Сильнее любых преград

Вечером в пятницу в магловской кондитерской, которая, разумеется, не шла ни в какое сравнение со «Сладким королевством», к ребятам присоединился Энтони Голдстейн, как ненормальный радуясь знакомым лицам и при этом не теряя возможности пожаловаться на отсутствие волшебников в радиусе пяти миль, а также на то, что его родители только и делают, что заставляют его сидеть за учебниками. - Голдстейн, - со вздохом сказал Блейз за чашкой кофе, решив прервать его истошную тираду, - если по возвращении в школу ты ещё хоть раз скажешь, что мы мозолили глаза тебе, то, поверь, ЖАБА тебе даже не придётся сдавать, потому что ты до них попросту не доживёшь. - Блейз! - возмутилась Дафна. - Да брось, он же шутит, - рассмеялся Энтони, - слушайте, ну кофе здесь просто отвратительный, у мадам Паддифут в тысячу раз вкуснее. - Ммм, у мадам Паддифут? - подмигнула Астория. - С кем это ты пил кофе в месте для влюблённых парочек, признавайся? Когтевранец нервно схватил с блюдца десертную ложечку, потом положил обратно и сцепил пальцы, явно не зная, куда деть руки. - Кого ты спрашиваешь, Астория, - пробубнил Блейз, уплетая пирожное, - по вопросам дел сердечных обращайся ко мне, ибо только я знаю всё. - Всезнайка ты наш, - насупился Энтони, - лучше молчи, а то до ЖАБА не доживём мы оба. - Кстати, о всезнайках, - Блейз осушил половину чашки, а Дафна заботливо вытерла салфеткой белковый крем с уголка его губ. - Спасибо, золотце. Так вот, ничего не слышно о наших великих спасителях мира сего? Астория лишь пожала плечами. Она и сама не прочь была бы узнать, где сейчас Гарри, Рон и Гермиона, но последние выпуски «Дозора» мало проясняли ситуацию. - Они живы. Это всё, что нам известно, - сказала она. - Уже почти год прошёл, - добавил Энтони, - а Тот-Кого-Нельзя-Называть, по-моему, стал только сильнее. В школе стало почти как в тюрьме. - Откуда тебе знать, как в тюрьме, бестолочь? - Блейз усмехнулся, но сразу же посерьёзнел: - Но это и вправду какой-то кошмар. Взять хотя бы ситуацию с первокурсниками. Голдстейн, ты помнишь их лица, их глаза? Да за одну детскую слезинку уже можно порвать в клочья этого изверга, называющего себя Лордом! - Забини, если бы всё было так просто, Поттер с друзьями уже бы расправились с ним, как думаешь? - Верно, но если они не расправятся с этой змеюкой до конца учебного года... - ...то он явится в Хогвартс, - тихо сказала Дафна. - Почему ты так думаешь? - хором спросили все трое. - У него свои ставленники на высших должностях в школе, и это явно не просто так. Вся эта псевдодисциплина, новый "порядок", абсолютно неправильно преподаваемые предметы - это же звенья одной цепи! Пожиратели смерти хотят изменить наше сознание, заставить нас жить по их принципам. - Ненавидеть маглов и до помешательства чтить чистоту крови, - подхватил Блейз. - Отвратительно. - Никто не спорит, но ведь это, к сожалению, действует. Сам вспомни, как теперь рассуждают ребята, которых набрали в этом году? По крайней мере, на нашем факультете? Двое мальчиков не постеснялись напрямую мне высказать своё презрение, - Дафна в таком отчаянии всплеснула руками, что Блейз, опередив Асторию, поймал её ладонь в воздухе и накрыл своей. Она же, чуть улыбнувшись, пояснила: - Мол, ты полукровка, ты ниже нас по статусу. - И тебя это беспокоит? - перебил её Энтони. - Да не обращай на них внимания! - Меня не это беспокоит, - спокойно возразила Дафна, - а то, что у малышей в головах уже с первого курса сидит осознание своей так называемой избранности. Из них вырастут такие же Томы Реддлы, если всё это не прекратить. - Мы и так делаем всё возможное... - начал Энтони и сразу замялся. - Ну, не всё возможное, но хотя бы что-то, да ведь, ребята? Мы сопротивляемся! Астория вздохнула. - Да, Энтони, ты прав, но по большому счёту всё зависит только от Гарри. Как сказал Люпин, он наша главная надежда.

***

В это же время, в нескольких десятках миль от шумного центра Лондона, в кресле у резного мраморного камина в просторной гостиной сидел Драко, со смесью осуждения и горечи рассматривая бокал с виски в дрожащей руке Люциуса. Каникулы подходили к концу, а они за это время ни разу не поговорили всерьёз. У Драко складывалось впечатление, что отца не интересует ничего, кроме восстановления доверия Тёмного Лорда; за общими банальными вопросами об учёбе и весьма неуместными воспоминаниями о Хогвартсе его времени скрывалась невысказанная, слабая надежда на то, что Волан-де-Морт наконец-то простит Малфоев. Драко пытался разными способами вывести его на прямой разговор, но безуспешно: тот сразу замыкался в себе, опускал взгляд и лишь ещё чаще подливал виски в бокал на тонкой ножке. - Отец, - Драко наконец нарушил повисшую в очередной раз тишину, - я уеду завтра. У меня есть дела в Лондоне. - Да, да, конечно... - рассеянно отозвался Люциус. - Раз будешь в городе, зайди в наш особняк, проверь, держит ли его прислуга в чистоте, я давно там не был. - Хорошо, - Драко отодвинул кресло, вставая, чтобы отправиться к себе в комнату, как вдруг с улицы послышались приглушённые мужские голоса. Это показалось ему странным. После показательного убийства двух Пожирателей остальные вели себя крайне тихо, боясь разозлить своего владыку, который мог нагрянуть в поместье в любой момент, а потому такой шум был тем более необычен. Драко подошёл к главным дверям, которые были чуть приоткрыты, и в проёме почти сразу увидел мать. Нарцисса имела привычку прогуливаться по саду перед сном и поэтому, услышав голоса, первая подошла к кованым воротам, держа наготове волшебную палочку и настороженно прислушиваясь. За воротами явно происходила какая-то борьба. Она сняла с ворот одно из защитных заклинаний, чтобы увидеть незваных гостей, и упавший из гостиной луч света сразу выхватил из темноты лица нескольких егерей. - В чём дело? - холодно спросила Нарцисса. - Мы пришли к Тому-Кого-Нельзя-Называть! - проскрежетал один из них. Драко сразу узнал этот противный лязгающий голос: Сивый. - Кто вы? - Меня-то вы знаете! - в голосе оборотня звучала обида. - Я Фенрир Сивый! Мы поймали Гарри Поттера! Услышав это, Драко так и замер в дверях. Не может быть! Тем временем Сивый вытащил того, кого он принял за Поттера, на свет. - Он, видите ли, маленько опух, сударыня, но это точно он, - вмешался второй егерь, по всей видимости, Струпьяр. - Вы посмотрите получше, видите шрам? А на девчонку гляньте! Та самая грязнокровка, что вместе с ним путешествует, мэм! Он это, ясен цапень, и волшебную палочку мы прихватили. Вот, сударыня... - Следуйте за мной! - приказала Нарцисса, машинально забирая у него палочку. - Мой сын приехал из школы на Пасхальные каникулы. Если это Гарри Поттер, он его узнает. Драко отошёл вглубь комнаты, к камину, слыша, как за его спиной настежь распахнулась дверь и пленников пинками погнали вверх по широким ступеням лестницы. Он старался собрать мысли воедино. «Та самая грязнокровка». Если это Грейнджер, то, значит, они на самом деле поймали Поттера, а если это так, то дело плохо. Он обернулся как раз в тот момент, когда пленных втолкнули в прихожую, и внутри у него что-то оборвалось. Перед ним был Поттер с искажённым, разбухшим, но тем не менее отлично узнаваемым лицом, а с ним его неизменные спутники Уизли и Грейнджер, да ещё в придачу темнокожий гриффиндорец, Дин Томас, и какой-то гоблин. Драко смутно помнил, что видел его в Гринготтсе в последний раз. Кажется, гоблина звали Крюкохват. - Что такое? - растянуто проговорил Люциус, поднимаясь из кресла. - Они говорят, что поймали Поттера, - нервно ответила Нарцисса и подозвала сына жестом. - Драко, подойди. Он подошёл, медленно, нехотя, чувствуя, как к горлу подкатывает ком ужаса. По-прежнему стараясь держаться от пленников на расстоянии двух-трёх шагов, не смея взглянуть правде - и Поттеру - в глаза, он продолжал лихорадочно соображать. «Без сомнения, это он. Что же делать? Если я скрою правду, то, возможно, хоть как-то посодействую их борьбе против всего этого кошмара. Потому что только эти трое действительно способны остановить его. Если же я выдам Поттера, это может реабилитировать отца и всю нашу семью в глазах Лорда. Только нужна ли нам эта реабилитация? Мне - однозначно нет. Отцу - скорее всего, да. Матери... она вообще не хотела всего этого». Драко знал, что никогда не забудет глаза Нарциссы, полные слёз отчаяния, когда ему ставили метку, когда здесь, в этой самой чёртовой гостиной, ставшей эшафотом, Волан-де-Морт и его прихвостни прилюдно мучили и убивали противников нового режима, и десятки простых, ни в чём не повинных волшебников только за то, что они нечистокровные... В глазах Драко блеснула решимость, и в ту же секунду Сивый подтолкнул пленников вперёд - так, что Поттер оказался прямо под люстрой, тоже упорно не глядя на Драко. Они словно заключили негласное соглашение ни в коем случае не показывать, что знают друг друга. - Ну, что скажете? - проскрежетал оборотень. - Ну что, Драко? - с жадным интересом подхватил Люциус, подходя к сыну. Руки его уже откровенно тряслись. - Это он? Это Гарри Поттер? - Не знаю... Не уверен, - ответил Драко, проклиная себя за дрожь в голосе и надеясь, что никто не расценит это как подтверждение его лжи. - Да ты погляди хорошенько! Подойди к нему поближе! - голос Люциуса тоже дрожал от волнения, но явно по другому поводу. - Драко, если мы передадим Поттера в руки Тёмного Лорда, нам всё простят... Драко мрачно усмехнулся. Что и следовало доказать. - Давайте-ка не будем забывать, кто его поймал на самом деле, а, мистер Малфой? - с угрозой сказал Сивый. - Конечно-конечно! - нетерпеливо отозвался Люциус, приближаясь к Гарри и рассматривая его раздувшееся лицо. - Здесь что-то виднеется, - вдруг прошептал он. - Может быть, и шрам, только туго натянутый... Драко, иди сюда, посмотри как следует! Как ты считаешь? Теперь он был вынужден подойти вплотную, оказавшись прямо перед лицом Гарри. Их глаза не несколько мгновений встретились, и Драко нервно сглотнул: в зелёных, опухших, но очень знакомых глазах Поттера застыл ужас и... неужели мольба? Чёрт, если дело дошло до мольбы, Поттеру действительно жизненно необходимо спастись. - Не знаю я, - пробормотал Драко снова и отошёл к камину. - Мы должны знать наверняка, Люциус! - сказала Нарцисса мужу. - Нужно совершенно точно убедиться, что это Поттер, прежде чем вызывать Тёмного Лорда. Эти люди сказали, что взяли его волшебную палочку, - прибавила она, разглядывая палочку из терновника, - однако она совсем не подходит под описание Олливандера. Если тут ошибка и мы зря побеспокоим Тёмного Лорда... Помнишь, что он сделал с Долоховым и Роули? Драко поморщился, крепко сжав зубы. Мать не знала, что после провальной попытки этих двух недоумков схватить Поттера с друзьями в кафе на Тотнем-Корт-роуд, куда они сбежали прямо со свадьбы после атаки Пожирателей, Волан-де-Морт заставил Драко использовать против них Круциатус самолично. Как бы сильно он ни презирал этих людей, которых, по сути, и за людей-то не считал, всё же это заклятие ему ни в какую не давалось. Беллатриса всегда говорила, что для желаемого эффекта нужно испытывать удовольствие от боли и мучений наказываемого. А он всё-таки не был на такое способен. В тот жуткий вечер, который он был бы рад выкинуть из своей памяти, всё закончилось тем, что Волан-де-Морт взашей прогнал его из этой самой гостиной и позвал Люциуса, у которого Круциатус удавался значительно лучше. - А грязнокровка? - прорычал Сивый, возвращая Драко к реальности. Егеря повернули связанных пленников так, чтобы на свет вышла Грейнджер. - Постойте, - резким тоном произнесла Нарцисса. - Да! Я видела фотографию в «Пророке». Смотри, Драко, это Грейнджер? - Не знаю... - вымученно сказал он, опуская голову. - Может быть... Вроде да. Посмотреть в лицо Грейнджер, которая все эти годы терпела его оскорбления и насмешки, которая тем не менее никогда не опускалась до того, чтобы нахамить ему в ответ и которая здорово врезала ему в челюсть на третьем курсе, после чего он всерьёз её зауважал, было непросто. - А это - мальчишка Уизли! - вскричал Люциус, остановившись напротив Рона. - Это они, друзья Поттера! Драко, взгляни, это действительно сын Артура Уизли, как его там?.. - Вроде да, - не оборачиваясь, повторил Драко, ненавидя себя за это. - Может, и он. Вдруг открылась дверь, и повисшую тишину нарушил женский голос, при звуке которого все присутствующие ещё сильнее напряглись. - Что здесь происходит? В чём дело, Цисси? Беллатриса медленно обошла пленников кругом и остановилась справа от Поттера, глядя на Грейнджер из-под тяжёлых век. - Это же та самая грязнокровка! - вполголоса проговорила она. - Это Грейнджер? - Да, да, Грейнджер! - откликнулся Люциус. - А рядом с ней, похоже, Поттер! Поттер и его друзья попались наконец-то! - Поттер? - взвизгнула Беллатриса и попятилась, чтобы лучше рассмотреть того. - Ты уверен? Так нужно поскорее известить Тёмного Лорда! Она засучила левый рукав, и Драко автоматически схватился за палочку, понимая только одно: ни в коем случае нельзя допустить появления Волан-де-Морта здесь. Но вдруг Люциус взял Беллатрису за запястье, не давая ей коснуться метки. - Я сам собирался призвать его! Я вызову его, Белла! Поттера привели в мой дом, и потому моё право... - "Твоё право"! - фыркнула Беллатриса, пытаясь вырвать руку. - Ты потерял все права, когда лишился волшебной палочки, Люциус! Как ты смеешь! Не трогай меня! - С вашего разрешения, мистер Малфой, - вмешался Сивый, - Поттера поймали мы, так что нам и получать золото... - Золото! - расхохоталась Беллатриса, продолжая вырываться и свободной рукой нащупывая в кармане палочку. - Забирайте своё золото, жалкие стервятники, на что оно мне? Мне дорога милость моего... моего... Она вдруг так и застыла с открытым ртом. Драко проследил за обезумевшим взглядом её тёмных глаз и к своему удивлению наткнулся на меч Гриффиндора, который не заметил раньше. Тем временем Люциус, решив воспользоваться заминкой, выпустил руку Беллатрисы и рванул кверху свой собственный рукав. - Остановись! - пронзительно крикнула она. - Не прикасайся! Если Тёмный Лорд появится сейчас, мы все погибли! Люциус замер, держа палец над Чёрной меткой. Беллатриса отошла в сторону. - Что это такое? - спросила она, с опаской глядя на блестящий клинок. - Меч, - буркнул кто-то из егерей. - Дайте мне! - Он не ваш, миссис, он мой! Я его нашёл. Раздался треск, и полыхнуло красным - Беллатриса вывела егеря из строя Оглушающим заклятием. Его товарищи возмущённо загомонили. Струпьяр выхватил волшебную палочку. - Это что ещё за игры, дамочка? - Остолбеней! - завизжала она. - Остолбеней! Егеря так и упали, где стояли, за исключением одного Сивого; он рухнул на колени, вытянув вперёд руки. Драко словно во сне наблюдал, как Беллатриса подскочила к оборотню, сжимая в руке меч Гриффиндора. Лицо её залила восковая бледность. - Где вы взяли этот меч? - прошипела она, вырвав волшебную палочку из обмякшей руки Сивого и тыча клинок ему в лицо. - Он лежал на хранении в моём сейфе в Гринготтсе! Перед мысленным взором Драко промелькнул августовский день, когда он сопровождал Беллатрису в банк. Так вот что она держала тогда в длинном свёртке. - Драко, убери отсюда этот сброд, - приказала тётка, указывая на лежащих без сознания людей. - Если самому их прикончить характера не хватает, оставь их во дворе, я потом займусь. - Не смей так разговаривать с Драко! - вспыхнула Нарцисса, но Беллатриса прикрикнула на неё: - Помолчи, Цисси! Положение серьёзнее, чем ты думаешь! Драко с помощью палочки перенёс полубесчувственные тела егерей в пустую комнату на втором этаже, а когда вернулся, увидел Беллатрису в том же положении: слегка задыхаясь, она пристально рассматривала меч, приглядываясь к рукоятке, а потом наконец вспомнила о притихших пленниках. - Если это в самом деле Поттер, нужно позаботиться, чтобы ему не причинили вреда, - пробормотала она как будто самой себе. - Тёмный Лорд желает сам разделаться с Поттером... Но если он узнает... Я должна... Должна знать! - Она снова повернулась к сестре. - Пусть их запрут в подвале, а я пока подумаю, что нам делать. Пусть запрут всех, кроме... Кроме грязнокровки. Сивый радостно хмыкнул. - Нет! - закричал Уизли. - Лучше меня, меня оставьте! Беллатриса ударила его по лицу так, что по комнате зазвенело. Драко бросил на Уизли беглый взгляд: как самоотверженно тот защищал Грейнджер, просто поразительно... - Если она умрёт во время допроса, тебя возьму следующим, - пообещала Беллатриса. - Для меня предатели чистокровных немногим лучше грязнокровок. Отведи их в подвал, Сивый, и запри хорошенько, но зубы пока не распускай. Она швырнула оборотню его волшебную палочку и достала из складок мантии серебряный кинжал. Перерезав верёвку, Беллатриса отделила Грейнджер от других пленников и за волосы вытащила на середину комнаты. Несмотря на застывшие в глазах слёзы, девушка держалась стойко и не издала ни звука. Сивый тем временем погнал оставшихся четверых к дальней двери. Едва та захлопнулась, и пленников поглотил тёмный коридор, Беллатриса с хищным оскалом повернулась к Грейнджер. - Отвечай, где вы взяли меч! Та не шелохнулась, лишь опустила глаза. Беллатриса грубо вздёрнула её лицо за подбородок, больно сжимая челюсть: - В глаза мне смотри, паршивка! Откуда он у вас? - Я не... я не знаю, - всхлипнула Грейнджер, полными ужаса глазами наблюдая за тем, как её мучительница направляет на неё волшебную палочку. - Не знаешь? - с издёвкой переспросила Беллатриса и, не дожидаясь ответа, с искажённым злобой лицом выкрикнула: - Круцио! Ноги Грейнджер подкосились, она упала на колени, и на всю гостиную раздался ужасный протяжный крик. Драко метнулся к тётке, сам не зная, что делает, но зная, что должен что-то сделать. Но в двух-трёх шагах от неё он с размаху напоролся на невидимый барьер - подобный тому, какой сам создавал когда-то на катке Чёрного озера. Беллатриса тем временем отвела палочку в сторону и резко встряхнула Гермиону за плечи: - Спрашиваю ещё раз: где вы взяли меч? Где?! - Нашли, - в отчаянии всхлипнула та. - Мы его нашли... Пожалуйста, не надо! Палочка уткнулась ей в грудь, и снова раздался душераздирающий крик. Драко отошёл к стене, стараясь действовать хитрее, и незаметно направил свою палочку на барьер, мысленно проговорив: «Финита Инкантатем». Ничего не произошло. Он попробовал заклинание ещё несколько раз, потом Редукто, Диффиндо, Бомбардо, но ничего не действовало, а Грейнджер всё продолжала кричать, задыхаясь и плача. - Ты лжёшь, паршивая грязнокровка! - Беллатриса ударила её по лицу. - Вы забрались в мой сейф в банке! Правду, говори правду! Круцио!!! Ещё один ужасный вопль, переходящий в хрип, смешанный с рыданием. Драко в бессильной злобе сжал попавшуюся под руку статуэтку с каминной полки - так, что она раскрошилась, усеяв тёмно-фиолетовый ковёр обломками фарфора. Никто не обратил на это внимания. - Что ещё вы взяли? - завизжала Беллатриса, вцепившись в волосы Грейнджер на затылке, задрав её голову назад и приставив к горлу короткий серебряный кинжал. - Что ещё вы там взяли? Говори правду, не то, клянусь, я тебя зарежу вот этим кинжалом! Бедная гриффиндорка лишь отчаянно хватала воздух ртом, заходясь в приступе мучительного кашля, её крики резали Драко почти так же, как памятная Сектумсемпра. Он ненавидел себя, ненавидел Беллатрису, но ничего не мог сделать. - Что ещё вы там взяли, что ещё? ОТВЕЧАЙ! КРУЦИО! Крики уже эхом отдавались от стен. - Как вы забрались в мой сейф? - орала Беллатриса. - Вам помог этот мерзкий гоблин? - Мы с ним только сегодня встретились! - рыдала Грейнджер. - Не забирались мы в ваш сейф... Этот меч - не настоящий! Подделка, просто подделка! - Подделка? - хрипло каркнула Беллатриса. - Очень правдоподобно! - Это легко проверить! - подал голос Люциус и повернулся к ошеломлённому сыну. - Драко, приведи гоблина. Он скажет, настоящий этот меч или нет. Драко словно в тумане двинулся к двери, прошёл по коридору, также бездумно, будто оглушённый заклятием, спустился по лестнице и подошёл к двери в подвал. - Отойдите к стене! - дрожащим голосом сказал он, плохо владея собой после увиденного. - Без глупостей, или я вас убью! Услышав, как все послушно отступили, он открыл скрипучий замок и распахнул дверь, успев заметить, как все огни, горящие в подвале, чудесным образом юркнули к кому-то из пленников в карман. В подвале стало темно, хоть глаз выколи. Сочтя это видение за бред воспалённого мозга, держа перед собой волшебную палочку, Драко, бледный и решительный, вошёл в подземную тюрьму. Поттер, Уизли и Томас, по-прежнему связанные, стояли у стены напротив, Крюкохват почти без чувств висел на верёвках, а Олливандер с Лавгуд прижались к колонне. Драко шагнул вперёд, схватил маленького гоблина за руку и, пятясь, выволок его наружу. Дверь захлопнулась, и в то же самое мгновение Драко услышал за ней громкий треск. Но сейчас он не мог думать ни о чём, кроме того, чтобы как можно скорее доставить гоблина Беллатрисе - так она хотя бы ненадолго отвлечётся от истязаний Грейнджер, которая снова страшно кричала... Он подвёл Крюкохвата к тётке. Та сразу метнулась к нему, швырнув измученную жертву на пол. В глазах Грейнджер застыла бесконечная боль, а на руке зияли кровавые буквы, выведенные по-магловски, кинжалом: «грязнокровка»... - Ну, мерзкий гоблин, - прошипела Беллатриса, наклоняясь к Крюкохвату и протягивая ему меч, - говори, настоящий этот меч или нет? Гоблин медленно повернул меч в длиннопалых руках и спокойно ответил: - Нет. Это подделка. Вдруг со стороны подвала снова раздался громкий треск. - Что это? - вскрикнул Люциус, беспокойно озираясь. - Вы слышали? Что там за шум? - Драко... Нет, позови Хвоста! Пускай сходит проверит. Петтигрю тут же вылез из тёмного угла, где смирно сидел всё это время, и, прошмыгнув мимо Беллатрисы, спустился по лестнице; в подвальных сводах гулко прозвучали его торопливые шажки, потом всё стихло. В гостиной прислушивались, не донесётся ли ещё какой-нибудь звук из подвала. - Что там, Хвост? - крикнул Люциус. - Ничего! - сипло прокричал тот в ответ. - Всё в порядке! Беллатриса снова повернулась к Крюкохвату. - Значит, подделка? - Да. - Ты уверен? - прищурилась она. - Совершенно уверен? - Да, - повторил гоблин с непроницаемым видом. Беллатриса вздохнула с облегчением и заметно расслабилась. - Хорошо! Небрежным взмахом волшебной палочки она полоснула гоблина лезвием по лицу, так что на сморщенной коже мгновенно выступила кровь, и Крюкохват с криком рухнул к её ногам. Беллатриса пинком оттолкнула его в сторону. - А теперь, - победно звенящим голосом провозгласила она, - вызовем Тёмного Лорда! Беллатриса отвернула рукав и коснулась Чёрной метки. Драко сразу же почувствовал жжение в левом предплечье. - Полагаю, - с ехидным оскалом сказала она, - грязнокровка нам больше не нужна. Забирай её, Сивый, если хочешь. - НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! Дверь в гостиную распахнулась, и оттуда в комнату ворвался Уизли. Увидев его, Драко ощутил смесь удивления и какого-то мстительного торжества. Беллатриса оглянулась, навела волшебную палочку на рыжего... - Экспеллиармус! - проревел тот, палочка вырвалась из рук тётки и отлетела прямо в руки Поттера - он вбежал в комнату вслед за Уизли. Люциус, Нарцисса и Сивый обернулись разом, а Поттер закричал: - Остолбеней! Люциус повалился прямо в камин. Драко направил палочку в сторону Поттера, но не прямо на него, мысленно проговаривая наипростейшие заклинания, которые Поттеру не составит труда отразить: Импедимента, Релашио, Экспеллиармус... Краем глаза он видел, как заклятия матери и Сивого огненными струями чиркнули мимо Поттера в тот момент, как он бросился на пол и откатился за диван. - СТОЯТЬ, ИЛИ ОНА УМРЁТ! Все оглянулись. Беллатриса держала на весу Грейнджер, которая, похоже, была без сознания, приставив к её горлу серебряный кинжал. - Бросайте волшебные палочки, - прошипела она Поттеру и Уизли. - Бросайте, или мы сейчас увидим, насколько у неё грязная кровь! Уизли окаменел, сжимая палочку в кулаке. Поттер вылез из-под дивана и выпрямился. - Я сказала: бросайте! - провизжала Беллатриса, крепче прижимая лезвие кинжала к горлу Грейнджер. На коже выступили капельки крови. - Ладно! - крикнул Поттер и швырнул на пол отнятую у Беллатрисы палочку. Уизли сделал то же самое. Оба подняли руки. - Молодцы! - злорадно улыбнулась Беллатриса. - Драко, подними палочки! Тёмный Лорд скоро будет здесь, Гарри Поттер! Близится твоя смерть! Драко быстро подобрал палочки, лихорадочно соображая, как ещё помочь Поттеру в этой безвыходной ситуации. - А пока, - негромко проговорила Беллатриса, прерывая бешеный поток его мыслей, - я думаю, Цисси, нужно заново связать этих маленьких героев, а Сивый пусть позаботится о мисс Грязнокровке. Я уверена, Сивый, Тёмный Лорд не пожалеет для тебя девчонки после того, что ты сделал для него этой ночью. При последних словах над головой всех присутствующих послышалось какое-то странное дребезжание. Все посмотрели вверх. Громадная хрустальная люстра дрожала всеми своими подвесками. Вдруг она оборвалась и полетела вниз. Беллатриса стояла прямо под ней; она едва успела отскочить, уронив Грейнджер. Люстра грохнулась о пол грудой цепей и хрусталя, накрыв Грейнджер и гоблина, который так и не выпустил из рук гриффиндорский меч. Во все стороны брызнули сверкающие осколки; один из них прилетел Драко в лицо и рассёк ему щёку. Он прижал руку к окровавленному лицу, забыв о волшебных палочках в другой руке, и нарочно ослабил хватку, видя, как Поттер перепрыгнул через кресло и подлетел к нему... Все три палочки без труда оказались у Поттера, и тут же раздался крик: - Остолбеней! Кого-то оторвало от земли, кажется, Сивого, подбросило к самому потолку и с треском швырнуло на пол. Беллатриса вскочила на ноги, размахивая серебряным кинжалом, а Нарцисса нацелилась волшебной палочкой на дверь. - Добби?! - вскрикнула она. Даже Беллатриса оцепенела. - Ты! Это ты обрушил люстру? Крошечный домовик рысцой вбежал в комнату, наставив трясущийся палец на свою бывшую хозяйку. - Не тронь Гарри Поттера! - пропищал он. - Убей его, Цисси! - завопила Беллатриса, но тут опять раздался треск, и палочка Нарциссы, вылетев у неё из рук, приземлилась у дальней стены. - Ах ты, дрянная мартышка! - зашлась криком Беллатриса. - Как ты смеешь отнимать палочку у волшебницы? Как смеешь не слушаться хозяев? - У Добби нет хозяев! - пропищал эльф в ответ. - Добби - свободный домовик, и он пришёл спасти Гарри Поттера и его друзей! Жжение в метке стало невыносимым. Драко смутно сознавал, что у беглецов осталось всего несколько секунд до появления Волан-де-Морта. Поттер бросил Уизли одну из волшебных палочек, потом нагнулся и выволок из-под люстры стонущего Крюкохвата, всё ещё сжимавшего меч. Взвалив его на плечо, он схватил Добби за маленькую ручонку. Они впятером повернулись на месте, чтобы трансгрессировать, а вслед им через всю комнату летел кинжал Беллатрисы...