Российская Сотоба

Жара. Одним этим словом можно описать погоду, которая нынче стояла в Воронежской области. Солнце обжигало, и люди устало ковыляли по улицам одной маленькой деревеньки, каких много. Машина корреспондентов, так не вовремя направленных на задание из города, несомненно привлекла много внимания местных. Снять репортаж о красотах родной страны — дело благое, но от этого не менее нудное. На переднем сидении рядом с высоким парнем, сидела молодая девушка, обмахивая себя сложенной в несколько раз бумажкой. Она пару раз высовывалась из окна, громко включала музыку, шутила ну очень несмешные шутки, да так, что услышь кто — перекрестился бы. Признаться, деревня была красивой: вокруг лес, есть речка, да и какая-то особенная атмосфера царила в воздухе, родная, что ли. — Да, вот сейчас снимем быстренько, и до вечера успеем вернуться, — мечтательно протянула девушка, отвлекая водителя от своих мыслей. — Может даже в Макдональдс заедем. Ты, Сень, не против? — она пихнула его ногой. — А? Если хочешь... — Сеня зевнул. Видимо рано пришлось встать, чтобы поскорее добраться. — Давай вот тут остановимся, — парень показал на небольшой закуток в тени раскидистых деревьев. Пожалуй, эту деревню можно было бы назвать милой. Если бы не парочка личностей, провожавших "чужаков" недобрыми взглядами. Молодые люди вышли из машины, Сеня полез доставать технику, а Рита, раскинув руки в стороны, пыталась найти в неожиданной поездке хоть что-то хорошее.

***

— Сеня, ты снимаешь? — недовольно говорит девушка. — Мы в такую жару сюда только ради этого приехали! — она упирает руки в бока. — А, прости, — Сеня трет голову. — Мне кажется макушку напекло. Рита, подай панамку. Рита фыркнула. — Что ты как маленький? — девушка протягивает кепку. — Надел? Отлично. Включай камеру, я не хочу здесь до вечера провозиться. Парень устало вздыхает и наводит камеру на Риту. Девушка прокашлялась. — Добрый день, уважаемые зрители! С вами Маргарита Ершова и рубрика "Идиоты со всей России". — Рита не выдерживает и хохочет. — Мы это вырежем, лады? А то мне что-то поприкалываться хочется. — девушка смотрит на Сеню умоляющим взглядом. — Можно? — Ладно, — он машет рукой. — Делай, что хочешь. — Отлично! А теперь мы возьмем интервью у... У вот этой бабушки! — Рита бежит в сторону рыжеволосой дряхлой старушки с криком "А можно пару вопросов?" У бедной бабушки чуть не вываливаются глаза от страха, но от девушки редко кто может убежать. Рита хватает старушку за руку. — Мы с ТВ, снимаем репортаж о деревнях России, — девушка подмигивает. — Вы не могли бы ответить на наши вопросы? — Хорошо, — нехотя произносит бабушка. — Скажите, как вас зовут? — Баба Варя, — старуха пристально рассматривает Риту. Любой бы испугался такого бешеного взгляда. — Расскажите о ваших жителях, пожалуйста. Баба Варя резко заулыбалась и повела ребят к ближайшей лавочке. — Ну, слушайте. Есть у нас одна девчонка — Марина Мегумович. Она терпеть не может свою родную деревню Учертанакуличиках и собирается свалить в большой город. — Бабуля отрицательно качает головой. — Она даже не догадывается, за сколько можно снять самую дешевую квартирку в Москве. А что вы так смотрите? Я там жила раньше. — баба Варя продолжила, размахивая руками. — Знала бы — не захотела. Одевается Марина как... как шлюха. А потом еще удивляется, почему мои соседки, сидящие постоянно на лавочках, шепчут что-то вроде "Мегумович идет, ишь, накрашенная. На трассу, небось". Это же правда! — старушка пристально смотрит на ребят. — Или нет? — ее шепот стал звучать пугающе. — Конечно как шлюха! — закивал Семен, пихая Риту в плечо. — А ты чего молчишь? — Я... я представляла себе эту Марину. — убедительно замотала головой девушка. — Вот же проститутка, прости Господи. — Рита зачем-то перекрестилась. — Вот и я говорю. Но все думают, что она так одевается из-за Никити Юкова. Мы его считаем его считают голубым-анимешником, а эта Маринка страдает. Он же гей! Его родители держат мастерскую, а по ночам нюхают марихуану. — Баба Варя морщится. — А, вон и Никита идет. — старушка указывает в сторону проходящего мимо крашеного в фиолетовый (!) паренька. — Да, это точно. — Сеня проводит Никиту взглядом. — С такой прической я бы не рискнул в деревне-то ходить! — А, вы видели у него пакет? — спрашивает бабушка. — Это его папаша за коксом послал. Хрен знает, где они его хранят, этот пацан молчит! Мы его даже пытали разок. — Баба Варя испуганно смотрит на ребят. — Всего разок, чего вы удивляетесь? Вы знаете? — старушка притихает. — У него даже парень есть. Звать Антон Мутный. Мутный паренек, че. В хозяйстве Антошка необходим, но проблема в том, что Юков его просто не отдаст. — Баба Варя раздосадованно вздыхает. — Вся деревня пыталась, а он ни в какую! Мой, говорит, Тоха, мой! — Бабка опять начала махать руками. — Ирод. — Хм, а звезды у вас тут есть? — Рита прикрывает рот, пытаясь сдержать смех. — А как же! — бабушке, видимо, все это нравится. — Святослав Муройкин. Писатель. Пишет все, что в голову придет. — Баба Варя указывает на соседний забор. — И да, то неприличное слово на заборе он написал. А если серьезно, Слава только в перерывах между серьезными работами ТАКОЕ пишет. Вы читали "Пятьдесят оттенков серого"? — выпалила старушка. — Это он написал под своим псевдонимом. Как же его... — Баба Варя защелкала пальцами. — Точно, Эрика Леонард Джеймс. Рита и Сеня переглянулись. Девушка заулыбалась и спросила: — И как вам роман? Интересный? — Пойдет. — Баба Варя оказалась немногословна. — Говорят, он когда его писал, представлял свою "подругу", — старушка улыбнулась. — Но вы ее сейчас не встретите. София только по ночам гуляет. К своему ненаглядному. Рита резко вскочила. Вот тебе и провинциальная деревня: есть и проститутки, и писатели-педофилы, и, прости-господи, педики. — Спасибо вам, баба Варя. Для репортажа этого хватит. — Да пожалуйста. Я тут про всех все знаю, — гордо произнесла старушка. — Ну, мы пойдем. До свидания. — Девушка потянула за руку Семена. Немного отойдя от бабушки, Сеня рассмеялся, а за ним Рита. Звуки громкого хохота еще долго сотрясали маленький поселок. — Да уж, веселое место! — через смех говорит Семен. — Мне тут даже нравится! — Это точно! — Рита открывает бутылку с водой. — Может останемся на денек? Рита выплевывает воду с выражением страшного удивления. — Чего? Ну ладно, только на один денек. — Все-таки здесь очень красиво, — мечтательно произнес Сеня, глядя куда-то в небо. — Возможно я бы даже хотел здесь жить. — Точно сдурел, — шокированно говорит Рита. — Это солнечный удар, да? Надеюсь, что да. — Она начинает обмахивать его газеткой. Ребята решили заночевать у бабы Вари. Ну а что еще делать? Женщина она немного сумасшедшая, зато веселая. Зайдя в дом, они обнаружили много странных штук, больше напоминавших о прошедшей давным-давно инквизиции: осиновые колы, какие-то плетки, разной формы ножи... — А что это у вас такое интересное на стене висит? — Сеня показал рукой на доисторические артефакты. — Это? — бабка улыбнулась своей стремненькой улыбкой. — Было дело, пользовалась во время революции. Помнится, тогда мы за опустевший дом воевали. Там такой огород шикарный был. Я хотела цветочки посадить, а эти содомиты — открыть стриптиз-клуб. Ну мы объединились с Тимофеем, он у нас в больнице дохтор, и пошли войной, да так, что эти проклятые сдались. Рита еле слышно присвистнула. Вот какие события без огласки-то остаются! Было ли плохой идеей остаться на ночевку в живописной деревне Учертанакуличиках?