Другая сторона врага

Хрипло каркающие вороны кружатся в сером, затянутом облаками небе. Черные перья осыпаются на землю, падают на меня, забиваются в рот, мешая дышать. Разбитые улицы сужаются, серые каркасы домов нависают, сжимая пространство. Мне страшно, господи, как же мне страшно! Дыхания не хватает - легкие горят от недостатка кислорода, страх сдавливает грудь, но я продолжаю бежать. Бежать, не оглядываясь, потому что знаю - оглянувшись, я обязательно спотыкнусь, и ЭТО меня догонит. Судорожно пытаюсь сообразить, что делать дальше, и внезапно вижу в конце улицы дом, с горящими окнами. Это мой единственный шанс спастись. Ведь если есть свет - значит там люди, и их помощь так необходимая мне сейчас. А это значит, что мой кошмар будет закончен. Набираю максимум кислорода и, делая последний рывок, бегу к заветной двери. – О боже да, я сделала это, – выдыхаю и устало приваливаюсь к двери. – Кто там? – приятный женский голос звучит из глубины дома. Стараясь не думать о том, кому он может принадлежать, легкими шагами тихо начинаю пробираться в глубину коттеджа. Он довольно большой и просторный, поэтому в поисках незнакомки, я открываю все попадающиеся мне на пути двери. Странный дом – планировка как в отречение, только светлее, выше. Он немного смущает меня своей яркостью и разнообразием цветовой палитры. Абсолютно невозможно определить, к какой фракции принадлежит его хозяин. Красная ванная, зеленая спальня с большой двуспальной кроватью, синяя уборная, оранжевая кухня... И окна. Как же их много! Смотря в одно из них, обращаю внимание на то, как изменился пейзаж – облака почти полностью исчезли, в чистом, голубом небе летают ласточки, а на клумбе перед окном растут синии лилии. Свет, льющийся из окон, делает дом еще более ярким, заставляя играть красками разноцветные комнаты. Наконец, на застекленной веранде, я нахожу хозяйку. Некто довольно блондинистый сидит в мягком кресле, закинув стройные ноги на стеклянный журнальный столик и преспокойно читая довольно увесистую книгу. Собственно именно поэтому лица женщины я еще не видела. Надо отдать должное ее нервам - я бы не смогла так просто сидеть и читать, зная, что в мой дом зашел кто-то посторонний. Где-то на периферии сознания проскальзывает мысль, что я давно не видела эту женщину и успела по ней соскучиться, но я не обращаю на это внимание. – Привет. Чай будешь?– как ни в чем не бывало, задает немного неуместный вопрос хозяйка дома, отрывая взгляд от книги. Зато теперь я могу рассмотреть ее лицо. Хм. А она довольно красива – пепельные волосы оттеняют белизну кожи, красиво очерченные пухлые губы восхитительно розового цвета притягивают взгляд, заставляя судорожно сглотнуть, и глаза... Они потрясающего цвета океана в непогоду, когда темная зелень воды отражает серое грозовое небо... Стоп. Эти глаза... Я же уже видела где-то этот цвет, точно так же им восхищаясь. Да и женщина кажется мне довольно знакомой. Плевать. Скорее всего, просто де жа вю. – Да, – я уже забыла, с чем соглашаюсь, засмотревшись на хозяйку. Странный дом, странная незнакомка, странный разговор и странная уверенность в том, что я знаю эту женщину. Очень хорошо знаю. Она любит кофе, и терпеть не может чай. Любит рано вставать и не боится щекотки. Пишет левой рукой, и терпеть не может эрудицию. Не выносит домашних животных и обожает шоколад. Я уверена, что знаю о ней это, и еще тысячу разных мелочей, но почему-то никак не могу вспомнить ее имя. По-моему оно начиналось на "Т" или на "Д", кажется все-таки на "Д". Доминика? Джейн? Джанин? Хотя нет, последнее точно отпадает, не могут же ее звать как лидера Эрудитов. К тому же рядом с ней я чувствую какое-то тепло, умиротворенность и даже нежность, вряд ли я испытывала бы подобные эмоции рядом с главой Эрудитов. Пока я думаю об этих странностях, мисс Д испаряется из комнаты. Впрочем, звуки гремящей посуды подсказывают, где я скоро обнаружу свою пропажу. Собственно так и получается, развернувшись, я иду в коридор и, ориентируясь на шум, быстро нахожу кухню, где рядом с плитой колдует такая родная незнакомка. Вопросы все больше мучают меня и, желая получить ответы, я подхожу ближе. Шаг, другой, и вот я уже почти утыкаюсь носом в макушку женщине-загадке. Она же с меня ростом! Даже на пару сантиметров ниже. Осознание этого почему-то смущает. Тем временем мисс Д заканчивает выкладывать печенье и поворачивается ко мне лицом. Почему-то губы становятся слишком сухими, а температура в комнате подскакивает градусов на пять. И запах. Я слышу запах фруктового шампуня и молочных кремов, исходящий от нее. Этот аромат витает в воздухе, окутывая нас словно коконом, притягивает ближе, будоража нервы... – Кто ты? Как твое имя? – я, искренне стараясь не пялиться на женщину, наконец, задаю так волнующие меня вопросы. Она смотрит на меня внимательно, изучающие...... …И вместо ответа приподнимается на цыпочки и, обнимая меня за шею, целует… Ощущать ее мягкие губы на своих, обветренных, непривычно, но чертовски приятно. А главное так нужно и знакомо, что в первые секунды пугает меня... Но чуть сладкие губы касаются настойчиво, быстрый язычок скользит по губам, и ощущения захватывают меня с головой, заставляя забыть все запреты, податься навстречу. Посылая к чертям мораль и принципы, неумело начинаю отвечать, вплетая пальцы в роскошную платину ее волос, притягиваю ближе… Шаг, другой, целуя, она мягко подталкивает меня в сторону стены, прижимает к ней. Очаровательно невинные поцелуи становятся порочнее, языки сплетаются в танце страсти. Я больше не могу контролировать себя, не могу контролировать ее и просто расслабляюсь, ловя безумный кайф от не менее безумной ситуации… Чуть прикусив мне губу, она прерывает поцелуй, и взяв меня за руку, ведет в глубину дома. – Не хочу, чтобы твой первый раз был на кухне... – ее губы припухли и покраснели от поцелуев, и я признаю, что это зрелище мне нравится. Не смотря на то что, под ее взглядом мои щеки начинают пылать, я все равно не могу заставить себя отпустить ее руку, так же как не могу заставить себя перестать смотреть на нее. Пока мы добираемся до спальни, она успевает прижать меня к стенке еще пару раз - поцелуи превращаются в укусы, плавно перемещаются ниже, а не теряющие времени руки гладят меня, раздевая, заставляя бабочек внизу живота биться быстрее... Кое-как добравшись до кровати, я аккуратно роняю на нее столь внезапно дорогую мне женщину. Перехватив ее руки, нависаю сверху, оседлав бедра. Пытаясь снять весьма мешающий мне сейчас синий халат, случайно задеваю сосок, вызывая непроизвольный стон... – Ааах... Беатрис... – Беатрис! – Беатрис! Кто-то трясет меня за плечо. Лицо женщины смазывается, расплываясь разноцветным туманом. – Беатрис! Ну же, соня, вставай! Сегодня день выбора фракции, а мне еще нужно подстричь тебе волосы, – пытаясь разбудить меня, мама стягивает одеяло, заставляя окончательно проснуться. Стоит мне открыть глаза и потянуться, как сон забывается, оставляя после себя лишь чувство умиротворения. Приведя себя в порядок, я сажусь на стул перед зеркалом. Я ненавижу стричься – падающие на пол локоны напоминают мне песчаные часы, где каждая крупинка символизирует один день моей жизни. Мама знает об этом, и поэтому, сегодня открывает зеркало. Вопреки законам фракции я люблю смотреть на себя, мне нравится подмечать все изменения, произошедшие со мной. Наверное, из-за этого я не могу изначально, раз и навсегда выбрать Отречение. Пустые улицы Отречения угнетают, серое небо навевает чувство паршивости происходящего, да и непонятные результаты теста тоже не добавляют ясности. А предупреждение Тори вообще пугает. Чем ближе мы подходим к зданию школы, тем больше я задумываюсь над выбором… Достаточно ли я храбра для Бесстрашия? Смогу ли не врать в Искренности? Действительно ли я буду «отдавать себя всю» в Отречении? Простят ли мне родители выбор Эрудиции? Настолько ли я добра для Дружелюбия? Все настолько запутано и сложно, что невольно я начинаю задумываться и о жизни Афракционеров. Нет, только не это. Трясу головой, что бы отогнать дурные мысли. Я сделаю все, но без фракции не останусь. Так, ладно, Дружелюбие мне не подходит – я слишком справедлива. Искренность…хм….думаю что нет, не смотря на свою честность это одна из самых лицемерных фракций. Выбрать Эрудицию довольно заманчиво, но, не смотря на мою тягу к книгам, я не заучка, и в их мире долго не протяну. Остается Отречение и Бесстрашие. Слишком сложный выбор. Фракция превыше крови! Или нет? Задумавшись, я замедляю шаг и почти теряю родителей в толпе. Людей в зале уже довольно много, и догнать семью получается только возле трибун. Подходя, я вижу, как мама сживает кулаки, а отец жмет руку какой-то женщине в темно-синем платье, при этом старательно выдавливая улыбку, Калеб стоит чуть поодаль и я, как ни в чем не бывало, присоединяюсь к нему. – А это твои дети, да? Милые, – поворачивается к нам женщина, в которой я с ужасом узнаю недавно сбитую мной незнакомку. – Может, представишь нас? Вопрос явно не относится к категории риторических, но мой отец упрямо поджимает губы и молчит. Я тоже не знаю что делать, и лишь беспомощно наблюдаю, переводя взгляд с отца на Эрудитку. Последнюю кстати, весьма, веселит его молчание. – Я Калеб, а это Беатрис Приор, – брат выходит из ситуации, протягивая руку женщине. Та жмет ее, одновременно набирая что-то на планшете. – Отлично поговорили, извините, мне пора бежать. Все равно я думаю, что нужды представляться, нет – меня вы уже знаете, – видя наши недоуменные лица, женщина останавливается и продолжает, – Поверить не могу, что Ваш отец ничего про меня не говорил. Ну, раз так, Джанин Мэтьюс, приятно познакомится, – с этими словами она растворяется в толпе. Пока нам рассказывают нашу историю, и важность сделанного нами выбора, я думаю об эмоции, которую по идее не должна вызывать у меня Джанин Мэтьюс. Вообще никаким образом. Но… я чувствую рядом с ней спокойствие. Умиротворенность. Бред какой-то! После введения, Маркус начинает называть имена и мыслей в моей голове не остается. Один за другим, подростки выходят к чашам. Ромул, Джеймс, Питер, Сьюзен… цепочка имен и лиц плывет передо мной, останавливаясь только на одном имени. – Калеб Приор. Широко распахнув глаза, смотрю за выбором брата. Эрудиция. Когда называют мое имя, на родителей я стараюсь не смотреть. Идя в центр, я даже не знаю, что я выберу. Отречение или Бесстрашие? Рука застывает между двумя чашами. Капля крови застыла, почти скатившись. Сейчас малейшее движение решает мою жизнь. Перехватив ее руки, нависаю сверху, оседлав ее бедра. Пытаясь снять весьма мешающий мне сейчас синий халат, случайно задеваю сосок, вызывая непроизвольный стон... Повторяю движение, теперь уже осознано, смотрю за реакцией. Она стонет, выгибаясь, стремясь прижаться ко мне ближе… В этот момент я понимаю, насколько она красива – платиновые волосы в абсолютном беспорядке разметались по подушке, щеки алеют от стыда и возбуждения, стремясь сдержать стон, она закусила губу – и белый жемчуг зубов отлично контрастирует с припухшими, алыми от поцелуев, губами… Она открывает глаза. Картинки проносятся перед моими закрытыми глазами, настырно отпечатываясь в мозгу, заставляя вспомнить сегодняшний сон во всех его пошлых красках. Я узнаю хозяйку необычного дома. Моя рука вздрагивает, и алая капля падает на шипящие угли. Единственная мысль бьется в моей голове: «Я ТРАХНУЛА ВО СНЕ ДЖАНИН, МАТЬ ЕЕ ЗА КРАСИВУЮ НОГУ, МЭТЬЮС!»