нагло полез к корейцу, тыкая затылком чуть ли не в нос парню. О, с самой первой секунды ощутив напряжённый накал в воздухе между двумя лучшими друзьями, заметно занервничал, натягивая тёплый свитер пальцами. - А где Крис-хён? Почему он не с тобой, Чанёль-хён? – блондин, лихорадочно перебирая всевозможные варианты перемирия в лице непринуждённого диалога, наконец откопал нужную тему. - А, этот, - Пак, вразрез всем ожиданиям О, ещё сильнее помрачнел в лице. - Нашему царю не нужна еда. Он же святым воздухом питается, - старший показательно фыркнул, отвернув голову, будто демонстрируя свою обиду на так и не появившегося Ифаня. - А может, он просто не хотел связываться с одним надоедливым холопом? – всё так же холодно поинтересовался Бэк, щуря глаза. - Разве только он хотел избежать твоего общества, - Пак тоже не собирался оставаться в долгу, сверля друга взглядом. За всё время, что они втроём провели в кафе, помимо колких фраз, которые парни кидали друг другу, они перебрасывались редкими репликами, не составившими масштабных диалогов. Сообща они смогли только заказать обед, вежливо улыбаясь официантке. Ах да, ещё Бён соизволил спросить, как он погулял с Каем. Сехуна, который, видимо, бросил своего лучшего друга ради того, чтобы посидеть в мягком кресле и поесть карри, старший будто не замечал вообще. Бэкхён лишь изредка лениво перебрасывался короткими, ничего не значащими фразами, что жутко раздражало О. Когда Пак в очередной раз капризно предъявил претензии к так некстати разбросанным конечностям старшего, потому что, по его словам, его ноги были намного драгоценнее, чем чьи-либо, а в ответ последовало замечание о том, что «драгоценность заключается в исключающей кривизне ног», Сехун не выдержал. Со стуком отложив палочки в сторону, парень, которому уже порядком надоел пусть и не специальный, но всё же показательный игнор с обеих сторон, вдруг резко встал из-за стола и направился к выходу. Бэкхён, оторопело смотрящий в сторону уходящего младшего, уже открыл рот, как вдруг Чанёль, резво вскочивший из-за стола, тоже помчался на выход, кидая что-то типа: «Сегодня я ночую у вас, неудачник, передавай привет боссу». Парень, глубоко вдыхая и выдыхая, пытался внутренне успокоиться, но почему-то всё шло из рук вон плохо. Впервые за полгода, что он встречался с Сехуном, Бён поистине жалел, что оставил младшего с Чанёлем. И неизвестно, что больше повлияло: ночная смена парня, из-за которой эта неугомонная бестия будет сегодня прижиматься к О, словно он был мягкой игрушкой, или же слова, не вылетающие из головы ровно с того момента, как Пак произнес их. «Бэкки, ну прекрати уже ломаться, как целка. Малому же не 15 лет! Хватит выёбываться, а то можешь пожалеть". С силой сжимая зубы, парень думал сейчас только об одном: как бы при завтрашней встрече не врезать своему лучшему другу. Потому что если Пак и вправду хоть что-нибудь сделает с его Сехуном, он явно пожалеет об этом. *** - Отгадай, чем мы сейчас с тобой займёмся, - облизав губы, Чанёль положил руку на колено младшего, медленно поднимаясь выше и щекоча подушками пальцев тёплую кожу под тонкой тканью шортов. - Лично я буду закапывать чьё-то очень наглое, но уже остывшее тело, - не отрываясь от книги, ответил О, нервно дёргая ногой и сбрасывая ладонь Пака. - Неправильный ответ! – старший неодобрительно покачал головой и со скорбящим видом выдрал из рук блондина «ненужную вещь». - Мы с тобой, мой маленький и несмышлёный друг, сегодня будем снова познавать тяжёлую науку совращения, - после недолгой паузы созидательно изрёк парень, скребя пальцами подбородок. - Отвали со своей тяжёлой наукой, я больше не хочу этим заниматься, - Сехун, зло зыркнув на друга, поднял с пола бедного Достоевского, которого он всё же решился прочитать. - А вот с этого момента поподробнее, - парень заёрзал на диване, подбирая длинные конечности. - Что-то случилось? - покосившемуся в свою сторону блондину Пак лишь укоризненно помахал пальчиком, жестом давая знать, что он угадает сам, - наша радость в лице лживой целочки снова тебя отшила? Сехун при гадком слове «отшил», которое за долю секунды успело пробраться в мозг и оставить отпечаток в виде «я неудачник и меня не хочет даже мой собственный парень», лишь угрюмо кивнул головой. - Мальчик мой, - Чанёль ободряюще похлопал по плечу О, тяжело вздыхая, - Бён Бэкхён – это шлюх… точнее, вещь странная. Он вроде и хочет секса, но и в то же время молчит. - Хён, не говори за него, - парень, взбеленившись, откинул утешающую руку в сторону, злобно смотря на вытянутое лицо старшего. - Мелкий, я с Бэком живу душа в душу уже больше пяти лет! Да я даже его любимую позу знаю, не говоря о такой мелочи, из-за которой ты тут страдаешь, как шестнадцатилетняя девчонка, - Пак возмущённо размахивал своими длинными конечностями, пару раз задевая бедный нос О. - Так что внимай мне, великому и прекрасному! - Ну, внимаю, о, мой повелитель, - сдавшись под конец и махнув рукой, Сехун обречённо откинулся на кровати и распластался в позе звезды, в который раз сожалея о том, что снова согласился. - Начнём с самого простого, чувак, - старший медленно подполз к О. - Вы с бывшим друг другу дрочили? Блондин, резко открыв рот и глаза, мигом покраснел и с перепугу сел на кровать, предварительно отползая от Пака подальше. - Х-хён, - смешно заикаясь, парень выставил вперёд руки и отвёл взгляд, - какого чёрта ты спрашиваешь у меня такое? – в ответ Чанёль, недовольно цокнув, лишь переспросил, при этом больно стукнул младшего по колену. - Ну, н-нет, - после третьего пинка, когда брюнету надоело лицезреть открывавшего и закрывавшего рот Сехуна, тот всё же смог выдавить из себя нечто похожее на адекватный ответ. - Отлично, - Пак, радостно кивнув сам себе, развернул лицо блондина к своему, при этом не переставая, по мнению О, дебильно лыбиться, - тогда приступим. Блондин лишь вновь недоумённо раскрыл рот, в то время как старший ляпнул что-то типа: «Муха залетит в такую мишень». Парень, с силой вонзая ногти в ладонь, так тяжело вздохнул, словно он собрался изучать все известные химические элементы. Чанёль, сдержав вырывающийся смешок, легонько надавил на грудь младшего, заботливо, словно курица-наседка, укладывая его на скомканное одеяло. Тихое «запоминай, Сехуни» врезалось в мозг младшего с некой толикой непонимания, но когда влажные губы коснулись шеи, слегка покусывая кожу, а язык начал вылизывать пульсирующую венку, О вздрогнул, на мгновение теряя самообладание. Хотя почему только на мгновение? Парень, слыша первый стон, эхом прокатившийся по пустой квартире, не сразу понял, что он принадлежал именно ему, а когда Пак щекочущими движениями стал вырисовывать непонятные узоры от пупка к ширинке вдруг неожиданно ставших тесными брюк, крыша точно и явно помахала белым платочком несчастному блондину. А ещё, чего Сехун точно не ожидал, из него посыпались яркие возмущения, выраженные отборным матом, когда, услышав телефонный звонок, Чанёль оторвался от него. - Да, Крис, - Пак, на секунду оторвавшись от возни с ремнём младшего, почти сразу поднял трубку, радостно улыбаясь своему парню, будто бы он мог это видеть. - Ага, я у Сехуна сегодня переночую, я же тебе говорил! Как ты так можешь? Не помнишь даже того, что было четыре часа назад, - брюнет обиженно надул губу, капризничая в трубку. - Хён, - спустя минуты две или три разговора О, у которого низ живота уже довольно болезненно тянул, наконец подал голос, - я, пожалуй… Старший, не дав договорить, лишь легонько провёл рукой по внутренней стороне бедра тонсэна в надежде, что тот успокоится и подождёт, пока король закончит свои «важные» переговоры. Только вот парень, видимо, совсем забыл, из-за чего голос Сехуна стал таким хриплым, а терпение как-то неожиданно иссякло, и громкий стон, вырвавшийся из-за неосторожного движения, стал явным признаком этого. - Что это сейчас только что было? – голос Криса на другом конце мгновенно похолодел на, наверное, сотню градусов. - Чанёль, почему, твою мать, Сехун застонал в голос? - Ну, Фань, что ты как ребёнок. Почему, почему, может быть, потому, что он возбуждён, нет? – Пак горестно вздохнул, махая рукой младшему, чтобы тот успокоился. - Я не тупой, Чанёль. Я спрашиваю у тебя, какого вообще хрена он там стонет? Только не говори мне что, - У на секунду замолчал, а потом вдруг резко повысил голос. - А знаешь, пошёл ты в жопу, Чан. - И в чью же? – не выдержав неоправданных, по его же мнению, наездов, ляпнул брюнет. - Да хоть в Сехуновскую, - с явной злостью выплюнул Крис и сбросил звонок. - Психопат, - обидчиво пробурчал про себя Чанёль, досадливо отмечая, что секса у него не будет в течение эдак целой недели. - Хёён, - снова позвал забытый младший, уже почти что скуля от перевозбуждения. - В туалет, Сехун, в туалет, - брюнет указал пальцем на белую дверь, прискорбно садясь в позу лотоса и задумчиво зажимая подушку. - Урок окончен, ибо кое-кто испортил мне весь настрой. О, лишь слегка пожимая плечами, бегом помчался в ванную, заранее открывая кран с водой. Старший же, всё так же лениво и печально перекатываясь по кровати, ждал, пока младший выйдет из туалета, и тогда он уж пожалуется на ревнивца-идиота и просто У Ифаня. И только потом, после часового возмущения, они обговорят дьявольский план Пака, который, правда, по замыслу парня, был заранее обречён на провал со стороны Сехуна, повлёк бы за собой нервный срыв Бэка и совсем маленькую компенсацию, заключающуюся в том, что секса не будет не только у него, но и у парочки неудачников. Ну а что? И здесь надо чем-то жертвовать. *** Проснувшись рано утром, О, скидывая с себя развалившегося и бурчащего Чанёля, довольно улыбнулся сам себе. Сегодня среда, двадцатое января, и это первый день за все три, когда парень сможет побыть с Бэкхёном. И совершенно неважно, что вместе с ними будет ещё примерно пятнадцать незнакомых лиц. Напоследок фыркнув в сторону до сих пор смешно кусающего кончик подушки Пака, Се пошёл в душ. Лёгкий контраст холодной воды с тёплым воздухом нагретого помещения окончательно скинули любые, пусть даже маленькие намёки на сон, и теперь, стоя и переминая босыми ногами в душевой кабинке, блондин пытался принять важное для себя решение. Помедля ещё секунд десять, О всё же со вздохом взял бритву и выдавил побольше пены себе на подмышки. Ведь что не сделаешь ради того, чтобы в день Х, как считал наивный и глупый парень, быть идеальным. Когда Сехун наконец закончил приводить себя в порядок и, взяв с собой тёплый кофе, выбежал из дома, оставалось ровно сорок минут до начала конференции. Пожалуй, блондин ещё никуда так не спешил, перепрыгивая через две, а то и через три ступеньки и рискуя поскользнуться или даже шмякнуться из-за заледеневшей дороги. О чуть ли не поминутно глядел на циферблат подаренных Бэком часов, а когда наконец железный голос объявил нужную станцию, парень в буквальном смысле пробкой вылетел из вагона. Запыхавшийся и на ходу снимающий с себя одежду Сехун по приходе вызвал добродушную улыбку у Бёна, который уже как десять минут был на месте. Блондин, издали заметив задумавшегося о чём-то своём старшего, тут же поспешил к нему бодрой походкой. - Привет, - первым поздоровался О, немного застенчиво улыбнувшись. Бэкхён в ответ кивнул, легонько сжимая замёрзшую руку младшего и пытаясь незаметно её растереть. Блондин, чуть ли не тая от каждого прикосновения старшего, лишь довольно щурился, как кот, объевшийся сметаны, вызывая лёгкую полуусмешку на губах своего парня. - Итак, давайте начнём нашу конференцию. Сегодняшняя тема посвящается проблемам… - едва только голос какого-то престарелого профессора заскрежетал в пресс-кабинете, О с явным недовольством обнаружил, что старший убрал свои руки. Такой расклад не то чтобы не устраивал парня, он его даже в какой-то степени выбешивал. Легонько толкнув ногой Бэка, младший лишь увидел высунутый язык и хитро прищуренные глаза. Сехун, захлебнувшись от возмущения, зло скосился в сторону отчего-то довольно лыбящегося старшего и попытался успокоиться. «Рано», - сделав глубокий вздох и заставив себя силой воли взять ручку в руки, парень принялся делать заметки о нудном сообщении, которое сейчас представлял какой-то странный тип. Рядом сидящий Бён, подперев щёку рукой, разглядывал выступающего с выражением лица, как у удава, который лениво наблюдал за скачущим туда-сюда зайцем. Видимо, старшему и вправду была интересна эта конференция, хотя раньше О никогда не наблюдал за ним рвения к науке. Но когда же прошло полчаса, и всех присутствующих в зале уже в конец замучил нудизм, цитируемый из какой-то книжки по экономической теории, блондин, видя, что Бэкхен устало откинулся на кресло, при этом массируя виски, принял это за сигнал к началу действий. Глубоко вздохнув и пытаясь унять дрожь в пальцах, Сехун начал лихорадочно вспоминать, о чём говорил Чанёль. - Значит так, бери в свои костлявые пальцы ручку и записывай! – всё тем же царским и пренебрежительным движением махнул Пак, сидя за столом, - Первое, и самое главное, ни в коем случае не делай всё быстро. Второе, - старший загнул указательный палец, на секунду отвлекаясь из-за маленького заусенца. - Хён, второе, - О смог лишь обречённо вздохнуть, когда брюнет, раздражённо пытаясь бороться с «непонятно откуда взявшейся фигнёй», как-то совершенно забыл про него. - Ах да, второе, - победоносно улыбнувшись после того, как всё же содрал кожицу возле ногтя, Чанёль соизволил продолжить, - ни при каких обстоятельствах, даже если наша лживая целочка будет всячески упираться, не отступай от нашего плана, ты понял? Пока Бэк разминал шею, хрустя суставами, блондин решил пустить в ход свои пока ещё непрофессиональные, но уже нашедшие свой первый опыт руки. Тонкие пальцы медленно, словно прощупывая «место будущей деятельности», начали скользить по ноге, поднимаясь от коленной чашечки к бедру. Бэкхён в ответ на такие действия немного неловко дёрнулся, словно прислонился к чему-то очень горячему, и попытался отползти, но профессор резко повернулся к старшему, хмуро качая головой и призывая к порядку и тишине. Сехун, мысленно возликовав, продолжил свои коварные действия, исподтишка наблюдая, как Бён закусил губу и кинул злой взгляд в его сторону. «Главное не останавливайся». Вздохнув ещё глубже, О, от усердия даже высунув язык, решил перейти на внутреннюю сторону бедра. Аккуратно переместив пальцы, парень наткнулся на сведённые вместе колени. Старший, сощурив глаза до маленьких щёлочек, левой рукой яростно схватил запястье Сехуна, в спешке пытаясь отцепить его конечность от своей ноги. Блондин, бросив возмущённый взгляд из-под растрепавшейся чёлки, свободной рукой легонько ударил Бёна. Копошение под столом, пожалуй, могло бы продолжаться ещё долго, если бы профессор, которого О готов был впервые в жизни благодарить за такое вмешательство, показательно не прокашлялся, кидая гневный взгляд на Бэкхёна. Старший, извиняюще улыбаясь, снова положил руки на стол и с видом заинтересованного книжного червя начал записывать нудную речь очередного ботаника. Се, решив не испытывать судьбу, приступил к самому главному. С силой раздвинув кистью ноги Бёна, Сехун сначала легонько, словно нащупывая почву, надавил на ткань джинсов возле ширинки, специально заставляя шершавую ткань задевать нежную кожицу даже сквозь трусы. Когда же О, войдя во вкус, уже вовсю орудовал под столом, натирая, разминая, массируя, имитируя ласки, Бек вдруг вздрогнул и побледнел. А потом резко выскочил из-за стола, хватая первую попавшуюся тетрадь и держа её на уровне бёдер. Младший от неожиданности чуть не пропахал носом стол, всаживая в своё лицо кучу заноз, в то время как его парень уже скрылся из виду, выбежав (или же Се только показалось?) из конференц-комнаты. Блондин обиженно откинулся на мягкий стул, выуживая из кармана сотовый и потихоньку, чтоб его не спалил профессор, быстро набрал смс-ку: «Всё пропало. Я полный лузер, хён». *** Чанёль уныло плёлся по коридорам, будто бы его позвали не в деканат, а на казнь. Хотя кто знает, может, смерть была бы куда лучше, чем часовой промыв мозгов от нудного декана в лице престарелой дамочки, которая обожала Пака всеми фибрами своей души и всем сердцем желала, чтобы он наконец взялся за ум. Стрелки на часах показывали уже одиннадцать, пары в университете были в самом разгаре, поэтому коридоры были абсолютно пусты. И только Чанёлю, чёрт возьми, в его законный выходной нужно было идти на каторгу! Пройдя мимо туалета, парень, желая оттянуть время своего мучения, решил зайти внутрь уборной и закрыться в какой-нибудь кабинке, чтобы на звонок декана ответить: «Сохи-ним, знаете, я застрял в университетском туалете, дверь ну никак не поддаётся!». Довольно кивнув себе и своей гениальности, которая всегда шла плечом к плечу с Паком, парень, оглядевшись по сторонам, словно он выполнял какую-то шпионскую миссию, прошмыгнул внутрь. Почти дойдя до свободной кабинки, брюнет вдруг остановился, от возмущения открывая рот. - С-сехун, твою мать, - откуда-то слева послышался громкий стон. Сощурив глаза, Пак с недовольством отметил про себя, что там, в какой-то из кабинок, кто-то очень нагло и явно дрочит. И самое главное, о чём догадался Чанёль, - это то, что голос явно принадлежал Бэку. Послушав ещё с минуту стоны своего друга, Чан хлопнул себя по лбу, расходясь в широченной улыбке. - Бэкки, - слащавый бас прорезал тишину, отчего в кабинке моментально стало тихо, - наш малыш всё-таки довёл тебя, да? – почти пропел (насколько это возможно было с голосом Пака) Чанёль, ставя в голове галочку, что мелкий, пожалуй, не так уж и плох. - Чанёль? – голос Бёна был раздражённым и усталым, - откуда ты вообще здесь взялся? - Не беспокойся, друг, я всё понимаю, поэтому оставляю тебя наедине с твоей проблемой, - парень сочувствующе постучал по двери какой-то кабинки и направился к выходу. - Ведь ты у нас принципиальный. Раз с нашим малышом не хочешь спать, то левая рука тебе в помощь! – уже на выходе прокричал Пак, гаденько хихикая. - Крашеная сучка, - только и смог проконстатировать Бэкхён, обессиленно сползая по кафелю вниз. Только сейчас, когда его друг сделал просто жирный намёк в сторону странного поведения Сехуна, Бён наконец всё понял. Пак Чанёль объявил войну, где главным и скрытым оружием был его собственный парень. И самым паршивым во всём этом было то, что Бэк был совсем не против сдаться своему противнику.