Знакомство поздней ночью

18:20       «Не думала, что люди считают меня шлюхой» 18:38       «Остыла наконец-то?» 18:40       «До сих пор хочу порешить тебя твоим же чертовым скальпелем. Я не верю, что отсылала свои обнаженные фото такому мерзкому парню, как ты» 18:49       «Я уже мерзкий, ну-ну, недавно мне почти в любви объяснялась...» 19:00       «А какой ты по-твоему?! Грубый и самоуверенный тип!» 19:01       «К тому же гей?» 19:03       «С геем перебор, да. Господи, вкус у меня отвратительный! Вечно на всяких мудаков тянет» 19:07       «Скажи мне на милость, Роза, когда я был груб с тобой? Я старался вообще тебя игнорировать, потому что мое тело не очень здраво реагировало на тебя!» 19:10       «Шлюха я, ага, даю каждому встречному!» 19:13       «Уж прости, не у одного у меня было предвзятое отношение. С чего это я гей, объясни? В кафе ты так внятно ничего и не сказала(» 19:16       «Потому что я не могла совладать с ситуацией, с эмоциями, я… влюбляюсь в тебя. Ты - два года мой неудовлетворенности, и ты парень, который очаровал меня полностью за пару дней одними эсэмэс» 19:23       «Открой дверь» 19:25       «Я не уверена, что хочу тебя видеть… » 19:26       «Я ее выломаю, если ты не откроешь!» Не задумываясь ни на секунду, Роза сомкнула пальцы на дверной ручке, не ощущая ровным счетом ничего. Боль и апатия прошли, и даже страх потерять Дмитрия больше не тревожил сердце, как пару часов назад. Открыв дверь, Роза лицом к лицу встретилась с Беликовым, чей высокий силуэт как никогда казался ей воинственным, но она была готова к любой атаке. Их война стала прорастать любовью, и это было проблемой обоих… Сколько унизительных слов было высказано в адрес друг друга за годы соседства, сколько грязи вылетело с их губ, но сейчас в глазах друг друга прошлое испарялось, аннулировалось, оставляя за собой только эти три дня, наполненные улыбками, страстью и взаимной тягой друг к другу. Доля секунды и вот Роза в объятиях Дмитрия, мгновение - и их губы сливаются в страстном танце любви. Вечность - и его руки могут ласкать это желанное тело, он может наконец-то ощутить запах ее кожи и просто утонуть в ней. Прошел час, два, три, а может всего лишь минута, и дверь за ними была захлопнута, а Роза оказалась на комоде, тесно прижата к холодной поверхности. Они упивались друг другом. Танец языком сводил сума, возбуждение туманило сознание. Время остановилось в этой комнате. Роза была и правда прямой дорогой в ад для Дмитрия. Ему нужна она, ему так мало ее. Стон, слетевший с уст Розы, был настоящей музыкой для его ушей. Он и правда любит ее? - Господи, ты нереальный, - тихо проговорила Хэзевей, сжимая рубашку Дмитрия пальцами. Он не достаточно близко… Это была пытка, сладостная пытка, они не могли насладиться друг другом. Время тянулось слишком долго, и оно бежало слишком быстро… Его рубашка отправилась на пол вместе с обрывками футболки девушки, от чего у Розы перехватило дыхание. Она не могла оторвать взгляда от груди Беликова, от рельефных мышц, которые свели ее сума пару дней назад. Это была та грудь, которая всегда была скрыта от нее под этой ненавистной одеждой, и чертова навязчивая идея провести по его гладкой загорелой коже губами не давала Розе покоя уже многие годы. И она наконец-то сделала это, целуя, лаская каждый миллиметр, наслаждаясь тихим стоном, слетевшим с уст Беликова. - Кто бы мог подумать, что ты такая ласковая, - полушептал-полустонал Дмитрий, но он не хотел ласок, не сейчас, не в этот вечер он будет нежен. Уж больно долго он жаждал ее. Он резким движением руки сдернул резинку с волос Розы и потянул за локоны ближе к себе, впиваясь в ее губы сладким поцелуем. Возбуждение стало почти невыносимым. Хэзевей не могла справиться со своим сердцебиением, с мыслями и желанием, ей было так мало его… - Шлюхи иногда бывают ласковыми, - с надрывом в голосе проговорила Роза, предоставляя шею для поцелуев Дмитрия, уже изнемогая от своей жажды. - Если даже шлюха, то уже точно только моя, - прорычал Беликов, приподнимая Хэзевей на комоде, пытаясь стянуть с нее хлопчатобумажные штаны. Роза до боли сжимала его плечи, не в силах сдерживать рвущейся крик. Его руки были всюду, они проникали в самые сокровенные части не только тела, но и души. - Твоя кожа сводит меня с ума, - продолжал шептать Дмитрий, почти до боли сжимая бедра девушки, - твой запах, твой голос, я хочу слышать тебя, чувствовать, как я действую на тебя. Ответом послужили царапины, которыми Роза оставила метку на теле Дмитрия. Он только ее. - Любимая маньячка, - простонал парень, от дикой смеси боли и наслаждения. - Ты мой, Беликов, - проговорила Роза, обвивая своими длинными ногами его талию, не желая быть так далеко. Заглянув в эти переполненные животной страстью затуманенные глаза, Хэзевей, словно дикая кошка, накинулась на губы Дмитрия, продолжая царапать его спину своими длинными коготками. Время шло, страсть возрастала в телах обоих, а они не могли насытиться простыми ласками, не могли насладиться друг другом. - Не мучай, док, - проговорила Роза, не в силах терпеть сладостную пытку поцелуями. - Возьми меня уже наконец. Миг - и она уже полностью обнаженная в его объятиях, секунда - и их желания стали реальностью. Дмитрий закинул себе на талию ногу Розы, наслаждаясь бархатной кожей, размещая руки на ее бедрах. На подготовку уходят минуты, которых у них нет - они так долго ждали этого, но он делает все, чтобы девушке было максимально комфортно. Он проник в нее резко, одним движением, быстро, но давая возможность привыкнуть к нему. Роза простонала в его шею, ощущая непонятное для нее счастье, которое даже где-то ранило ее. Пугала реакция тела на него, пугали эмоции, пугало все, что связано с ним. - В тебе так тесно… не больно? В ответ Роза просто отрицательно мотнула головой, не желая язвить про то, что у шлюх не может быть тесно внутри. И он начал движение, вначале медленно, помогая ей привыкнуть, но спустя пару толчков он со всей силы вошел в нее, упиваясь криком сорвавшимся с уст Розы. - Черт, док, ох… Дмитрий продолжал движения, заставляя Розу принять его ритм. Он двигался все быстрее и быстрее в беспощадном, не слабеющем темпе. Туман застилал их глаза, сердца бились в унисон, так громко, что гул отдавался в ушах. С каждым толчком мышцы напрягались все сильнее, все внутри будто сворачивалось в тугой узел. Кожа покрылась мурашками, девушка начала дрожать под его умелыми руками, от его умелых ласк. Роза открыла рот, жадно хватая воздух, громко простонав имя парня, и прижимая его руками еще ближе, так, чтобы он наполнял ее до остатка, глубже, ближе, словно единое целое. Она хватает его за волосы, притягивая его голову к себе, и он проводит языком по ее шее, оставляя мокрый след, обжигая ее кожу своим дыханием и покрывая жаркими поцелуями. Его язык захватывает мочку ее уха, чуть прикусывая, вызывая очередной стон. Ее щеки покраснели, в комнате стало невыносимо жарко, а в глазах блестели капельки слез. - Дмитрий, я... Охх... - простонала девушка, двигаясь ему навстречу, и с каждым толчком ее тело начинало дрожать еще сильнее. Руки парня, блуждающие по ее телу, обжигали, словно огонь, он был будто везде. - Мм... Детка... Я сейчас... Охх... - шепот Дмитрия растворился в их общем стоне, который был захвачен жарким поцелуем. Девушка зажмурилась буквально до слез, откидывая голову назад, широко раскрыв рот и задыхаясь от нехватки воздуха, ее тело содрогалось от наслаждения. - Детка, ты сводишь меня с ума, - тяжело дыша, проговорил Дмитрий, ощущая небывалую легкость в теле, уткнувшись носом в ее шею и оставляя легкий поцелуй. - Что это только что было? - спрашивает Роза, когда они оба отдышались, прислоняясь головой к прохладной стене, все еще не отпуская Дмитрия со своих объятий. - Исполнение нашей давней мечты… Роза снова прижалась к его обнаженной груди, вдыхая аромат его кожи. Недостаточно близко…