Кровавый поцелуй

Мои внутренности медленно превратились в пепел Рассыпавшийся, как только я без сил рухнул на землю Жестокий ветер унес мой прах из виду Задержав мрак той ночи на целый день Глубокая ночь. Сколько уже времени? Два часа? Три? Неважно. Бессонница мучает меня уже далеко не первый день. Сейчас это самая наименьшая неприятность, и она не сможет потрепать мою и без того слабую психику. Хотя, что я говорю, от моей психики уже не осталось ничего. Ерзаю в кровати. Одеяло дарит приятное тепло, но мне все равно холодно. Скорее всего, это из-за открытого окна. По-моему я закрывал его, но это опять-таки неважно. Полежав еще пару минут, я встаю. В комнате темно. Не так, как это бывает по обыкновению ночью, а совсем темно. Я не различаю очертания предметов, находящихся в комнате, но это не проблема, я легко миную все ненужное и подхожу к окну, даже ничего не видя. Сажусь на большой подоконник, обхватываю колени руками и смотрю в окно. Луны не видно, как не видно и звезд. Это уже не ночное небо, а черная пелена, полностью поглотившая его и весь мир на эту ночь. Не первый раз я вижу этот мрак, напротив, с недавних пор он стал моим верным спутником в темное время суток. Я могу до утра просидеть в этой позе и смотреть вперед, в пустоту, не думая ни о чем. Хотя нет, это не совсем так, воспоминания терзают меня ежеминутно и ежесекундно, я же, уже покорился им и принял эту боль, сидящую внутри. Поначалу меня утомляли эти ночные посиделки у окна, но спать я, увы, тоже не мог. Стоило мне только закрыть глаза, как сознание уносилось прочь, в тот самый день, в день, когда умерло во мне все, не считая лишь тела. Стоило только подумать о чем-либо, как в голове всплывали эти картинки и прокручивались бесконечное количество раз. В такие моменты я не мог себя контролировать, и как не старался, не мог вырваться из круговорота прошлого, вновь и вновь затягивающего меня в свои пучины. Я отчаянно пытался вырваться, но разум уже не подчинялся мне, и оставалось лишь подчиниться, и опять прожить этот день… Облака опустились ниже С недовольным видом А бессердечный ветер все продолжал дуть… Все начиналось как нельзя хорошо. Я проснулся от ярких лучей света, бьющих в окно и падающих мне прямо на лицо. Я нахмурился, забрался с головой под одеяло, но это было бессмысленно – сон как рукой сняло. Я вылез из-под одеяла и посмотрел влево. Рядом со мной лежал мой семпай. Солнечные лучи освещали его лицо и золотистые волосы, отчего он казался каким-то неземным. Я улыбнулся, и осторожно приподнявшись на локтях, убрал с его лица непослушную челку. Долго любоваться этим лицом мне не пришлось – Бельфегор открыл глаза. По утрам он был похож на большого ленивого кота – он потягивался, сладко зевал и совершенно не торопился вставать с постели. Я присел, повернулся к нему лицом, и, улыбаясь, сказал: - Доброе утро, Бел-семпай. - Доброе утро, лягушка, – ответил он и улыбнулся. Его утренняя улыбка отличалась от обыкновенной, надменной усмешки. Эта была самая настоящая и самая приятная улыбка, из всех, что я видел. Я предпринял попытку встать, но она провалилась – меня в одно мгновение повалили на кровать. - Куда это ты собрался? Я разрешения не давал, - с этими словами недопринц навис надо мной, и ехидно улыбаясь, поцеловал. Я ответил ему, передавая полный контроль над этим поцелуем лично ему. Он исследовал мой рот, сплетая наши языки в странном, но страстном танце. Так было каждое утро. Я успел привыкнуть к этому необычному ритуалу, и каждый раз, как впервые, получал от этого неописуемое удовольствие. Когда в легких уже не осталось воздуха, принц отстранился и довольно усмехнулся. Пока я лишь медленно сползал с постели, блондин уже успел надеть свою любимую полосатую кофту и черные штаны. - Ты такой ленивый~, - сказал он, издеваясь и пародируя мою привычку растягивать гласные. Сегодня он как-то чересчур быстро встал. Неужели что-то задумал? А может просто захотел, чтобы сегодня я был последним проснувшимся человеком в замке Варии. Да, это на него похоже. Так или иначе, я оделся и последовал за семпаем. На сегодня у нас была запланирована миссия, поэтому до вечера делать было нечего. Тогда я и не думал об этой миссии, как о чем-то необычном… С наступлением вечера мы с Бел-семпаем вышли из замка и отправились в назначенное место. Нужно было устранить остатки одной опасной семьи, с которой мы почти расправились несколькими неделями ранее. В тот момент он улыбался, обещая, что после того, как мы вернемся, он устроит мне веселую ночь. Я прекрасно понимал, о чем он говорит. - Бел-семпай, какой же вы извращенец~, - язвительно ответил я, хотя в душе ликовал. Мою любовь к этому принцу нельзя было описать словами, он стал первым, к кому я так привязался, и первым, кому я открылся. Осознание того, что моя любовь не безответна, заставляло сердце трепетать и биться, не в силах выдержать нахлынувших эмоций. Мы почти добрались до укрытия врагов. Как нам было известно, они прятались внутри старого обветшалого дома, находившегося совсем близко к нашему местоположению. Те, кого нужно было убить, были всего лишь кучкой подчиненных, действующей самостоятельно, после того, как Вария устранила их босса. Человек двадцать, не больше. Для меня и Бельфегора это не так уж много, вместе мы проходили через многие более опасные задания, чем это. О провале не могло быть и речи. Мы остановились возле дерева, семпай сказал мне постоять здесь, пока он осматривается. Я утвердительно кивнул головой и пожелал удачи. Он быстро и тихо скрылся во тьме. Я стоял, не двигаясь, терпеливо ожидая возвращения Бельфегора. Минута. Две. Три. Он все не появлялся. Я начал волноваться. Вдруг его обнаружили и взяли в заложники. В голове вертелись сотни страшных ситуаций, страх нарастал. Несмотря на то, что мне приказали оставаться на своем месте, я медленно отошел от дерева и двинулся вперед. Сделав несколько шагов, я остановился и осмотрелся. Вдруг в листве деревьев и кустов промелькнула знакомая тень. Я хотел было позвать его, но внезапно мне заткнули рот. Я сам себе был защитой, но не сейчас Ведь мой разум потерял над собой контроль, так или иначе Жестокий ветер унес мой прах из виду Задержав мрак той ночи на целый день… - Глупая лягушка, я же сказал тебе оставаться там. Молчи, они где-то рядом, - шепнул мне на ухо семпай, продолжая прикрывать мой рот рукой. Я взялся одной рукой за его руку, а второй указал на кусты. Оттуда были слышны шорохи. Он всмотрелся в ту точку, куда я показал. Резко из своего ненадежного укрытия вышла группа людей. За пару мгновений нас окружили. Бельфегор быстрым движением открыл коробочку со своим хорьком, достал свои стилеты и подал мне знак, чтобы я его прикрыл. Я принялся создавать иллюзии. Принц точными движениями обезоруживал врагов, жестоко отрезая им части тела или распарывая животы. Меня тошнило от всей этой крови, Бел-семпай прекрасно об этом знал, поэтому и дал мне роль прикрывать его. Создавая очередную иллюзию, я услышал крик своего напарника: - Фран, сзади! – кричал он, резким рывком преодолевая расстояние, разделявшее нас. Я обернулся, и увидел высокого человека с пистолетом. Это был главнокомандующий этим жалким отрядом сопротивления. Я хотел было увернуться, скрыться за иллюзией, но тело почему-то перестало мне подчиняться. Ноги онемели, а руки дрожали, я не мог сдвинуться с места. Сейчас мне было по-настоящему страшно. Мужчина злорадно ухмыльнулся и нажал на курок. Я зажмурил глаза и приготовился к последствиям. Звук выстрела уже прозвучал. Пуля уже должна была достичь меня. Так что же не так? Я открываю глаза и вижу перед собой спину семпая. Безумно улыбаясь, он упал прямо передо мной. Сзади послышались крики капитана. Пришла подмога. Скуало быстро расправлялся со всеми оставшимися врагами. Итак, ты ушел Я был не прав Прежде я не знал, каково это – Быть одиноким… Я непонимающими глазами смотрел на человека, лежавшего возле моих ног. Я упал на колени и дрожащими от страха руками провел по груди Бельфегора. В ней была видна пуля. - Бел-семпай! Бел… - я не смог ничего сказать. В горле застрял комок. По щеке прокатилась, и оставила мокрую дорожку прозрачная слеза. За ней еще одна. И еще. Вот я уже рыдал, держа руку семпая в своих, отчаянно пытаясь ее согреть. - Фран…я…- хриплым голосом пытался что-то сказать он. Холодная рука, до этого лежащая на кровотачащей ране, прошлась по моей щеке, оставляя алый отпечаток. Слабым движением он опустил мою голову и поцеловал. Я почувствовал смесь собственных соленых слез и металлически привкус крови принца. Внезапно он упал на землю, разорвав поцелуй. Мои глаза стали еще шире, слезы текли, не переставая. - Бел-семпай! Бел-семпай!! – кричал я, пытаясь нащупать его пульс. Ударов не чувствуется. Сердце остановилось. - Нет!! Бел-семпай! Прошу… Очнитесь!.. Я припал головой к его груди. Мои волосы и лицо окрасились в алый цвет, а на губах все еще оставался вкус этой же крови. Холодный ветер дул мне прямо в лицо, проникая в душу и заставляя содрогаться. Перед глазами возникли воспоминания, все те моменты, когда мы были вместе. Я видел, как в солнечный августовский день я собрался с силами и признался в любви семпаю. Он ничего не ответил, вместо этого прижал к стене, нежно поцеловал в губы и сказал, что долго ждал этих слов. Я видел, как он приревновал меня к учителю, весь день обижался, а потом пришел ко мне, сказал что хочет, чтобы я принадлежал только ему и изнасиловал, а потом извинялся, говоря, что не хотел, но я был счастлив, ведь сам этого желал. Видел, как Бел-семпай притворялся, что болен, чтобы я за ним ухаживал, видел, как во время вечеринки все напились, а он увел меня в угол и по пьяни взял меня, говоря, как сильно любит и боится потерять, говоря самые разные нежные вещи, от которых мое сердце готово было выпрыгнуть из груди. Я видел все. Я не мог сдерживать эмоций. Слезы беззвучно лились из глаз, не желая останавливаться. Все, что было у меня, пропало в один миг. Я никого никогда так не любил. И я никого никогда так не терял. Кольцо ада пожирает душу иллюзиониста, использующего его. Те остатки души, которые оно не забрало, сейчас уносил холодный осенний ветер. Сейчас я умираю вместе с тобой. Осталось только тело. Пустое, разбитое, наполовину живое без тебя. Облака опустились ниже С недовольным видом А земля под ними стала еще холодней Когда они положили тебя внутрь А бессердечный ветер все продолжал дуть… На похоронах меня уже не было. Было лишь тело, с сердцем, но без души. Больше не было слез. Больше не было боли. Я больше ничего не чувствовал. На гроб я положил две красные розы. Два цветка – к смерти. Ты уже умер. Это знамение для меня. Я последний раз посмотрел на тебя. Холодное, худощавое тело с бледной, почти белой кожей и выступающими синими венками. Твои губы были ярко-красного цвета. Я содрогнулся, при их виде. - Прощай… - еле слышно сказал я и закрыл гроб. Я смотрел в окно. Небо окутала темная пелена, не было видно ничего, кроме этого мрака. Я смотрел своими пустыми глазами в такую же пустоту. На щеке все еще осталось ощущение алого следа от твоей руки, а на губах до сих пор чувствовался металлический привкус того последнего кровавого поцелуя.