Марионетка

Ты знаешь все мои секреты? Лухан вытирает вспотевшие руки о джинсы, поворачивает ручку двери, но она оказывается закрытой. Он стучит, ломится, но... никто не откроет. Он знает, что Чонин там, внутри, и дверь не откроется, но всё равно стучит как может. Стучит до тех пор, пока на костяшках пальцев не образуется кровь, пока в кармане его джинсов не запиликает телефон, оповещая о том, что пришло сообщение, и когда Лухан с покрасневшими глазами отшвыривает приготовленный завтрак Чонину, разбивая тарелку в дребезги, и оседает на пол, плача, как маленький ребёнок. Он неспешно достаёт телефон, разблокирует его с третьего раза, от истерики не сразу вспоминая пароль, и видит пару строчек, адресованные ему от любимого Чонина. "Прошу, больше не стучи. Я хочу прийти в норму от твоего признания." Через секунду приходит новое. "Не плачь." Лухан вытерает слёзы, собирает осколки тарелки с уже испорченой едой и делает всё так, как просит его брат - не плачет, не стучит, не беспокоит. Настали каникулы, а Лухану паршиво на душе. Он промывает рану, наклеивает пластыри на пальцы, которые тут же съезжают с тоненьких бледненьких пальчиков от воды. Он не ест, потому что Чонин тоже не хочет, тоже запирается в комнате и просто ждёт, чтобы дверь открылась. Прошло два дня, а он выходит только по ночам и-то только на пару минут. Лухан очень скучает. Очень. - З...здравствуй. - Да. Это кто? - Я брат Чонина, - нервозно говорит в трубку телефона Лухан. - Чанёль... - Да? - Можешь прийти? - Мы расстались. Зачем мне это делать? - Расстались? - Да, уже как неделю назад. Как он сказал: "он меня не любит, и я его просто использую". Кажется, кроме перспективы лучшего друга я больше ничего не смогу иметь. - А ты его любишь? - Я согласен с Чонином. Я люблю его так, как должен любить лучший друг. Я перепутал. - Перепутал? И решил попытать такую удачу, переспав с ним. - А ты не маленький для таких разговоров? - А ты не слишком жесток с ним? - И откуда у тебя мой номер? - спросил Чанёль с явным интересом. - Я... - Лухан сглотнул. - Мой брат ничего от меня не скрывает! - Да ладно? - А ты знаешь, что этот урод помешен на сексе? - Ур...Как ты смеешь это говорить? Помешен? - Да. Если бы не я, он бы как всегда по клубам шастал и трахался с кем попало. Он же на последнем году обучения, а после того, как попал в этот класс, стал таким поганым... У него было столько партнёров, что я устал считать. Он же ученик, а помешен на сексе, как на наркотиках. Я был единственным с кем он встречался три месяца, а с прошлыми он встречался, чтобы они его жёстко оттрахали. Наверное, он посчитал меня хорошим парнем, раз не хотел расставаться до последнего. - Прости. Я отключаюсь. Лухан сразу же побежал к комнате Чонина. Он стучал изо всех сил, кричал что-то невнятное, но пришло лишь сообщение: "Если ты не прекратишь стучать, то я покончу с собой." У Лухана снова покраснели глаза. - Придурок, я ведь люблю тебя, братик, - прошептал Лу и снова скатился, облокотившись на деревянную дверь. Дверь открылась, и Чонин посмотрел на маленький комочек внизу, а затем подошёл ближе и обнял. - Прости, Лу, - сказал шёпотом он.