Run away

Каждая минута ожидания казалось вечностью. Подросток не мог вспомнить, когда он вообще в последний раз ТАК нервничал. В висках стучал пульс, голова просто раскалывалась, мысли путались, а сердце отбивало торопливый ритм, заставляя Каулитца все больше и больше вязнуть в беспокойствии и волнении. - Так, спокойно… - пытался взять себя в руки подросток, выдыхая и прислушиваясь к окружающим звукам. От напряжения ему вообще казалось, что он оглох, так как вокруг было СЛИШКОМ тихо. Но, услышав свой собственный голос, парень немного расслабился, вглядываясь в уже, казалось, изученный пейзаж, состоящий из какой-то металлической двери, похожей на ту, что можно увидеть в стареньких гаражах, и пары предупредительных знаков. Порываясь несколько раз все же вылезти из машины, Билл постоянно одергивал себя, понимая, что может подвергнуть опасности не только себя, но и остальных. Этого он не мог допустить и поэтому только и делал, что кусал губы и бросал взгляд на часы. Пятнадцать минут. Двадцать. Двадцать три. Двадцать четыре. Тридцать. - Бл*ть… - прошипел брюнет, пытаясь унять дрожь в пальцах и до боли сжимая в руках мобильник. Желание вырваться отсюда, выбежать наружу, узнать, где Том, что с ним, что с остальными, накрывало его с головой, но до последней минуты он отсчитывал каждую секунду, чтобы сделать, наконец, такой важный звонок. Тридцать три. Тридцать четыре. Тридцать пять. Увидев, как стрелка часов пересекла очередную отметку с цифрой двенадцать, Билл тут же встрепенулся и все еще дрожащими пальцами набрал номер, который оставил ему Роберт. Гудок. Один. Второй. Сброс. - Какого хрена! – срывающимся голосом бросил в пустоту подросток, которого уже захлестнули эмоции. Он не знал, сбросили ли его звонок, потому что так надо или потому что так НЕ надо. – Так, Каулитц, успокойся, все в порядке. В порядке же? Билл, как идиот, разговаривал сам с собой, пытаясь прийти в норму, хотя пальцы дрожали так, будто он пил до этого дней пять подряд, не просыхая и не давая организму отдыха. Стало так страшно, что начала кружиться голова, и Билл, все же не усидев в машине, выскочил наружу, оглядываясь и пытаясь увидеть хотя бы что-то. Кого-то. Что угодно. Да хоть чертовых внезапно прилетевших инопланетян, лишь бы разбавить эту ужасную гробовую тишину! - Том, ну Том… пожалуйста, Томми, - Билл шептал дрожащими губами имя дорогого человека, как молитву, раз за разом повторяя простенькое имя, которое уже, казалось, выгравировано на сердце. Парень не замечал слез, скатывающихся по лицу и срывающихся со щек на губы. Он не ощущал соленого вкуса, хоть и облизывался каждые несколько секунд. Сорок одна минута. Каждый щелчок секундной стрелки будто вколачивал большой гвоздь в крышку гроба Билла. Или Тома. Или обоих. Вдалеке показалась темная точка, которая становилась все больше и больше. Билл, чудом не заорав и не упав, рванулся вперед, когда понял, что это Том. Окровавленный, грязный, потный и воняющий порохом и железом. Лохматый, взбешенный, с горящими глазами и тяжело вздымающийся грудной клеткой. Живой. - Том! – Билл налетел на бойца, наплевав на все, обвил его руками и ногами, как коала эвкалиптовое дерево, и выдохнул, почувствовав, как сильные руки сжимают до боли в ребрах. - Давай, отомри, надо валить, - почти стряхнув подростка с себя, Шесть-Два прервал временную передышку, - давай-давай-давай! – крикнул он и подпихнул Билла к машине. Подросток, торопливо кивнув, буквально за секунду влетел в машину, в которую тут же сел и Том, резким движением заводя мотор и ударяя по газам. - Где Рей? – практически крикнул Билл, пытаясь переорать рев мотора. - Ранена, но в порядке, - так же громко ответил Том, не отрывая взгляда от дороги, - Роб отвезет ее в безопасное место. - А что с Шоном? - Будь уверен, он больше не появится в твоей жизни. - Куда мы едем? – не прекращал вопросов брюнет, пытаясь удержаться на месте от маневров бойца. - Подальше отсюда, - бросил Шесть-Два, коротко взглянув на подростка, - ты как? - Не считая безжалостно уничтоженных нервных клеток, я в полном порядке, - ответил Билл, после чего громко ойкнул, так как неплохо шибанулся плечом о дверцу. - Пристегнись, дурила, - миролюбиво хмыкнул Том, немного сбавляя скорость. Каулитц с третьей попытки защелкнул ремень безопасности и, наконец, выдохнул. В его голове вертелась куча вопросов на счет Рей, Роберта и Шона, но все это моментально отошло на второй план, когда он посмотрел на родной профиль и осознал, что все это происходит на самом деле. Том рядом. Он жив. Все хорошо. Подросток аккуратно взял парня за руку, пальцы которой были покрыты множеством ссадин и порезов, и слегка сжал ее. Шесть-Два, не поворачиваясь, ответил на прикосновение подростка, слегка погладив его ладонь большим пальцем. - Я рад, что ты вернулся - еле слышно проговорил Билл, крепко сжимая обеими руками ладонь Тома. Боец слегка улыбнулся, не отрывая взгляда от дороги, после чего поднес ладонь подростка к губам, обдавая кожу горячим дыханием. - Я не мог не вернуться, - ответил Шесть-Два, легонько касаясь губами тонких пальцев брюнета. - Том, останови машину ненадолго, - вдруг попросил Билл, аккуратно высвобождая руку из ладони парня. Шесть-Два лишь вопросительно посмотрел на него, но ничего не сказал и лишь молча выполнил просьбу. Билл, как только машина остановилась, схватил парня за ворот его толстовки и притянул к себе, утягивая его в долгий поцелуй, которым не могли насытиться они оба. Подросток крепко обнимал парня, будто бы боясь, что тот вдруг исчезнет, от чего и поцелуй получился каким-то урывистым, нетерпеливым. Воздуха не хватало, сердце колотилось все быстрее. Тогда Шесть-Два, оторвавшись от влажных губ, взял в свои ладони лицо брюнета и долго смотрел в его теплые глаза, будто бы мысленно говоря о том, что он никуда от него не денется. - Все будет хорошо - на выдохе произнес Том, касаясь губ Билла. - Да, - улыбаясь, ответил подросток, крепко прижимая бойца к себе. *** После того, как парни вернулись домой к Роберту, благо тетушки Мэг не было дома, Том рассказал Биллу все, что случилось в аэропорту. Как оказалось, Шон и его дружки действительно знали о том, куда направят Каулитца, поэтому им удалось перехватить эту парочку и даже усадить в свой самолет. Но недоумки не рассчитали своих сил, поэтому в самолете их пребывание было недолгим. Правда, в ходе перестрелки, им все же удалось зацепить Рей. Получив пулю в левое бедро, девушка потеряла много крови. Но, к счастью, артерия задета не была, поэтому в итоге дело обошлось несколькими днями в больнице и постельным режимом дома, что несказанно радовало не только саму девушку, но и все ее окружение, втянутое в эту операцию. Как и говорил Роберт, Шесть-Два сумел передать сообщение напарнику о том, где он находится, а тот тут же дал знак своей команде захвата (спасибо «Ястребу», который дарит много полезных знакомств). Оперативники, которые уже знали о том, что сделал Шон, быстро справились с ним и парочкой его «друзей». Том не рассказал Биллу, остался ли предатель жив. Но подросток и не желал знать этого. Ему вполне хватило того, что Шесть-два заверил его, что тот больше не потревожит. Отец Билла, Дэвид, был «весьма удивлен» выходкой отпрыска, но ругань не имела смысла, учитывая тот факт, что Билл все же оказался прав. Поэтому отец просто поговорил с сыном, решив, что впредь будет прислушиваться к его советам и мнению. Действия Тома Каулитц-старший старался не комментировать. Но заплатил ему практически вдвое больше. А Шесть-Два решил все-таки навсегда завязать с некогда любимым делом и просто заняться чем-то другим, менее опасным и непредсказуемым. - Почему ты так решил? – поинтересовался Билл, обнимая сидящего на кровати Тома сзади и сложив голову ему на плечо. - Хватит с меня адреналина… - улыбнувшись, ответил Шесть-Два, мягко поглаживая подростка по руке. - А как же азарт и драйв? – обняв парня за шею, Каулитц практически улегся к тому на колени. - Мой азарт и драйв сейчас мне что-нибудь отдавит, - выгнув бровь, ответил Том, на что Билл шутливо толкнул его локтем. *** И пусть впереди у этих двоих будет много трудностей, еще не одно покушение, еще не одна сложная операция, банальные ссоры и даже драки – все это не сравнится с тем, что они обрели уже сейчас. Вера. Поддержка. Опора. И, конечно, же – любовь. - Это ведь не последний раз, ты знаешь? - Знаю. - Ты готов к этому? - Ты еще спрашиваешь? - Я не хочу, чтобы ты рисковал ради меня. - А я хочу, чтобы ты был в безопасности. - Мой личный Шесть-Два? - Только твой Шесть-Два.

Конец ©