Такая разная любовь

Нейджи и Хината       Нейджи вызвал такси и назвал водителю адрес. За всю дорогу до дома, он не произнёс ни слова и почти не смотрел на кузину.       Хината была спокойна,тихонько напевая песенку, под которую танцевала с Кибой. А он сидел и скрипел зубами от ревности.       "Да как она могла? Он отошёл на несколько минут, а она уже с Кибой?! Вот…" - он даже слов не мог подобрать , чтобы описать свое состояние.       Такси остановилось, Хьюги вышли и направились в квартиру. Как только дверь захлопнулась за ними, Хитата даже пискнуть не успела, как оказалась прижата к стене. - Ты, никогда не будешь танцевать с другими мужчинами. - Почему? - Потому, что я так сказал, - Хьюга говорил, глазами впиваясь в её лицо. - Это не ответ, - Хината спокойно смотрела на Нейджи, отмечая и горящие глаза и сжатый от ярости рот и напряжённые плечи, но ей хотелось услышать причину его злости, - ты ревнуешь? Из-за того танца? - Нет, - слишком поспешный ответ выдал его с головой.       Девушка улыбнулась. Ей было приятно, что он ревнует. Но с другой стороны, патологическая ревность это плохо. У неё и так недостаточно свободы, а если в дело вступит ревность, то её не останется вообще. Хинната задумчиво улыбалась и тихо произнесла: - Тебе нечего опасаться Нейджи, я не изменю. Ты знаешь меня с детства, мне воспитание не позволит так поступить с тобой. У тебя нет поводов для ревности.       После её слов, Нейджи стало немного легче. Но что было делать с той навязчивой картинкой, что преследовала его. Как быть, если он даже прямо сейчас «видит» как Киба, обнимает её.       Нейджи закрыл глаза вдохнул и выдохнул, глубоко, освобождая голову от навязчивых мыслей, от всего, что могло бы превратить его в монстра за считанные секунды. А когда открыл, то увидел беспокойство на лице Хинаты. - Я верю тебе, - сказал Хьюга, и девушка улыбнулась широко.       Улыбка осветила её лицо, разгладила беспокойную складочку между бровей. Хината провела по лицу Нейджи руками и поцеловала. Первый раз она сделала это сама, и он растаял окончательно.       Впервые между ними протянулась ниточка взаимопонимания и нежности. В эту ночь нежность была их колыбелью, и Нейджи понял, что по-другому жить, он уже не сможет никогда.       Теперь для него не существовало другого пути, только тот, на который его сегодня направила Хината. Он понял, что больше никогда не сможет причинить боль этой женщине. Никогда и ни при каких обстоятельствах, и ему понравилось то ощущение тепла, что она принесла в его дом. И пускай она «сопротивлялась» ему, устраивая мелкие пакости, но делала это только из чувства протеста.       Ему стало ясно, что без настоящего чувства, Хината никогда не отдала бы ему всю себя. Она не подарила бы ему столько нежности и страсти не любя. И ОН СДЕЛАЛ ДЛЯ СЕБЯ ВЫВОД, ОНА ЛЮБИТ!       А Хината спала, не подозревая, что сама не желая того, открыла свои чувства.       «Я обязательно заставлю тебя признаться в том, что ты меня любишь», - с такими мыслями улыбающийся Хьюга закрыл глаза и провалился в спокойный, здоровый сон. Какаши, Сакура и Саске.       Хатаке привёз Сакуру домой. Девушка чувствовала себя виноватой перед ним. Но ничего не могла с собой поделать. Всё её существо помнило прикосновение губ Саске.       Какаши скинув ботинки прошёл в комнату и развязал галстук. Нервно взъерошив свою шевелюру он посмотрел на девушку.       Сакура стояла у входа, не решаясь поднять голову и встретиться с ним взглядом.       Она просто ещё слишком молода. Она вообще была во всём «слишком» для него. Хатаке прекрасно понимал, что Сакура вовсе не виновата, в том что произошло, но всё равно ничего не мог поделать с собой. Он чувствовал себя ревнивым собственником. Хотя, ревновать у него не было никакого права. Возможно, его чувства вообще безответны. А то, что ему показалось, было просто самообманом. И он решил спросить у неё прямо. - Сакура, ты чувствуешь что-то ко мне? Потому что если не чувствуешь, то скажи мне сразу. - Какаши, я… ты мне нравишься Какаши, очень нравишься. Мне хорошо с тобой, спокойно и ты такой надёжный и я всегда могу на тебя положиться. - Говоришь так, будто я твой отец, а не мужчина, который испытывает к тебе чувства. - А ты? Что ты чувствуешь по отношению ко мне? Ты никогда не показываешь мне, что я интересую тебя как женщина. Мне вообще кажется, что это только мои фантазии, - девушка решила пойти до конца и наконец, разобраться в клубке их отношений. - А если я докажу тебе? Если докажу, что ты меня интересуешь как женщина, что тогда? - Я не знаю Какаши. Просто хочу разобраться в своих чувствах к тебе. Сакура подняла голову, оттолкнулась от двери и пошла к нему. Хатаке с интересом наблюдал, как на лице девушки горят решимостью зелёные глаза. Она подошла и положила руки ему на грудь. Легко перебирая пальцами отвороты рубашки, девушка прошептала: - Поцелуй меня Какаши, пожалуйста, поцелуй меня. Заставь меня навсегда забыть то, что я испытала сегодня с Учихой. Вычеркни его из моей головы. Хатаке прерывисто вздохнул и приподнял подбородок девушки. - Ты понимаешь, о чём просишь? Если я… я не смогу потом остановиться Сакура. У тебя не будет пути назад. - Да, я понимаю. Поцелуй меня.       И Какаши выполнил просьбу девушки. Выбросив из головы все сожаления и страхи, он впервые за много лет отдался чувству так же, как когда-то давно. Он впервые за долгие годы впустил в себя любовь и позволил ей разойтись по венам, будоража кровь и заставляя сердце петь от счастья.       Поцелуй из нежного, робкого касания быстро перерос в полный страсти и огня. Сакура доверилась ему, отвечая на его прикосновения, но из головы никак не желал уходить черноглазый дьявол. Она всё же думала о нём, не смотря на сладость поцелуев и прикосновений.       «Уходи, убирайся из моей головы», девушка пыталась расслабиться, и в конце концов, ей это удалось. Облегчённо вздохнув, Сакура полностью сдалась на милость Какаши.       Саске поспешил за ними, но не успел перехватить. Немного отстав, он подъехал к дому Хатаке на несколько минут позже. Выскочив из машины, Саске в нерешительности остановился. Он не знал, как ему поступить. Ломиться в дверь своего бывшего сенсея, глупо. И он остался ждать на улице, глядя на незашторенные окна его маленькой квартиры.       Сначала было темно, но через некоторое время в окнах зажегся свет. Саске увидел как два силуэта в окне медленно движутся, они были близко, слишком близко. Объятие, поцелуй, который не разорвать никому. И…свет потух.       Учиха стоял, в ярости сжимая и разжимая кулаки. Он не почувствовал как мелкий накрапывающий дождик, сменился ливнем. Дождь лил, а парень стоял и смотрел на темный проём окна и прекрасно осознавал, что там сейчас происходит.       "Она решилась! Она всё-таки решилась на это. Как?! Как она посмела? Оказать ему?! Пренебречь им?! Я обещал ей, что с ней будет, если она это сделает…"       Учиха с трудом сдвинулся с места и сел в машину. Пошарив рукой под водительским сиденьем, он с лёгкостью нащупал холод металла. Знакомая тяжесть легла в руку и в голове сразу прояснилось.       Парень вставил магазин до щелчка, привычным движением оттянул затвор пистолета и проверил патроны. Кобура была тут же, и Саске ловко одел её под пиджак. Выйдя из машины, он направился к дому. Холодный, собранный и невозмутимый как всегда. Только насквозь мокрая одежда выдавала его долгое присутствие под дождем.        Консьерж у входа улыбнулся, когда узнал парня. Но тот молча прошёл к столу, и сунул пухлую пачку денег. Мужчина поменялся в лице, но деньги взял. Опустив глаза в пол, он выключил камеры слежения. А Саске пошел по лестнице. Каждый его шаг будто гулким набатом отдавался в голове, но рассудок был холоден как никогда. Шикамару, Темари и компания.       Шикамару открыл глаза. С трудом разлепив веки он попыталсяя поднять тяжёлую голову с подушки, но попытка провалилась. Застонав от дикой боли в висках, парень уткнулся в подушку. Рядом послышался шелест одеяла и из-под него вылезла растрёпанная голова, с вороньим гнездом вместо волос.       Темари услышала стон и вылезла из своего теплого кокона. Сухость во рту и неприятный привкус тут же напомнили девушке, что вчера, они все изрядно перебрали. Как ни странно голова у неё не болела, а вот лёгкая дезориентация и расплывчатость предметов присутствовала. Отреагировав на повторный стон , девушка поползла к Шикамару. Проделав нехитрые телодвижения она распласталась рядом, так как сил пока не было. Промычав что-то неразборчивое, Темари подняла голову и хриплым голосом спросила: - Милый, ты как? - Я сейчас сдохну. Больше никогда не буду так пить. Темари хохотнула, и тоном умудрённой опытом дамы, ответила: - Канкуро, говорит эту фразу почти каждое утро. Ты полежи, а я схожу за водой и таблетками.       Кое-как поднявшись, блондинка обнаружила, что на ней ничего нет. Осмотревшись по сторонам, Темари выцепила взглядом белую мужскую рубашку и натянула её прямо на голое тело. Рубашка прикрыла бедра, и девушка отправилась в поход за средствами первой помощи от похмелья. Быстро найдя искомое, она напоила Шикамару, и тот откинулся на подушки, закрыв глаза, и ожидая, когда подействует средство. - Как там остальные? - Ну, я видела не всех, но думаю, что так же как и мы. Деидара храпит на диване в гостиной, Ли и Тен Тен в гостевой, я у них не была. А остальных я не видела. Мы их поищем, когда придём в себя. Меня например, интересует другое…       Шикамару заинтересованно приоткрыл один глаз. - Что на моём пальце, делает обручальное кольцо?       Шикамару распахнул глаза и уставился на девушку так, будто у неё было две головы. - Какое кольцо? -Обручальное кольцо, с бо-о-ольшим таким брилиантом.       Темари смотрела на Шикамару, тот на неё, а потом оба уставились на кольцо. Он долго на него смотрел и наконец, выдал: - Я видел уже это кольцо у одного знакомого ювелира. Думаю, стоит к нему съездить. - Думаешь? - Ну да, это же его кольцо, к тому же, я догадываюсь, что оно делает на твоём пальце, вот только плохо, что ты этого не помнишь.       Занятые каждый своими догадками и пытаясь вспомнить, что же они вчера учудили такого, Темари с Шикамару оделись, и пошли искать остальных участников попойки.       Ли и Тен Тен мирно спали в комнате для гостей, по внешнему виду этих двоих сразу стало ясно, что у них всё просто ЗАМЕЧАТЕЛЬНО. Красавица Тен Тен крепко прижималась во сне к сильному плечу Ли. А тот посапывал, с блаженной улыбкой на лице. Тихонько прикрыв дверь спальни, Шикамару и Темари двинулись дальше.       В комнате Канкуро обнаружился Сай, причём сразу с двумя девушками. Темари нахмурилась, а вот Шикамару заулыбался. Одна из девиц проснулась и потянувшись огляделась вокруг. Узрев, с кем она провела ночь, девушка застонала…и принялась расталкивать Сая, и ещё одну «спящую красавицу», соратницу по несчастью.       Деидара по-прежнему храпел в гостиной. А вот Канкуро, Киба и Сасори обнаружились в бильярдной. Сасори спал на бильярдном столе в обнимку с кием, а Канкуро, за барной стойкой прямо на полу. Рядом с парнем валялись пустые и полупустые бутылки, а так же Инузука, в позе эмбриона и с сигаретой во рту.       Толкнув брата ногой, Темари хмыкнула, когда тот забормотал: - Гаара, я не могу пойти на совещание, у меня голова болит. - Вставай обормот!       Канкуро разлепил глаза и невменяемым взглядом посмотрел на сестру. А Темари пнула его ещё раз, только на этот раз сильнее, чем вызвала на лице Шикамару очередную улыбку. - Да встаю я, встаю. Почему ты Сасори так не будишь, почему всегда только меня. - Потому что Сасори давно от нас съехал и живёт один. А ты, сидишь на моей шее, так что вставай ! Стираю и готовлю тоже я, ну, почти…       Девушка смущенно замолчала, поняв, что слегка преувеличила. Потому что готовил у них профессиональный повар, а стирала домработница.       Шикамару захохотал и девушка даже покраснела от досады. Кое-как растолкав братьев, парочка отправилась на кухню, где добрый Лоренсо уже приготовил буйабес, на запах которого, вскоре подтянулись и остальные. Все с удовольствием уплетали суп, а Лоренсо причитал как старый дядюшка, сетуя на то, что все они слишком худые.        Тен Тен особенно приглянулась повару и он очаровывал её, предлагая всё новые и новые блюда, чем вызвал гримасу неудовольствия на лице Ли.       А девушка, мило улыбаясь, уплетала восхитительные пирожные, запивая их чёрным ароматным кофе и в свою очередь, хвалила Лоренсо, за его несомненный кулинарный талант. А когда после общего обсуждения вчерашнего вечера, нашёлся человек, который помнил абсолютно всё, то выяснилось и про кольцо, и про предложение.       После этого, Темари настороженно смотрела на Шикамару. Но Нара спокойно выдержал её взгляд и сообщил, что не собирается отказываться от своих слов. Что обдумал это давно, просто в пьяном виде, эмоции немного взяли верх над разумом, и он сделал его раньше, чем собирался, и совсем не в том месте.       Визжаще орущий народ, тут же принялся выкрикивать поздравления и спрашивать, когда же свадьба. Но парочка только мило отшутилась, надеясь поговорить и решить все наедине, к тому же, следовало познакомиться с родителями и сообщить Гааре. Кстати, а где же он? Гаара и Мацури       Гаара проснулся поздно. Он давно так не отдыхал. На душе было прекрасно и легко. Тело купалось в блаженстве, а как только он представил девушку с которой провёл эту ночь, рыжеволосый мужчина улыбнулся. До него донесся аромат кофе и он пошёл в душ, стараясь побыстрее присоединиться к Мацури, которая колдовала на кухне.       После душа, обмотавшись полотенцем, Гаара прошёл на кухню и остановился в дверях, с улыбкой наблюдая за хрупкой девушкой. На ней была тонкая шёлковая кофточка в китайском стиле и коротенькие шорты белого цвета.       Бронзового цвета кофточка с белыми шортиками, соблазнительно обрисовывала все её изгибы, и Гаара шумно вдохнул.       Мацури обернулась и покраснела, а он приблизился к ней и легко обнял за талию. Девушка спрятала свое пунцовое личико на его груди и водила маленьким пальцем по его торсу. Гаара никак не мог перестать улыбаться.       Прошедшая ночь наглядно продемонстрировала ему, чего на самом деле он хотел от секретарши Шикамару.       Она привлекала его, заставляла чувства обостряться в её присутствии, а сердце биться сильнее. Ему было безумно хорошо с ней этой ночью. - Ты не уйдёшь? – девушка застенчиво теребила край полотенца, которое было обёрнуто вокруг бёдер Гаары. - Если ты этого захочешь, то я могу остаться навсегда…       Изумлённый взгляд карих глаз и чуть приоткрытые от удивления розовые губы, и Гаара забыл, зачем пришёл на кухню. Обхватив девушку за попку он посадил её на кухонный стол и сдёрнул полотенце, показав, что хочет от неё вовсе не завтрак, а кое-что другое.       Мацури вздрогнула и лукаво улыбнувшись, провела рукой по животу парня. Девушка откинулась на столе, сделав приглашающий жест.       И Гаара принял приглашение. Они отключили телефоны, решив остаться только вдвоем сегодня и забив на весь белый свет, устроили себе праздник души и тела. Мэр и мафиози       Мадара лежал на чём-то мягком и восхитительно пахнущем. Ах да, и ещё теплом. Поправив мягкую «подушку», он услышал вздох и открыл глаза. Первой его мыслью было «это не подушка!», а второй «грудь?», ну а третьей мыслью «э…а чья?»       Поёрзав головой, устраиваясь поудобнее, Мадара не решился поднять голову, а зря… - И долго ты так лежать собираешься?- голос был хриплым, властным, и у Мадары разом наступило просветление в мозгах. Он вспомнил, где он и… с кем, - эй Учиха, я тебе говорю.        Но, честно говоря, лежать на этих огромных и мягких полушариях, было жутко удобно и вставать совсем не хотелось. А потому, Мадара лениво прикрыв глаза, лизнул сосок Цунаде и промурлыкал: - У тебя же выходной , или ты куда-то торопишься?       Цунаде не нашлась что ответить, и только разомлела от удовольствия.       А Мадара, почувствовав каким податливым стало её тело, тут же хищно оскалился и приподнялся, чтобы увидеть просто необъятных размеров грудь и красивое женское тело. Несмотря на то, что в любовницах у Учихи всегда были молодые красавицы, мэр их города была очень даже ничего. И вот в данную минуту, ему прямо не терпелось испробовать всё, что она могла предложить. Мадара с наглой улыбкой искусителя откинул одеяло… - Эй ты, мафиози, скоро приедет мой муж… - Ну и что, мы всё успеем. К тому же, я же вижу, что ты не против. - Вот наглец! - Да- а…, а теперь давай, не отвлекайся, у нас сегодня на повестке дня оч-чень важный вопрос… - Мм, …и какой? - Каким образом, мэр нашего города сможет принести наибольшую пользу…и удовлетворение…своим "избирателям".       Цунаде застонала от удовольствия и плюнув на все свои дела, принялась «приносить пользу и удовлетворение».